Рубежи свободы - Влад Савин

Ну хоть стой, хоть падай! Он, по его словам, к этой шлюшке, неровно дышал! Восхищался, еть твою мать, "этой героиней украинского Сопротивления". И под дверями болтался, еще не штурмом нас брать, но "посмотреть, а вдруг что-то удастся" — в принципе, допустимо! Представляю, как бы я иную особу, в том сорок четвертом, из гестапо бы вытаскивал — тоже бы, по грани шел, на риск лично для себя наплевав. Вот только сыграло тут, что нервы у тебя были напряжены выше предела, и (вишенка на торте!) тебя в натуре зовут Джонни, так удачно совпало — а тут я тебя этим именем, да на твоем языке, вот и сорвался в боевой режим, когда совершенно этого было не надо!

А еще (тут я снова на миг балдею) он искренне верит, что к нему сейчас положено, по какой-то Конвенции!

— Я и мои коллеги пока не причинили вашей стране никакого ущерба! Наши страны сейчас не воюют, и мы были союзниками в той войне. Потому я настаиваю, чтоб мне при первой возможности была предоставлена встреча с консулом США.

Пой, пташечка, пой. Но на консула не шибко надейся — я бы на месте пиндосов, тебя живым закопал. Или, что реальнее, заявил бы, что данное лицо, это наглый самозванец, никакого отношения к США не имеющее! Однако что ты сказал — поддержу!

— Пока не причинили? Хорошо. Но ты понимаешь, Джонни, что если твои коллеги успеют что-то сделать, то будет совсем другой разговор? Кто они — имена, приметы, в каких каютах?

— Если вы даете слово оставить им жизнь. И еще… у этой девушки, мы приняли присягу гражданки США. Значит она тоже попадает под наш договор!

Это когда мы успели договор заключить? И насколько я знаю, Присяга, что произносят при вступлении в их гражданство, самостоятельной юридической силы не имеет — требуется еще признание этого факта их правительством, с выдачей документа. И очень может быть, что про присягу ты придумал. Вот что бывает, когда в спецгруппе оказывается самоуверенный идиот, да еще влюбленный. Но нам ведь это на руку!

— Мы это учтем. Обещаю, что если ваши коллеги не будут сопротивляться, жизни их ничего не грозит. Так имена, приметы, каюты?

Обещать можно — не сказав лишь, "при задержании". Ну а после, по приговору — решаю не я. Вполне можете сгинуть бесследно, как те пиндосы, что мы из китайского рейда, пленными дотащили — насколько я знаю, ни один из них после американской стороне выдан не был.

И мудр все ж был товарищ Сталин! Ведь для миссии, как эта, идеальной кандидатурой были бы не такие вот американские мальчики (пусть и русскоязычные), а кто-то из бывших власовцев, полицаев, карателей, красновцев — бывалые головорезы, которым абсолютно нечего терять. Однако при капитуляции Рейха, Сталин потребовал от союзников выдать нам всю эту мразь, и те согласились. Теперь те из предателей, кто не был повешен, в лагерную пыль превращаются — а у американцев кадров не оказалось для своего "бранденбурга".

Брать американцев выдвигались по всем правилам — это не какие-то лесовики, а хорошо обученные профи. Первая штурмовая группа все та же — я, Мазур, Кот, Репей, Шолом, между собой сработаны, не раз вместе тренировались. И Юрка соизволил присутствовать, вместе со своей итальянкой, а с ним Рябой (из "воронежских" старичков), Нукер, Акула, Гвоздь, Дед (эти из здешнего времени — но проверенные). И на подхвате еще "песцы" из молодых (уже послевоенного набора) и группа поддержки из отпускников. И Мария — а ты что тут делаешь? Мы сейчас самых настоящих американских шпионов будем брать — а ну брысь и сиди в каюте! А она головой мотает и санитарную сумку показывает.

— Да пусть в коридоре будет — сказал Репей — она девочку ту считай, с того света вытянула. Медицину лучше под рукой иметь, мало ли что.

