Миры Артёма Каменистого. S-T-I-K-S. Шатун - Василий Евстратов

– Дубль два, – прошептал себе под нос. – Ну что ж, побегаем.

Мимо просвета, в который я целился, пробежал уже заметно уставший парень. А чуть погодя показались и шустро передвигающиеся внешники.

Вдохнул-выдохнул, тщательно прицелившись… «Кашмар» не подвёл и в этот раз. Голова внешника мотнулась в сторону, и он тут же сломанной куклой осел на дорогу. Я, не дожидаясь, пока он упадет, постарался быстрее разорвать дистанцию. Но в следующее мгновение пришлось падать, подминая собой заросли – над головой прошли, как косой. Посыпались ветки и труха, закружились листья. А от дороги послышался стук работы пулемета, не такой тихий, как автоматы внешников, но и негромкий, только частый шелестящий звук и слышен.

Быстро он сориентировался, откуда стреляли – почти накрыл, падла. Пришлось на карачках убегать, пока обстрел не закончился. Так как, помимо шелеста пулемета был слышен еще и треск проламываемого телами подлеска. Пешие внешники по реакции недалеко от пулемётчика отстали, в нужную сторону ломанулись.

Как только обстрел из пулемета закончился, я тоже, уже не скрываясь, ломанул по прямой, только бы дистанцию разорвать. Это не те телята, с которыми я в первый раз встретился. Эти – волки битые, давили не переставая. Вообще мне передышки не давали, постоянно держа в напряжении и не давая остановиться, чтобы осмотреться.

Еще заметил, что левый фланг постоянно старался опередить меня, заворачивая в нужную им сторону. Теперь понятно, почему те двое по дороге прямо бежали, тоже, небось, так гоняли, пока не выдавили на дорогу и не заставили прямо по ней бежать.

Но пока мы бежали с одинаковой скоростью, и я сам понемногу вправо забирал, раз они меня туда так усердно направляют. Мне же это направление тоже пока выгодно: сейчас спуск закончится и будет очередной подъём, вот там я их и постараюсь еще раз притормозить, а то шустрые больно.

Совсем страх потеряли, падлы! Ничего, заселимся в Бастионе, вольнице вашей хвост накрутим, чтобы тут разные как у себя дома не лазили.

На ходу всевозможные кары сыпал на головы внешников, которые ни в какую не отставали, всё так же шумели слева и сзади.

«Но, самое главное, то, что задумывалось – получилось. Я их, похоже, притормозил. – Хохотнул непроизвольно. – Вишь, как обиделись. А вот интересно, тому парню удалось воспользоваться ситуацией и смыться или его сразу же положили?».

Полезли в голову совсем уже левые мысли, но вскоре выкинул всё лишнее. Местность пошла на подъём, и скоро всё выяснится, удастся мне их ещё раз притормозить или они всё же меня загонят.

А притормозить их нужно обязательно, я не спринтер в таком темпе долго бежать. Эти, видимо, на это и надеются, что от усталости скоро грохнусь, раз даже не стреляют пока. Хотя несколько раз лес не столь густой был, и у них имелась прекрасная возможность если не ранить, то уж грохнуть, точно. Значит, хотят живым взять, как и того, что на броневик закинули. Точно видел, как он извивался, когда его грузили.

Выскочив на самый верх, тут же упал за дерево, разворачиваясь лицом к врагу. И сразу запустил «радар» на полную, уже не экономя силы, сейчас решается: понадобятся мне эти силы еще когда или уже все, отбегался. Так как живым я в их руки даваться точно не собирался.

Четверо сзади и трое сбоку, «увидел», как они в зону действия моего дара вбежали. Все тут, а то я переживал, что кто-то на дороге остался, на броневике обогнал нас и сейчас с другого боку подпирает. Навести его по рации раз плюнуть, и будет мне вилка. Но всё равно нужно учитывать такой фортель, даже если дорожники все здесь, может, кто-то еще в машине ехал. Поэтому постараемся сломать такой очевидный сценарий.

«Давай. Еще немного, шустрый. Ещё…» – По «радару» выцеливал внешника, который вскоре должен показаться мне на глаза. Выстрел. «Есть сволочь!» – покатился он между деревьев, подстреленный.

«Ещё один приторможенный», – обрадовался результату, так как ясно видел, как забрало треснуло от попадания пули.

Но тут же радость улетучилась…

«Вот же, падлы ученые!» – выругался, отключил свой «радар» и снова подорвался бежать.

Задние после выстрела сразу залегли, а боковые наоборот, скорости прибавили. Пришлось опять в отрыв идти, но теперь забирая ближе к левофланговым. Собирался по гребню холма проскочить, пока они на подъём идут, и в обратную сторону их повести. А то, насколько я помню, дальше лес не столь густой будет, подлесок совсем пропадёт, и там-то они меня точно за жабры возьмут. Даже без предполагаемого правофлангового охвата.

В темпе пробежав верхами, приготовился встретить еще и этих, так как выскочить не успевал. Но может, если подстрелю кого-нибудь, удастся всё же притормозить их.

«Должна же у них задница жим-жим заиграть. Или они накачанные чем-то, и им все по барабану?» – думал, ожидая следующих, наблюдая за их приближением через «радар».

«Люблю я лес густой!» – радовался я очередной удаче.

И пусть мне пришлось опять бежать вниз с холма, это не омрачало моей радости от подстреленного очередного внешника. И такое на меня воодушевление нашло, что, так гляди, и всех остальных…

Сильный удар в спину, и наблюдаю, как из груди у меня вылетает фонтанчик крови. Всё это произошло в тот момент, когда я собирался перепрыгнуть через очередной поваленный ветром ствол.

Похоже, я их достал окончательно, и игрушки кончились. От попадания ноги резко стали ватными и я, перевалившись через так и не перепрыгнутый ствол, полетел лицом в заросли.

Но перед тем, как отключиться, я увидел, что бывает после смерти с человеком.

Видно, такое сильное желание у меня было убежать от внешников, что моя душа, не почувствовав, что уже потеряла тело, продолжила забег по лесу. Одетая в ту же одежду, что и я, и с моим же «Кашмаром» в руках она продолжила бег, постепенно исчезая в растущих впереди зарослях.

Меня же дальше поглотила тьма. И только одна мысль еще промелькнула: – «Шельма не простит» …