Новая Зона. Синдром Зоны - Сергей Клочков

– Поздравляю вас, сталкер. – Капитан Прокопенко встал из-за стола и с силой потряс протянутую руку. В добрых голубых глазах светилось живое участие, капитан постоянно улыбался, перебирая наши документы и буквально процеживая каждую страницу паспорта. – Академик все-таки выдал вам премии, сталкер. В отпуск сталкеры могут пойти.

– Товарищ капитан… я все-таки для вас давно не сталкер, а сотрудник НИИ. – Я тоже приветливо улыбнулся, глядя в ясные, веселые глаза Прокопенко. Тот расплылся еще шире.

– Конечно, конечно. Как скажешь, сталкер! Нет проблем.

Хип коротко, с шипением выдохнула сквозь сжатые зубы – это был признак трудно сдерживаемого раздражения, но тут же заулыбалась, пустив «искорку» глазами.

– Нюх у вас отличный на нашу породу, товарищ Прокопенко, – прощебетала она. – Сразу чуете, с кем дело имеете. Чутье профессионала. Тонкое.

Дернулся капитан и чуть улыбку сбавил. Знает ведь, хорошо знает, что в нашей среде давно носит почетную кличку Нюхель – за любопытное свойство тщательно, до последней запятой, изучать любой документ, даже самую пустяковую справку. И делал он это, буквально утыкаясь носом в бумагу; сталкеры шутили, что он в этот момент на нюх ее пробует, не фальшивка ли. Ну и приросло имечко с лету. Стал капитан Прокопенко Нюхелем и сам об этом прекрасно был осведомлен. Ох и дотошный тип… не сказать, чтоб сильно вредный, нет, ну или подлый чересчур, но скрупулезный, въедливый на редкость. И как любой «погонник» со стажем, сталкеров Нюхель крепко недолюбливал и даже уже штатных сотрудников обязательно в чем-то подозревал. Не сказать, чтоб он был Шерлоком в своем деле, отнюдь, но недостаток смекалки и соображения Прокопенко компенсировал прилежанием и примерной исполнительностью даже в мелочах. Повезло нам, сказать нечего.

– Так вот, друзья мои сталкеры, вопрос мой такой. Где же вы, голубчики, отпуск будете проводить?

– Подробно? – поинтересовался я.

– Обязательно, друг мой, – кивнул Нюхель. – Распоряжение начальства. Сам Чернов вас на карандашик взял. Поэтому и банковская карточка теперь подотчетна, вот она, кстати, и раз в три дня регистрироваться вам нужно будет по месту жительства, то есть в Крыму. Да вы не переживайте, никуда ходить не придется. Аппаратик вам дома поставим биометрический, нужно будет просто сетчатку показать да пальчик приложить. Ничего сложного.

– А браслет на ногу не надо? Ну, там, как при домашнем аресте? – поинтересовалась Хип. – Я слышала, такой иногда уголовникам навешивают.

– Нет, это лишнее. Хотя я бы, конечно, повесил без вопросов, – снова расцвел майской розой Нюхель. – Вы бы у меня, сталкеры, все бы с таким украшением ходили, чтоб я всегда знал, кто и где бегает.

– А я бы вам красивую нашивку на воротник приделал, – очень любезным тоном продолжил я. – Знаете, как удобно? Шею не натрет и, говорят, модно очень.

– Да ладно, мы уж как-нибудь так обойдемся. – И снова взгляд добрых синих глаз. – Закорючку поставьте вот тут… это, значит, приказ об отпуске. И тут – разрешение на обработку данных банковского счета.

Я, не став спорить, подписал. В любом случае без этих бумажек ни отпуска, ни денег, и весь план насмарку. Тот, который «Б». Совсем уж танком переть против отдела безопасности НИИАЗ не стоило. Яковлев в обиду, конечно, не даст, но вот дополнительное внимание и еще более серьезные ограничения нам ни к чему. Хорошие мы. Послушные. Не буду больше про воротниковые украшения говорить, а то еще Нюхель раньше времени обидится.

– Хорошо, капитан. Только вот такое дело… отпуск-то мы не в Крыму провести планировали.

– Это в смысле? – удивился капитан.

Я вместо ответа вытащил из пакета с документами рекламный проспект. В ярких таких, глянцевых тонах, с синим небом, узорчатыми, витыми домами и большим белым кораблем на горизонте.

«Круиз. Черное и Средиземное моря. Турция, Крит, Греция, Италия, Франция, Испания».

– На семь недель. – Я подчеркнул пальцем строчку. – Давно собирали, и вот.

– Кучеряво живете, сталкеры, – присвистнул Нюхель, – однако. Сейчас, минуточку обождите.

Взял Прокопенко телефон и далеко не минуточку добросовестно обзванивал, уточнял, записывал и кивал.

– Ну, невыездными вы не являетесь, к сожалению, – заметно погрустнел капитан. – И право заграничных турне имеете. Тем не менее карточку я вам оставляю все ту же, и данные все равно из-за границы по договору мы получим. Никакой наличности, все здесь.

И Нюхель, опять в хорошем настроении, протянул через стол два глянцевых конверта с серебряного цвета картами.

– Уж извиняйте. Надо, сталкеры, надо. Жду билеты, паспорта, чеки и адрес турфирмы. Все уточним. Да я с вами пойду, собственно. Зря, что ли, в командировку приезжал?

– Никаких проблем, товарищ капитан. Завтра же в это время встречаемся, и все будет.

– Кучеряво живете, сталкеры, – вздохнул Нюхель еще раз, когда мы выходили из гостиничного номера.

Выйдя на улицу, я подмигнул Хип и набрал телефон Зотова.

– Да, добрый день. Какие новости, Лунь? – послышалась знакомая, быстрая речь.

– План «Барселона» запущен, Проф, – с улыбкой сообщил я.

– Ох, как это дорого выйдет, друг мой…

– Других вариантов нет, Проф. В путешествии по России нам бы так же пришлось отмечаться в местных органах, да и Прокопенко с нами бы поехал, надсмотрщиком – на такую командировку ему НИИ денег бы выделил моментом. А там, думаю, прокатит. Сообщите сыну добрую весть.

– Спасибо вам, сталкер. Разумеется, я постепенно выплачу эту путевку…

– И думать забудьте, профессор. Поссоримся, гарантирую.

– Как странно… Леша будет вам чрезвычайно признателен. Кандидатская, знаете, не предполагает полной занятости на работе, а невеста тоже трудится в маленьком отделе НИИ…

– Проф, даже слушать не желаю. Если уж на то пошло, считайте это моей благодарностью за спасение Пенки. Без вас мы бы не справились. Пусть собираются, достают все документы и бегом в Новороссийск. Отплытие через пять дней, учтите.

– Добро, Лунь. Инструкции скиньте по почте, я дам адрес. – И Проф отключился.

Хип уверенно потащила меня по улицам Новороссийска в сторону магазина одежды, который присмотрела заранее. Тоскливое это дело все же было необходимым – нужно было «приодеться» к круизу. Так я, под придирчивым взглядом стажера, обзавелся несколькими светлыми рубашками и футболками, летними брюками из некрашеного льна, солнечными очками и тщательно выбранной Хип краской для волос. Я печально вздохнул, осматривая пакетики со склабящимся светло-русым качком на этикетке.

– Если скажешь кому, что Лунь по модным магазинам ходил и волосы красил, то…