Заткнулся бы! А ты, ладно, оставайся. Но за угол отойди — вдруг гранату кинут?

Матросик из экипажа нам издали на нужные двери указал. Подошли, готовимся вскрывать — и тут за ней шаги, затем распахивается, и тот кто за ней, по приметам (от первого из американцев полученных) похож. Я ему ствол в грудь — тихо, без глупостей! Левой рукой выдергиваю в коридор — Мазур и Репей принимают, передают подскочившим Нукеру с Акулой. А мы с Котом рвем в каюту — на диванчике второй сидит, руки вверх, не шевелиться! Так же взяли и третьего, в соседней каюте, тоже сопротивление не оказал. И это хваленый американский спецназ?

Документы у всех в порядке — на имя наших, советских граждан. В Севастополе разберемся по полной, благо на вас прямые показания есть. Но уже при поверхностном обыске нашли в чемоданах два автомата — чешские "холечеки", предки знаменитого "узи", даже внешне на него похожи. И пистолеты, наши ТТ — ну это оружие законное, а вот автомат при себе простой советский гражданин иметь не может никак, закон не дозволяет!

Выбираю подходящего по приметам, и говорю по-английски — вы можете хранить молчание но каждое ваше слово может быть использовано против… Ну ту лабуду, что в их кино полицейские арестованным говорят! Слышал, что вроде это у них с более позднего времени пошло, но на разрыв шаблона, что выйдет? Так их старший дернулся, услышав — а затем ответил, тоже по-английски.

— Капитан Добрушефф, Армия США. Требую относится ко мне, как подобает к военнопленному.

И это их спецура? Даже в это время, когда никакой "политкорректности" и разложения еще нет? Разочаровали вы меня! В наручники всех — не штатный полицейский инвентарь, а название узла из обычной веревки, две петли на руки за спиной, свободные концы спереди на поясе мертвым узлом завязать, и хрен теперь освободишься самостоятельно, если ты не фокусник Гудини и не индийский йог. И в темпе тащим наверх. Мимо наших женщин — Лючия глазами сверкнула, люгер наготове держит, вот пристрелит сейчас любого американца, прояви они хоть какую враждебность. А Мария смотрит на пойманных диверсов с удивлением, как на экзотических зверей.

Хотя вспоминаю историю, которую их писатель Клэнси в роман вставил, но что-то похожее и в жизни было. Как во Вьетнаме пиндосы решили своих сбитых летчиков из плена освободить, выделили свой самый крутой спецназ, и вертолеты огневой поддержки. Готовились тщательно — лагерь со спутников отсняли, у себя на территории построили копию, и на нем тренировались до автоматизма, ну как мы с "объектом 731". Все продумали, вплоть до того, что пленные не сумеют идти сами и их придется выносить. План разработали буквально по секундам — куда вертолеты стреляют, где сбрасывают десант. И с мотивацией постарались — их "политработники" личному составу говорили, как злыдни вьетнамцы их товарищей зверски замучивают, так что "кто если не мы — должны сделать это". Час Х, вертолеты уже в воздухе — и тут разведка докладывает, что вьетнамцы что-то заподозрили, усилили охрану, и план ко всем чертям. И сразу отбой и всем домой! Вот только, я уверен, в той ситуации (когда надо своих вытаскивать) наши бы — шли до конца!

Нет, американцы не трусы. И драться умеют, особенно припертые к стенке — как было у них например, оборона острова Уэйк в сорок первом, или в нашей истории, Бастонь в Арденнах. Но никогда за всю их историю они за свое выживание не воевали — а исключительно за свой интерес. Потому, если у нас приоритет, это выполнение поставленной боевой задачи, а собственное выживание, уже вопрос второй — то у них с точностью до наоборот. Все боевые приказы аналогичны нашему "выполнить по возможности" — но у нас такое очень редко бывает, а у них по умолчанию подразумевается. И нет традиции "погибаю но не сдаюсь", сдача в плен в безвыходном (на их взгляд) положении, у них совсем не табу, как у нас.