По ту сторону - Сергей Щепетов

– Мы принесём тебе еды! – взволновалась Сара. – Травы нарвём, кустов наломаем!

– Лучше позови сюда Второго. Я больше в контакт не вступаю.

С этими словами Первый качнулся, переступил ногами, принимая более устойчивую позу, и замер.

– Собственно говоря, за Вторым можно и пешком сбегать, – предложил я. – Тут недалеко.

– Погоди, давай сначала мысленно попробуем – хором. Может, услышит?

Второй нас услышал и явился, наверное, меньше чем через пять минут. Ничего не комментируя, он аккуратно пристроился к Первому боком и запустил ему под панцирь свои раздвижные щупальца. Через некоторое время Первый ожил, и мы, «не меняя лошадь», завершили-таки нашу экспедицию.

Наверху народ уже заскучал, и нас немедленно взяли в оборот. Правда, предварительно всё-таки выдали некоторое количество «еды» и воды. Натана и Александра Ивановича в первую очередь заинтересовал мой трофей – бронзовый меч, причём явно не солдатский, а как минимум офицерский. Я сказал им, что, прикрывая отход Сары, зарубил этим мечом одиннадцать стражников. Правда, не всех насмерть. Они переглянулись между собой, потом как-то очень одинаково посмотрели на меня и уточняющих вопросов задавать не стали. Серёга же изнывал от нетерпения отсканировать с наших мозгов пережитые впечатления. Однако я его притормозил:

– Давай сначала с лушагами разберёмся. А то останемся наедине с твоим чемоданом и дом родной никогда больше не увидим. Ты живой, Первый?

– Да. Но нужна подзарядка.

– А Второй?

– Забирать у него энергию имеет мало смысла. Вместо одного у вас будет два лушага, у которых энергозапасы на пределе.

– Так, может, следует отправить вас пастись?

– Здесь почти нечем заправляться, – ответил Первый. – Если использовать съедобные растения, придётся опустошить поля на многие километры вокруг, выловить и съесть всех крокодилов. Это будет большой ущерб для очень многих людей.

– Что же делать? – растерялся я. – Есть какие-нибудь варианты?

– Есть. Самый простой – перейти в другой временной слой, где мало разумных существ и много энергоёмкого материала, годного для переработки.

– Ты знаешь такой слой и дорогу туда? – с надеждой спросил Серёга.

– Знаю. Мы же скачали программу вашего навигатора. Переход в ближайшее подходящее место почти не потребует затрат энергии.

– Ну что, дамы и господа, – обратился я к народу, – завернём подкрепиться… на другую планету? Попастись, так сказать.

– А у нас есть выбор? – хмыкнул Натан. – Пошли!

– Выбор у нас, наверное, есть, – сказал Александр Иванович. Но, я думаю, лучше всего отправиться туда.

– Только одно условие! – заявил Серёга. – Сначала давайте закончим с этим миром. Проведём, так сказать, разбор полётов!

– Решение приято единогласно! – сказала Сара, почему-то позабыв про меня. Разбор полётов мы проведём сейчас – тут особо и разбирать-то нечего. А что по этому поводу думает Второй?

– Ваша традиция персонифицировать нас не имеет основы, – ответил лушаг. – Это мы можем контактировать с вами избирательно – с кем-то одним. А вы всегда и в любом случае контактируете с нами обоими сразу. Наше «сознание» едино. Его можно разделить, но это довольно сложная операция.

– И, по-моему, совершенно не нужная, – подал я голос.

– Всё-всё, хватит болтать! – махнула рукой Сара. – Мы сканируемся, остальные готовятся к переходу.

Натан и Александр Иванович вновь переглянулись и хором сказали:

– Слушаемся!

– Мы подготовимся, – сказал Первый, – но вам уже нельзя будет изменить своё решение.

– Не изменим!

Первой сканирование прошла Сара, после чего занялась подготовкой к путешествию. А именно: принялась вместе с Натаном и Александром Ивановичем обсуждать достоинства и недостатки трофейного оружия. Бронзовый меч действительно был непривычной формы: слегка изогнутый и бритвенно заточенный на… вогнутой стороне. А выпуклая сторона, практически тупая – сведена на клин больше 45 градусов.

– Материал диктует форму! – со знанием дела сказал Натан. – Бронза очень пластичная, но не шибко твёрдая. Если заточенной стороной ударить, скажем, по шлему или щиту, то вся заточка свернётся в трубочку.

– Да, – согласился Александр Иванович, – среднесортная казачья шашка начала двадцатого века его, наверное, перерубит, не получив зазубрин.

– Но здесь шашками и не пахнет, – сказала Сара. – Дайте-ка мне попробовать.

Короткий мах – и верхушка куста, толщиной в мизинец, даже не дрогнув, как была вертикально упала на землю.

– Класс! – одобрили зрители. – А ты потолще рубани – завязнет или нет?

Лушаги отошли в сторонку и что-то проделывали друг над другом. Мне показалось это более увлекательным, и я отправился посмотреть. Их манипуляции были действительно интересны, хотя бы своей неожиданностью. Но совершенно непонятны для простого человека.

Только нашему вундеркинду ни до чего этого дела не было. Он мусолил данные сканирования: нажимал на кнопки (иногда на несколько сразу!), смотрел на результаты и то хихикал, потирая ладони, то бормотал ругательства себе под нос:

– А ну-ка… А вот так… Не, не прокатывает… Ну, тогда вот так… Ага, получилось!

Лушаги закончили свои манипуляции, встали на виду у людей и замерли. Вероятно, это означало, что они готовы и ждут от хозяев того же.

– Серёга, завязывай, – сказал я. – Пора трогаться, а то разыгрались тут как дети, а лушаги кушать хочут!

– Ага… да… сейчас… Во, хи-хи, что получилось! Зови остальных – им понравится!

Остальные уже наигрались с мечом, приведя его, похоже, в полную негодность. Так что собрать всех вокруг прибора было нетрудно.

– Тут главное, правильно поставить вопрос, – поднял Серёга толстый указательный палец, – главное задачу доходчиво сформулировать! Хотя можете считать это шуткой. Вот смотрите:

«Вопрос:

Какова вероятность исторической связи посещённого нами посёлка протоземледельцев и данного государства?

Ответ:

Вероятность высока. Возможно, посёлок в момент посещения был центром первичного очага земледелия. Данное государство вполне может быть одним из его производных – вторичным очагом.

Вопрос:

Какова вероятность того, что наше посещение повлияло на экономические, социальные и политические процессы в регионе?

Ответ:

Вероятность чуть выше средней. Но влияние было (если было) не революционным. В данном обществе охотников-собирателей постепенно произошли изменения. У соседей подобное случилось позже или не случилось вовсе. И они сошли с исторической сцены – практически бесследно».