Афанадор - Евгений Гаркушев

В подвале было темно и сыро. Крысиные норы, которые когда-то пробили в этих подвалах вездесущие грызуны, к сожалению, тщательно залили бетоном. А Традавкус очень надеялся на помощь крыс. Эти существа пролезут везде, принесут все, что угодно. Договориться с ними не так сложно – гораздо проще, чем с “продвинутыми”.

И все же старый маг не терял времени даром. Несмотря на то, что за ним постоянно наблюдали с помощью специального устройства, закрепленного под потолком и позволяющего видеть даже в темноте, он старался предпринять некоторые шаги незаметно для своих тюремщиков.

Тардавкус тоже видел в темноте. Не так хорошо, как некоторые, но вполне достаточно для того, чтобы различить на полу темной комнаты потерянную монетку. Или разглядеть надпись, оставленную предыдущим узником. Или обнаружить пустоты за стенами, не простукивая их.

В первые несколько дней заключения Тардавкус присматривался и прислушивался. Он не отказал себе в удовольствии превратить в жабу порученца Блескальцева. Сделать это было совсем нетрудно, затрат энергий не потребовало практически никаких. Молодому человеку на роду было написано быть земноводным, и в обличии жабы он мог принести гораздо больше пользы, чем в человеческом облике. Поэтому законы равновесия были на стороне мага, и маленький подвиг, от которого пришли в ужас “продвинутые”, дался ему почти без труда. Вообще говоря, многие его тюремщики могли бы стать свиньями, тараканами, змеями или мышами. Но маг решил пока не форсировать события. Привести их в надлежащий облик он успеет всегда.

Пока же старый маг мысленно созвал крыс со всей округи и заставил их грызть бетон, пробивая ход к нему в камеру. Может быть, и не пригодится, но всегда нужно иметь возможность послать гонца с весточкой на волю.

Тардавкус постоянно ощущал себя на прицеле. Замаскированные в стене орудия готовы были выстрелить в него сетью, ампулой со снотворным и разрывной пулей. А кран под потолком был предназначен для впрыскивания сонного газа. Пару раз продвинутые испытывали это приспособление, и Тардавкус добросовестно притворился, что спит. Действие газа маг вполне мог нейтрализовать и делал это, но посчитал необходимым скрыть свои способности от тюремщиков.

Представители “продвинутых”, как правило, навещали мага в сопровождении големов – как они их называли, киборгов. Эти твари потрясали лучевым и парализующим оружием, что, вообще говоря, было не слишком приятно.

Через несколько дней после первого визита к Тардавкусу вновь зашел уже знакомый ему Блескальцев. Перед этим через кран под потолком в камеру мага накачивали какой-то газ – не сонный, а расслабляющий. Тардавкус не поддался его действию, но на всякий случай изобразил приятную расслабленность.

Блескальцев излучал наглость и самодовольство, смешанные с паническим страхом. Эта сложная палитра чувств прекрасно ощущалась, несмотря на все попытки главаря “продвинутых” выглядеть бесстрастным. Позади Кирьяна стояли целых три голема с поднятым оружием.

– У меня для вас плохая новость, маг, – заявил Блескальцев. – Совет отдал приказ уничтожить вас, если вы и в дальнейшем будете отказываться сотрудничать с нами. Мне удалось выторговать у них только три дня.

Противный голос Блескальцева дребезжал в тишине освещенной сейчас слабыми светильниками камеры. Тардавкус понял, в кого ему хотелось бы превратить этого человека – в черного, облезшего козла. Для этого потребовалось бы совсем немного сил и времени. Вырастить рога и превратить ноги в копыта. В остальном лидер “продвинутых” ничем не отличался от самовлюбленного животного.

– Может быть, вы все-таки согласитесь объяснить нам, как путешествовать между мирами? Или познакомите нас с каким-то более сговорчивым своим коллегой?

Тардавкус расслабленно улыбнулся и радостно, будто бы под воздействием наркотика, ответил:

– Ничего вы от меня не добьетесь, подонки.

– По-моему, вы переборщили с веселящим газом, – заметил Блескальцев в микрофон, закрепленный на вороте рубашки.

– А на газ твой мне наплевать, – сообщил Тардавкус. – Хочешь уйти отсюда на четырех ногах?

Блескальцев покраснел.

– Движение, взмах рукой – и тебя изрешетят мои слуги, – он кивнул на големов. – Сиди смирно и не делай резких движений.

– Чтобы превратить тебя в козла, мне не нужно двигаться, – объявил Тардавкус.

Блескальцев дернулся, едва не побежал к выходу, но справился с собой.

– Мы постараемся разнообразить оставшиеся три дня, – гнусно усмехнулся он. – И ты согласишься сотрудничать. Потому что у тебя не останется другого выхода.

– Выход всегда есть, толстый человек, – торжественно провозгласил Тардавкус, поднимаясь и приосаниваясь. Теперь поза невысокого мага стала спокойной и горделивой.

– Ты пожалеешь о том, что был дерзок, – воскликнул Блескальцев. Слюна брызгала у него изо рта. – Сюрпризы не заставят себя ждать.

Маг промолчал. Он не сомневался, что именно так оно и будет. Блескальцев и его прислужники вышли, свет погас.

Тардавкус прошептал:

– Орманос темпора клавос эндена!

Крысы, которые до сих пор медленно вгрызались в бетон и проходили едва ли локоть в день, заработали с утроенной скоростью. Все новые грызуны подходили из соседних зданий и расширяли ходы в подполе. Прошло меньше часа – и любопытная мордочка высунулась из норы в углу комнаты.