Миры Артёма Каменистого. S-T-I-K-S. Шатун - Василий Евстратов

– Дальше… Дальше уже горошники. Кусач, или просто – горошник. Он практически полностью изменился, покрылся броней, при этом очень быстр и опасен умом. Чаще всего действуют в группах с подобными себе или лотерейщиками.

– Представь себе лотерейщика в броне, с большей челюстью и серьезными такими когтями. – Что-то Боцман приврал, с такими когтями он хрен что в лапу возьмет. Наверное, на рыболовном корабле плавал, вот и привык привирать.

– Примерно такие, – кивнул Сапсан. – Арахниды еще есть. Но они нечасто встречаются, даже редко, правильней сказать. Представь небольшого роста скелет, обтянутый ороговевшей кожей темно-серого оттенка. Они очень быстрые и силы им тоже хватает, ведут в основном ночной образ жизни, соответственно и видят в темноте отлично.

– Они паутину могут кидать? – Кто-кто, а Шельма слушает с восторгом, будто не понимает, что мы с ними в любой момент можем пересечься.

– Нет, – усмехнулся он. – Паутину они не выделяют, но тоже любят высоту и под потолком в углах прятаться. У них для этого шипы специальные выдвигаются, так и охотятся из засад: выслеживают, поджидают и на голову падают, когтями горло вскрывая. Когти у них тоже вроде и небольшие, но очень крепкие и острые.

Посмотрел на мое кривое и ее восторженное лицо – продолжил.

– Нападают только на одиночек и на группы не более трех человек, и то не всегда. Очень осторожны. Если есть сомнения, что сразу не справятся, пропустят мимо и будут следом скрываясь, следить, ждать удобного момента. Терпения у них хватает, но только если уверены в положительном результате, в противном случае, просто не обращают на сильных внимания. Я вообще считаю, что это бывшие дети, которым удалось выжить. Очень уж они небольшие.

После слов о детях в бытовке повисла тишина. Не знаю, о чем они думали, а я вспоминал свой город, сколько только у нас в доме было детей и сколько из них теперь вот в таких арахнидов превратились?

– Дальше у нас идет рубер, – прервал тишину Сапсан. – Если с лотерейщика иногда можно взять горох, то с рубера удаётся добыть жемчужину. Это уже действительно лотерея, потому что в нее все-таки выиграть легче.

Я даже не стал спрашивать о цене, понял, что за жемчуг тут можно многое, если не все. Но скорей всего, просто голову потеряешь, прежде чем успеешь ее толкнуть.

– В споровом мешке у него не только горох, которого там немало бывает, но и янтарь забираем, кстати, у кусача он тоже попадается, это такие желтые и оранжевые нити, в споровых мешках встречаются, начиная от кусача и дальше у более сильных тварей, из него потом спек делают.

– А как его делают? – Это меня заинтересовало, такое пригодится всегда.

– Не знаю, – развел он руками. И видя мое огорчение этими словами… – Честно не знаю, а кто знает, не признаются. На нем неплохие деньги делают, кто же такую информацию за просто так будет распространять.

Вот в это верю, как-то я и не подумал сразу об этом. Вспомнился полный ящик шприцов и пакетов с порошком: может, стоило прихватить его, а не патроны? Продать и купить патронов. Но что уже сожалеть о случившемся, да и не факт, что в ящике именно спек был.

– Да ладно вам – спек. Как он выглядит? – Кто о чем…

– Это полностью изменившаяся тварь, если остальные еще чем-то похожи на людей, то этот вообще нет, и он поопасней кусача – увидите такого, поймете. Они тоже разные бывают: одни полностью броней обрастают, у других кожа что та же броня… Так не объяснишь – увидите, не ошибетесь.

Все погрузились в свои мысли, у меня только нецензурные в голове крутились. Что-то я сомневался, что моего «Кашмара» хватит на таких тварей.

– А есть еще страшнее? – прервала тишину Шельма.

– Подожди! – перебил я Шельму. – Чем рубера, если встретится, убить можно?

– Проникся, – заулыбались Сапсан с Боцманом. – Твоего калибра на него хватит. Мы, во всяком случае, валили, а у нас такие же автоматы есть, специально на такой случай, да и простой семеркой его завалить можно – умеючи.

– Хоть это успокаивает, – вздохнул я свободнее, а то жути нагнали. Да и внешник вроде как говорил, что из пистолета рубера грохнул, правда, там и пистолет не чета простому, но все равно.

– А почему в город их не брали? – Опять Шельма влезла, неугомонная. Я ответ уже знаю, кажется, во всяком случае, догадываюсь.

– Там сейчас для них целей нет, вот сразу после перезагрузки, тогда да, без крупного калибра туда соваться без толку, сразу схарчат.

Как я и думал. По пути из города, в основном, на всех и пистолета хватило. На кого не хватило, из автомата положили.

– Ну а дальше кто?

– Дальше…

Обед подоспел. Шмель кастрюлю принес, видать, из тутошних запасов, а то я сомневаюсь, что они такую с собой возят.

– Вовремя ты. Самый аппетит разгулялся.

Из шкафа достали тарелки, и нас не обделили. Каша с тушенкой, просто, зато сытно. Дружно затарахтели ложками, разговаривая на отвлеченные темы.

Не успели поесть, как:

– Ну а дальше-то, кто? – вырвался вопрос у Шельмы. Вспомнил, что она ужастики любит, видимо, очень ей по душе тема о монстрах пришлась.

– А дальше уже элита идет, жемчужники. Но полного описания у меня ее нет, только то, что они ужасные. Мы сами с ними почти не пересекались – только с молодой элитой. А кто встречался с более матерой и пережил эту встречу, говорят одно: встретишь ее, ни с кем не перепутаешь. И я им верю, и с вопросами больше не лез, что и вам советую. Пошли, Шатун, покурим и бойцов сменим, пусть пообедают, а Шельма ребят еще о тварях поспрашивает, я вижу, они ее особо интересуют.

Из коровника прошли с ним в ангар для спецтехники, в котором и сейчас стояли три трактора Т-16 и грузовик в полуразобранном состоянии. Поднялись по железной лестнице на второй этаж, зашли в контору, окна которой смотрели не только на ферму, но и на дорогу, по которой мы приехали, там и разместились, сменив бойца. Присев возле приоткрытого окна и закурив, Сапсан заговорил:

– Спрашивай, Шатун. Я ж видел, что ты хотел, но не решился вопрос задать.

Однако меня сейчас не то интересовало, о чем вначале хотел спросить. Сейчас волновало: почему он мне все это рассказывает, о чем и спросил его.

– Помимо того, что ты нас предупредил об опасности, хоть мы в этом и не нуждались, но все равно оценили, а мы не какие-то там муры, чтоб неблагодарностью ответить. И еще запомни, Шатун! Никогда не обижай новичков. Улей этого не любит и наказывает. Всегда наказывает! Есть возможность – помоги. Расскажи о жизни тутошней и до стаба проводи. Нет возможности – просто пройди мимо. Но направление к спасению ему укажи, тебе и это зачтется. Здешний мир не только жестокий, но и справедливый, добро всегда возвращается… Если успевает, – усмехнулся он. – А то, что вы новички, это и за километр видно, так что сам Бог велит вам помочь, хоть вы и сами справляетесь неплохо.