Хозяин Вселенной - Павел Комарницкий

— Да ничего… — я улыбаюсь немного растерянно. — Жив покуда…

— Я думал, ты спустишься с небес, — Цанг улыбается, демонстрируя аккуратные клыки. — Вы, крылатые, очень не любите ходить ногами.

— Да я бы и прилетел, но находился тут рядом, поляны не было подходящей, а лезть на такие деревья для взлёта… Извини, мне нечем тебя угощать, Цанг.

— Не проблема, — сэнсэй заходит в воду по колено, некоторое время стоит неподвижно и вдруг одним мгновенным движением выхватывает из волны довольно крупную рыбину, швыряет на берег. — Ну вот, а говоришь, нечем угощать… Присядем? Вообще-то я голодный, поскольку прямо из телепорта сюда…

— Ну конечно! Прошу! — я делаю королевский приглашающий жест, как будто на пустынном пляже накрыта скатерть-самобранка.

Мы быстро сооружаем пиршественный стол. На одном листе скатерть-дерева я разделываю древесную дыню, на другом Цанг готовит себе сасими. Рыбьи внутренности и голову сэнсэй аккуратно закапывает в песок, не поленившись вырыть достаточно глубокую яму.

— Извини, что спрошу… Ты не голодаешь? — Цанг кивает на куски дыни. — Слабовато… Если что, ты имеешь право подать жалобу, и тебя обязаны перевести на более богатый остров.

— Нет, я тут привык, — улыбаюсь я. — Ты не смотри, это я сегодня только начал собирать себе завтрак, как ты прилетел. А так тут даже розовые грибы водятся.

— Уррр… — Цанг смачно жуёт ломоть сырой рыбы, жмуря свои кошачьи глаза. — Вообще-то не так уж тут плохо… Океан, тишь, спокойствие… Если меня когда-нибудь тоже посадят… Впрочем, у нас Угрюмые острова посерьёзнее будут…

Он вгрызается в новый кусок. Я дипломатично жду.

— Ты прав, ближе к делу, — улавливает мою мысль сэнсэй. — Если совсем коротко: я хочу заняться Оплотом.

Я хлопаю глазами, как кукла Барби. Я не потомственный телепат, как Ирочка, да плюс этот идиотский прибор искажает… короче, я не могу уловить смысл…

— Я вышел на контакт с парой «зелёных», тех самых, что ты видел в своём сеансе, используя твои же приёмы. Если в самое ближайшее время произойдет некая авария на том самом объекте, то строительство величайшего кварк-реактора в истории Оплота придётся начинать с нуля. Учитывая уровень их техники, отсутствие нанороботов… Огромная выйдет фора по времени. Осталось проработать детали.

— Если бы мы сейчас находились в гнезде, я б из него выпал, — совершенно искренне говорю я.

— Вот потому я и назначил встречу на пляже, — скалит клыки Цанг.

— Но объясни — почему?! Зачем это тебе?!

Он отвечает не сразу. Однако на сей раз даже подавитель телепатии не в состоянии заглушить ясную и чёткую мысль, всплывшую в голове Цанга.

«Ты правильно понял, Рома. Я уже немолод, и чем только не занимался, но это… Подумать только — спасти от гибели ЦЕЛЫЙ ОБИТАЕМЫЙ МИР! Вероятно, более грандиозной задачи в жизни мне больше не встретится».

Он смотрит мне прямо в душу своими кошачьими зрачками.

«Один ты ничего не сможешь. Тебе нужна команда. Возьми меня в это дело».

Теперь я хлопаю глазами много интенсивнее, чем любая кукла Барби. Я? Цанга? Да он же старше меня в разы…

«Дело не в том, кто старше. Дело в том, кто ведёт. На острие окажешься ты, Рома, тебе и командовать. Как оно будет дальше, покажет время. А сейчас я тебя прошу. Возьмёшь?»

Я улыбаюсь так широко, как это позволяет мой ангельский ротик.

— Неужто думаешь, что откажусь?

— Спасибо, — Цанг улыбается в ответ. — Тогда предлагаю план: поскольку я не под судом и вообще не являюсь вашим гражданином, то я и проверну всю эту аварию. Таким образом у вашего Верховного суда не будет поводов обвинить тебя в совершении… Как, одобряешь?

Я улыбаюсь широко и блаженно. Да, теперь Верховному суду придётся туго.

«По данному запросу никакой информации не обнаружено».

Я в сердцах гашу виртуальный экран. Да уж… Похоже, информация по Оплоту Истинного Разума не намного более обильна, чем о полулегендарных сидхэ. Или это я тупой. Сумели же наши аналитики извлечь кучу полезной информации из моих бессвязных видений… По одному виду светила, увиденного глазами чужеродного существа в моей трансляции, определили размер того светила, диаметр планеты, скорость обращения… да массу всего. Вплоть до климата. А мне, похоже, требуется прямой и честный ответ — каков процент «зелёных», способных усвоить нормальный (ангельский в смысле) образ мышления, и каковы их номера… Определённо в аналитическом отделе меня бы погнали. Впрочем, меня и тут погнали… И в миссионеры теперь не возьмут, точно. И даже в ликвидаторы. Как пособника врагов. Вот разве что в службу очистки пресных водоёмов…

Я встряхиваю крыльями. Нет, ребята. Не пойду я в службу очистки этих самых водоёмов. И уж подавно не пойду в ликвидаторы.

Ибо я хочу спасти их, этих маленьких и несчастных зелёных человечков. Спасти это пропащий мир и тем самым спасти свою прародину. Да, да! Потому как Истинно Разумные — это логическое завершение процессов, идущих на Земле. Та же болезнь, только гораздо более тяжкая и запущенная. Решив сложную задачу, более простую решим легко.

Я криво усмехаюсь. «Я хочу»… Как для начала насчёт решения самой первой задачки? Насчёт пригодных к сотрудничеству…

«Ау, любимый! Ты где?»

Меня будто обдаёт теплом костра. И исказить это не в состоянии никакой подавитель телепатии.

«Я здесь! Я так тебя жду!»

«Ждёшь? А в воздухе встретить родную жену слабо?» — шелестит бесплотный смех.

«Отнюдь! Уже!»

Я с шумом вылетаю из гнезда, начинаю энергично молотить крыльями, набирая высоту. Да где же, где?

«Да тут я!»

Она возникает из ниоткуда, паря в восходящем потоке, и солнце будто просвечивает её насквозь… Лучезарное моё виденье…

«Да, я такая! И даже ещё лучше!»

Её смех разносится по всему бескрайнему окоёму.

«А догони!»

«А догоню!»

Она ускользает стремительными зигзагами, но стряхнуть меня не удаётся — я твёрдо держусь вслед за ней, как приклеенный.

«Ого! А так?»

Ирочка совершает стремительный пируэт, ранее виденный мной только в воздушном балете — немыслимая смесь «мёртвой петли», «кобры Пугачёва» и чего-то совсем экзотического. Но я справляюсь и с этим.

«Ну, держись!»

Теперь Ирочка использует приём, который до сих пор срабатывал безотказно — крутейший подъём, только что не вертикаль. Разумеется, приём не особо изящный, тут всё решает сила маховых мышц… а ещё больше лишний вес. Я изо всех сил молочу крыльями. Свалюсь… Сейчас сорвусь в штопор…

Моя жена сваливается в штопор первая. Я лечу следом, но она даже не пытается возобновить игру. Мы садимся на полосу прибрежного пляжа, взвихрив тучу песка.