Кости и Звездная пыль - Редгрейн Лебовски

– Когда Кью понял, что тогда в лесу Раф избил не Айзека, а тебя, он слегка не сдержал эмоций, – ответил Фокс, пряча злорадную улыбку.

– Он ударил девушку! – возмутился Джентльмен. – А я его предупреждал…

– Ты сам не знал, что это девчонка. – Рафаэль поморщился, словно откусил лимон. – Да она на парня похожа больше, чем ты! Кью, молись, чтобы я до тебя не добрался, когда мы покинем этот чертов дворец. Тогда тебе уже ничто не поможет, и я…

– Мне что, тоже врезать тебе, чтобы ты наконец заткнулся? – хмуро спросил Исайя. Он стоял позади всех и отстраненно глядел куда-то перед собой.

– О, а как же без тебя, – завел свою шарманку Рафаэль, но его прервал Джаспер. Он велел парню замолчать и, подойдя к Адель, сказал:

– Для меня было честью познакомиться с тобой.

– Для меня тоже. – Она протянула руку, и Наблюдатель Клуба в Шу аккуратно ее пожал.

– Адель, – словно удар кнута прозвучал голос Малахии, – поторопись.

Адель еще несколько секунд собиралась с духом, а потом направилась к королю. Расправив плечи, она высоко подняла голову, но попытки убедить себя в готовности к тому, что ждет ее за порогом, были напрасны.

Приоткрыв дверь, Малахия вошел в зал, превосходящий своими размерами все виденные Адель раньше помещения. Сюда запросто поместился бы весь рынок Трех дорог, и еще бы осталось место. Шагая вслед за королем, Адель зачарованно разглядывала каменные стены, украшенные ковкой в виде лозы дикого винограда.

По всему периметру стояли огромные колонны, а ближе к центру размещалось десять тронов. Вокруг каждого из них был высечен круг, напоминающий печать. От самого большого трона, словно солнечные лучи, которыми светило касается каждой из планет, по полу тянулись прямые линии.

Четыре трона уже были заняты двумя мужчинами и двумя женщинами, с интересом наблюдавшими за Адель. Шай шел позади, тихо объясняя Адским Джентльменам как себя вести, чтобы не подвергнуться опасности во время инициации.

– Это еще кто? – прозвучал стальной голос женщины, которая занимала четвертый трон, принадлежащий Марсу. У нее была по-восточному смуглая кожа, острые черты лица и раскосые глаза. Длинные иссиня-черные волосы были заплетены в тугую косу.

– Терпение, Мария, – произнес Малахия, даже не взглянув в ее сторону. Подойдя к трону Солнца, он подождал, когда Шай займет свое место, и продолжил: – Сегодня утром Илай привез в Санкта Илию эту девушку. Способности, которым она обладает, не оставили равнодушным даже меня. Вполне возможно, что она – наша сестра, что пришла на Землю, дабы стать частью нашей семьи. Поэтому я позвал вас. Вместе мы должны провести для нее обряд инициации. Ее зовут Адель Фейбер, и сегодня последний день ее жизни как обычного человека.

– Вполне возможно? – Мария вопросительно изогнула бровь. – Ваше величество, у вас есть сомнения?

– К сожалению.

– В чем же тогда ее сила? – поинтересовался Рен, Инкарнат Меркурия, чрезвычайно высокий и крепкий мужчина.

– На какое-то время она поглотила силу Урана, прикоснувшись к метеоритным камешкам Илая, – как-то неохотно ответил Малахия. – Адель позаимствовала его радиоактивность, превратив ее в собственную силу.

– Это невозможно, – отрезала Инкарнат Марса. – Ваше величество, это просто смешно…

– Я бы тоже не поверил, если бы не увидел все своими глазами, – вмешался Шай. – Как бы то ни было, это дитя однозначно имеет способности, пока что неподвластные нашему пониманию.

– Бедняжка! – сочувственно воскликнула девушка, занимающая трон Венеры. Айка была настолько красивой, что Адель невольно почувствовала укол зависти. Ее по-детски невинное личико было таким милым, что хотелось смотреть и восхищаться его красотой. На вид она казалась моложе Адель, хотя на самом деле ей было сто пятьдесят лет. Длинные волосы цвета меди спускались на плечи пышными волнами. Адель тут же горько пожалела о своих отрезанных локонах.

Айка еще раз окинула взглядом спутницу Малахии, а потом встревоженно добавила:

– Илай, где ты ее нашел? – Она прищурила свои прекрасные глаза. – У нее что, синяк на лице? О, ради Вселенной, неужели ее били?

– У нас еще будет возможность об этом поговорить, – вмешался король, не дав герцогу округа Астрос ответить. – А сейчас я хочу побыстрее покончить с этим. Адель, тебе предстоит по очереди присесть на каждый из свободных тронов. Когда ты займешь место планеты, которая является твоим покровителем, она откликнется. Поняла?

Адель сдержанно кивнула. Ей приходилось прилагать немало усилий, чтобы удерживаться на предательски подкашивающихся ногах.

– Тогда начнем. – Малахия опустился в просторное кресло, спинка которого была увенчана металлическими языками пламени, ореолом подымающимися над головой бога Солнца.

В тот же миг пять линий на полу полыхнули ослепительным белым светом, и круги вокруг кресел, занятых Инкарнатами, засияли.

Адель не спешила подходить к трону третьей планеты, который был к ней ближе всего. Дрожа, она переминалась с ноги на ногу и растерянно покусывала губу. Ей не хотелось этого делать. Ей не хотелось становиться одной из них.

Ощутив на себе требовательный взгляд короля, она тяжело вздохнула и обреченно направилась к трону Земли. Она опустилась на сиденье и закрыла глаза, а когда снова их открыла, то с облегчением обнаружила, что ничего не произошло. Никакого сияния, нестерпимой боли, мерцающих вен. Ничего! Это воодушевило ее, в отличие от Малахии – с каждым последующим креслом, которое она занимала, он становился все мрачнее.

Побывав на местах Сатурна, Нептуна и Плутона, Адель смущенно остановилась в центре зала, не зная, куда себя девать. Ни одна планета не откликнулась, а значит, она не Инкарнат!

– Еще раз, – с нотками раздражения в голосе велел Малахия.

Адель не посмела ослушаться, повторно посетив четыре пустующих места планет, сиротливо ожидающих своих богов.

– Она смертная, ваше величество, – радостно произнесла Мария.

– Или ведьма, – добавил Рен. – Отдать бы ее в руки Инквизитора. Представляю, как ему не терпится ее сжечь. Он был вместе с тобой, верно, Илай?

– Молчать! – словно лев, рыкнул Малахия и, сорвавшись со своего места, подлетел к Адель, которая в оцепенении смотрела на него широко раскрытыми глазами. Он был в ярости, и она не понимала почему, ведь с самого начала он сказал, что не считает ее Инкарнатом. Так в чем же дело?

Приблизившись к Адель, король недовольно произнес:

– Я не чувствую тебя. Совершенно. И мне это очень, очень не нравится, понимаешь? Кивни, если «да».

Ее кивок больше походил на судорогу.

– Ни одна из планет не реагирует… Ни одна из планет не чувствует тебя. Может, нужна моя помощь? – Он навис над ней. – Я помогу им получше тебя рассмотреть. Я помогу тебе засиять, Адель, хочешь? Только дай мне прикоснуться к тебе.