Свободное падение - Александр Афанасьев

Кроме того, существуют относительно небольшие (максимум одна-две тысячи человек) группы русских националистов, возглавляемых в основном опытными отставными офицерами армии и полиции либо лицами, освободившимися в ходе демократической революции из мест заключения, где они отбывали наказание за «русский фашизм». Данные группы поддерживают идею превосходства русской нации над другими, защищают сами себя и периодически пытаются защитить русских от криминальных проявлений со стороны диаспор. Однако данные группы слабы, по сравнению с диаспорами разобщены и малочисленны, не имеют поддержки ни во власти, ни в органах правопорядка. Удивительно, но даже русская община не оказывает им поддержки, а некоторые считают их деятельность вредной. В частности, в диаспоре сбор денег на общие нужды является обязательным, уклонившийся от него будет являться изгоем и потеряет любую поддержку диаспоры. В то же время русским так и не удалось наладить сбор сколь-либо значительных средств на свои нужды, не удалось наладить вербовку молодежи в боевые отряды самозащиты и сколь-либо действенный механизм их поддержки. Складывающаяся с русскими ситуация уникальна, ни в одной зоне боевых конфликтов, в которых я побывал, я не видел подобного.

Таким образом, именно русских, несмотря на то что формально они являются доминирующей группой, следует признать главными пострадавшими от происходящего в регионе.

5. Следует констатировать почти полный распад органов государственной власти в регионе и отсутствие какой-либо власти и законности вообще – кроме силы с той или другой стороны. Я не видел и не встречал ни одного человека, который бы апеллировал к законности или осознавал необходимость установить законность. В регионе нет никаких партийных структур западного типа, не ведется никакой партийной работы, я не встречал ни одного человека, который бы ассоциировал себя с какой-то политической партией. В обществе отсутствует доверие к государству, к правительству, друг к другу, многие люди чувствуют себя преданными. Сэр, исходя из того, что я вижу здесь, какую информацию я получаю, я вынужден сделать заключение о том, что наша поддержка Снежной революции и ее лидеров была серьезной ошибкой. Они не имели и не имеют никакой поддержки на местах, и, следовательно, их никак нельзя назвать демократическими лидерами, опирающимися в своем правлении на поддержку и мандат народа. Скорее наоборот – большинство людей считают их ответственными за дестабилизацию обстановки, развал страны и распространение насилия, относятся к этим людям с ненавистью, как к предателям. Люди нуждаются не в демократическом представительстве и свободе, а в наведении элементарного порядка на улицах и пресечении насилия в отношении их. Тот, кто сможет это сделать, и завоюет их доверие и преданность.

Исходя из изложенного выше, следует обоснованно заключить:

1. Обстановка в регионе Север-один является угрожающей. При промедлении активного вмешательства более чем вероятен рост криминального и террористического насилия в регионе и, по прохождении им некоего порогового значения, перерастание насилия в открытый вооруженный конфликт сирийского типа.

2. Русские ни в качестве государства, ни в качестве этнической общности не способны ни навести порядок самостоятельно, ни даже противостоять сплоченным и агрессивным «диаспорам» в открытом или вялотекущем конфликте.

3. Переход региона под контроль диаспор способен привести к прекращению подачи нефти и газа в рамках организованного шантажа, дальнейшему ухудшению ситуации с безопасностью в регионе.

4. Открытый вооруженный конфликт в регионе наиболее вероятен не по этнической, а по религиозной линии. Как я уже показал выше, интересы криминальных и религиозных группировок различны и серьезно пересекаются между собой. В случае открытого вооруженного конфликта весьма вероятны массовые нападения на объекты добычной инфраструктуры, с ее повреждением и уничтожением, попытки вызвать экологическую катастрофу в регионе, нападения на граждан США и европейских стран с целью захвата заложников, шантажа военных властей и похищения ради выкупа. Все это нанесет серьезный удар по нашим интересам и возможностям в регионе.

5. В любом случае без силового вмешательства в обстановку в регионе рост насилия и ухудшение обстановки с безопасностью уже не остановить.

Мои соображения по дальнейшим действиям следующие:

1. Высадку в регионе американских войск и взятие региона под контроль необходимо максимально ускорить.

2. Высадку необходимо провести в два этапа, и к началу второго (открытой высадки подразделений армии США) необходимо путем проведения специальных операций силами USSOCOM изолировать или уничтожить наиболее опасные элементы в регионе.

3. При проведении операции по замирению региона мы, как и в Ираке, вынуждены будем опереться на местные силы. Это даже наиболее желательно для сокращения потерь и недопущения создания у местных иллюзии того, что их «оккупировали». В качестве трех опор я предлагаю использовать:

– русских;

– местные автохтонные элементы (мелкие народности, анимисты, язычники);

– часть членов кавказской «общины» после изъятия наиболее опасных элементов диаспоры.

4. При этом враждебными элементами оказываются:

– организованная террористическая сеть «Аль-Каиды» и «Имарата Кавказ» – полностью;

– члены диаспоры, занимающиеся организованной преступной деятельностью как основным занятием и не имеющие легального заработка.

5. В качестве мер по наведению порядка и стабилизации региона предлагаю следующие (ранжированы в порядке важности);

5.1. Выявление, задержание и перемещение лиц, являющихся членами организованной террористической сети, а также исповедующих ваххабизм. Часть исходной информации на этих лиц у меня есть, часть можно получить в ходе сканирования социальных сетей, еще часть можно будет получить у русских в ходе дальнейшей работы. В частности, немедленному задержанию и перемещению в рамках программы чрезвычайной выдачи подлежат следующие лица:

– лица, участвовавшие в боевых действиях на территории России или третьих стран в составе организованных боевых групп, сформированных по принципу религиозной (ваххабитской, салафитской) общности;

– лица, содержащие «молельные комнаты», распространяющие ваххабитскую литературу, сборщики закята, вербовщики и переправщики в зону боевых действий, местные духовные лидеры ваххабитской общины;

– лица, у которых при обыске найдено оружие и взрывные устройства.

Задержание должны производить наиболее опытные сотрудники спецслужб, привлеченные в рамках чрезвычайной программы сотрудники ЧВК, а также военнослужащие сил специального назначения. При оказании сопротивления необходимо применять оружие на поражение.

Задержанным лицам целесообразно присвоить статус PUC[53]и в максимально короткие сроки переместить за пределы региона и желательно страны. Как вариант – на территорию стран Восточной Европы, где создать лагерь для перемещенных лиц. Необходимо немедленно по перемещении начать дознание и оформление дел по данным лицам. При наличии достаточного материала целесообразно предъявлять обвинения и передавать дела указанных лиц на рассмотрение военным трибуналам. Возможно также создание специального трибунала на территории России для рассмотрения дел и осуждения указанных лиц.