Холодные звезды (сборник) - Сергей Лукьяненко

– Много ли прав ты получил на Эдеме?

Лицо парнишки исказилось будто от боли. Алекс быстро сказал:

– Давай продолжим разговор в другой обстановке. У меня есть некоторое время… и я хотел бы кое-что узнать.

– Хорошо, пилот. – Мальчик поднял руку. Жалобно взревел дракон – и сказочный мир исчез.

Теперь это была простая комната, обставленная по моде как минимум столетней давности. Аморфные пластикатовые кресла, окна-картины, люстра-водопад, чьи мерцающие струи бесследно таяли у самого пола.

И Эдгар изменился.

Алекс посмотрел на грузного пожилого мужчину, сидящего перед ним, и кивнул:

– Я узнаю тебя. В фильмах ты был именно такой.

– Могу стать дряхлым стариком… таким, каким я покинул человеческий мир, – иронично сказал Эдуард Гарлицкий. – Но это неаппетитное зрелище. Что ты хочешь узнать, пилот-спец Алекс Романов?

– Ты действительно был в заточении?

– Да. – Лицо Эдуарда свела судорога. – Сволочи… подлецы. Я сглупил, я не стал выращивать для себя тело немедленно. Это казалось увлекательной игрой – вначале сконструировать величайшую телесную оболочку и поселиться в ней. Породить… начало новой расы. Суперлюди, а не нынешние жалкие спецы… прошу прощения.

– Я не обижен. – Алекс сел в одно из кресел, забурлившее под ним в поисках наиболее удобной формы. Эдуард, помедлив, сел рядом. Продолжил:

– Я собирался создать спеца-универсала. Соединить все лучшее, что только возможно, в человеческом теле. Я был бы человеком – внешне. И при этом мог бы дышать водой и часами функционировать в вакууме, пилотировать космические корабли и слагать стихи, чинить табуретки и управлять глюоновым реактором. Я хотел выжать из человеческого генома все, все, что он может дать! А то, что не может, взять у земных и неземных форм жизни!

– Потому тебя и заточили?

– Да. Это никому не было нужно. Это вызывало страх. Я придумал систему оперативного рекомбинирования генома, я почти добился результата. Даже приказал начать выращивать первое тело… тут меня и остановили. Меня судили… посмертно. Приговорили к бессрочному заточению в кристалле и общественно полезным работам. Император лично запретил создание суперлюдей. А мне… мне было приказано разрабатывать новые специализации для Империи.

– Как тебе могли приказать? Грозили уничтожить кристалл?

– Алекс… – Генетик рассмеялся. – Ты даже не представляешь, какой разнообразный и затейливый ад можно организовать в виртуальном пространстве. Я мог бы тебе показать… но ты немедленно выскочишь в реальный мир. А мне было некуда деться! Мой гель-кристалл подключали к более мощному, тот перехватывал управление… и начинался кошмар. Не знаю, кого они наняли для этой цели. Но фантазия у него была великолепной.

– Я верю тебе, – сказал Алекс.

Эдуард развел руками:

– Верь, не верь, но это – правда. Я сломался. Я согласился жить в виртуальном мире, до особого помилования со стороны Императора… и строить новых спецов. Я придумывал пилотов, бойцов, садовников, парикмахеров… Иногда мне казалось, что я схожу с ума. Я пытался издеваться над заказчиками… ты встречал когда-нибудь дворника-спец?

– Конечно.

– Это же не человек. Это пародия на человека! Руки до земли, пальцы, обросшие шерстью, чтобы выполнять роль мётл! Нагрудный карман для мусора! Тихий негромкий голос и добродушный нрав. И ведь при этом интеллект полностью сохранён!

– Я помню, что все очень уважали нашего дворника, – сказал Алекс. – Он был такой добродушный, общительный. Очень любил ребятишек, катал нас по двору на плечах…

– Господи, и эта деталь удалась? – Эдуард захохотал. – Дворник из моего детства вечно нас гонял, поэтому я вложил в дворника-спец особую любовь к детям… Я издевался над самой идеей. А ее пустили в серию.

– Так кто же такая Ким?

– Мое спасение. – Эдуард враз стал серьезен. – Двадцать лет назад мне удалось… очень хитрым путем, я поневоле стал опытным хакером, проникнуть в общемировую сеть. Я искал какие-то оппозиционные течения. Искал людей, которые могут помочь, искал доступ к общественному мнению. И понял, что никакого выхода нет. Оппозиции не существует – если не брать безумные религиозные секты или набравшие силу планетарные правительства. Но не было никого, кто мог бы мне помочь, кто пошел бы против имперской власти и парламента Эдема. Тогда я решил создать человека, который поможет мне спастись. Работать с массами было невозможно, но когда поступил заказ на агента-спец, вечно юную, обаятельную, умную девушку с особыми возможностями… я немного поиграл с ее генами. Мою работу контролировали, но тут они ничего не поняли. Даже поблагодарили за столь искусно выполненное задание. А я дождался, пока девочка подросла, и стал встречаться с ней в виртуальных мирах. Придумал для нее эту трогательную легенду… Я очень люблю Ким, Алекс. Даже не знаю, кто она для меня – и дочь, и сестра, и любимая женщина.

– Ты создал Ким «под себя»? – спросил Алекс.

– Конечно. Я не питал иллюзий, что она вечно сохранит мне верность. От древней морали я успел избавиться… почти. По моим расчетам, Ким должна была меня спасти уже взрослой женщиной, имея солидные сбережения и надежные укрытия. Но лабораторию модернизировали, меняли линии связи, и я понял, что утрачу контакт с девочкой. Пришлось импровизировать, впрочем – вполне удачно. Я перехватил контроль над одним из обслуживающих роботов, тот вынес гель-кристалл и поджег лабораторию. Кристалл считался погибшим, а на самом деле за ним ухаживала Ким. А потом вмешался его величество случай. Мать застала Ким с кристаллом. Поняла, что это не сборник секс-развлечений или романтических историй. Дальнейшее ты знаешь. Мы бежали.

– И ты рискнул доверить свою судьбу девочке, впервые выбравшейся в Галактику? Да мало ли что могло с ней случиться?

– Что? – Эдуард пожал плечами. – Она привлекательна, да! Но при этом она боец-спец с массой особых возможностей. Если кто-то попытался бы ее изнасиловать… я бы ему не позавидовал. Пусть даже Ким будет связана по рукам и ногам. – На лице Эдуарда появилась неприятная улыбка человека, знающего что-то неведомое никому другому.

Алекс нахмурился:

– Так ты специально моделировал ее такой? Умной, красивой, сексуальной – и при этом безжалостной убийцей?

– А что в этом плохого, Алекс? Империя живет этим. Каждое правительство создает граждан по своему усмотрению. Любая крупная фирма с серьезными видами на будущее заказывает спецов нужного ей типа. Родители, выбирая детям будущее, оплачивают ту или иную специализацию. Чем я хуже? Я действительно постарался для Ким. И то, что она спасает меня, это… ну – естественная благодарность, что ли!

– Если бы она спасала тебя осознанно! Если бы ты не кормил ее ложью!

– Настанет время, и она узнает правду. Разумеется.

Алекс замолчал. Кивнул.

– Быть может. Но ты был не прав.