Кремль 2222. Митино - Олег Бондарев

И вот теперь Игорю предстояло впервые использовать те знания в бою.

Удивительно, но тур до сих пор так и не обернулся к стрельцу – то ли бы глух на оба уха, то ли воин Кремля крался к нему чертовски умело. Впрочем, подойти к животному – это всего лишь полбеды, куда сложней перевернуть клинок и вонзить его точнехонько в нужное место. Да, пока что этот тур напоминает их тренировочное чучело, но стоит Игорю хоть как-то себя выдать, и вся ярость, сокрытая под этой потрепанной шкурой, будет выплеснута на его несчастную голову.

«Иди, – подгонял стрельца нетерпеливый шам. – Иначе боль».

Его комментарии сбивали с толку, мешали соображать. Возможно, на это и был расчет: чтобы пленник зазевался, допустил ошибку и, стремясь ее исправить, позабавил своего новоиспеченного трехглазого хозяина.

«Будь ты проклят».

Покалывание в позвоночнике стало сильней. В очередной раз скрипнув зубами, Игорь снова пошел вперед: намек был совершенно ясен.

Наконец между стрельцом и туром – всего пара метров. Тянуть дальше нет смысла. Надо только совершить рывок и вогнать меч между третьим и четвертым позвонком – делов-то!..

«Но почему же так трясутся коленки?..»

Не потому ли, что если рванешь сейчас, то пути назад уже не будет? Пока тур его не приметил, шанс на спасение есть…

«Нет шанса», – тут же заявил чужой голос в светлой голове стрельца.

Его слова послужили сигналом к старту. Собрав волю в кулак, Игорь метнулся вперед со всей прытью, на которую только был способен. Меч он переворачивал уже на ходу, готовясь воспарить над землей и нанести удар в незащищенную шею тура…

Незащищенную. Ага.

Заслышав торопливые шаги, рогатый мут резко повернулся к обнаглевшему кремлевскому воину. Теперь обрушить меч на шею животного не представлялось возможным, и Игорь спешно отхлынул в сторону, дабы тур ненароком не боднул его головой. На несколько секунд противники замерли, хмурыми взглядами изучая друг друга. Животное люто ненавидело дерзкого хомо, который вздумал подкрадываться к нему с мечом в руке. Хомо, в свою очередь, терпеть не мог мутантов, а данного конкретного тура совершенно искренне боялся, понимая, насколько его враг сильней.

Вдоволь налюбовавшись человеком, рогатая тварь бросилась на него с явным намерением убить. Игорь попытался отскочить в сторону, но сделал это недостаточно быстро, чтобы совсем избежать контакта. В итоге могучий рог тура разодрал его видавшую виды рубаху и процарапал бок. Светловолосый стрелец тихо цыкнул от боли и поморщился, но не остановился, понимая, что любая лишняя пауза может стоить ему жизни.

А тур тем временем уже разворачивался для новой атаки. Стрелец торопливо облизал пересохшие губы. Рана в боку была неглубокой, но саднила, отвлекая его от боя едва ли не больше, чем назойливый голос шама в голове. Пришлось собрать всю волю в кулак и сконцентрироваться на сражении.

Усталые пальцы из последних сил сжали неверную рукоять меча.

Вот животное снова ринулось в атаку. Оно перло на него, явно желая пронзить своими массивными рогами и заставить блудную душу навсегда покинуть изможденное тело кремлевского воина. Игорь снова, в который уж раз за последние месяцы, глядел в лицо своей смерти и лихорадочно ломал голову, как избежать столь несвоевременного и даже в чем-то нелепого конца.

«Давай же», – опередив ненавистного шама, мысленно сказал себе Игорь.

Отчаянный прыжок влево – в тот самый миг, когда тур уже находится слишком близко, чтобы резко поменять направление и все-таки достать его своим рогом. Поудобней перехватить меч стрелец уже не успевал и потому ударил по шее сверху вниз, будто хотел отрубить мутанту голову. Но та, разумеется, осталась на месте, а клинок от бурой шкуры едва ли не отскочил – до того крепкой ее сделала заботливая московская Зона.

«Хорошо хоть меч не сломался», – мелькнула шальная мысль.

Впрочем, совсем бесследно отчаянный выпад стрельца не прошел. Из пореза на шее твари полила кровь. Алые капли шустро стекали по шкуре вниз и падали, разбиваясь об асфальт.

Однако радоваться было нечему: тур этой беды пока что даже не заметил. Повернувшись, мутант снова устремился к стрельцу, который после резкого находчивого пируэта опять ощутил в позвоночнике боль, на сей раз – не от ментальной атаки шама, а от ранения времен Тушино.

«Господи, как же не вовремя!..»

Скрипя зубами с таким остервенением, что, казалось, они просто сотрутся в порошок, Игорь приготовился к новому рывку.

Мутант помчался на него, чуть наклонив голову – ровно настолько, чтобы угрожающие рога смотрели прямо в грудь ненавистному хомо. Игорь напрягся. В тот момент он представлял из себя один сплошной комок нервов.

Пауза…

А потом Игорь прыгнул в сторону, желая повторить недавний трюк, но тур, как выяснилось, ждал такого развития событий и потому резко сменил направление. В итоге стрелец замешкался, и чудовищный рог вонзился в уже поврежденный левый бок и там застрял.

«Твою ма-а-а-а…»

Кремлевский воин выпучил глаза и коротко вскрикнул. Тур не обратил на это никакого внимания и понес Игоря вперед, с каждой секундой все сильней нанизывая врага на залитый кровью рог.

Остановить рассвирепевшего тура смогла только стена, в которую он буквально вмял стрельца. У парня к тому моменту уже картинка перед глазами плавала туда-сюда, слева направо и обратно. Вдобавок все как будто разом стало гораздо медленней. Игорь четко видел морду тура, который впечатал его в кирпичную кладку, видел его глаза, полные ненависти…

А потом светловолосый стрелец почувствовал, как внутри у него взрывается и разлетается по всему организму жгучая боль.

Внезапно тур замер и, отступив на шаг, наклонил голову. Игорь медленно соскользнул со злополучного рога и неловко плюхнулся на потрескавшийся тротуар. Сознание его стремительно проваливалось во мрак.

Последнее, что увидел Игорь – это как ненавистный тур медленно заваливается набок. В глазах его рогатой головы, вывернутой под неестественным углом, больше не было ненависти.

Взгляд тура остекленел.

«Умер?»

Но Игорь толком не успел порадоваться этому факту, потому что в следующий миг воцарилась непроглядная тьма, и сознание его окончательно потухло.

* * *

Захар, мрачнее тучи, бродил вдоль Купола, придирчиво оглядывая его мутноватую поверхность. Странная поделка неизвестных ученых напоминала ему немытое окно в соседнем доме, на которое десятник смотрел, будучи еще неразумным юнцом.

Никаких следов Прохода. Никакого намека на то, что кто-то недавно покинул район в этом месте.

А вот осколки на земле рядом с Куполом были.

– И с чего ты решил, Захар, что это от колбы ихней остатки? – хмурясь, недоуменно спросил Никола.

– Я не решил, – уточнил десятник, – а всего лишь предполагаю. У тебя есть идеи получше? Вижу, что нет. Так что давай еще раз все тут поблизости осмотрим и, если ничего не найдем…