Метро 2035. Ящик Пандоры - Шамиль Алтамиров

Раздалось гулкое «бд-дум», снизу в мост грохнула будто тараном вода, рельсы тряхануло.

– Жалко, конечно, продать хотел, – крикнул мокрый Скиф. – Но не отвяжутся же, падлы. Придется на Киевской еще команду нанять! – безжалостно огрызнулся Скиф. – Чего на краю жмешься? Сядь на середину! И качай, повеселимся! – достал еще две банки.

«Бд-дум-с-с»

Тугой столб воды ударил в небо метра на три выше рельс. Металлоконструкции закряхтели, заходили ходуном. Макс крутил головой по сторонам, в одиночку тянул и нажимал рычаг, чтобы как можно скорее миновать проклятый мост через эту проклятую реку! Скиф захохотал:

– Чего такой кислый, парень?! Сдохнуть боишься? Так живем лишь раз, хрен ли жаться по норам? В метро такого нет, наслаждайся!

Новая банка с громким «ш-щи-и-и-и» полетела вниз.

«Бд-дум-с-с»

Шелест падающей воды перекрыл протяжный стон и хруст рвущейся стали, мост накренился, противоположная сторона путей стала медленно оседать и с громким «плюх» провалилась метрах в тридцати позади.

Скиф, опомнившись, кинулся на рычаги и принялся осатанело качать.

– Макс, эта… – запыхался от работы он, – ты не говори никому. Просто мы проезжали, а с мостом уже так и было, лады?

Максим, заливаясь потом, только и кивнул, с вожделением глядя вперед, поверхность ему порядком надоела. Зев спасительного туннеля был уже близко.

В привычном подземелье оставшиеся в живых везунчики стянули средства защиты и побросали в подставленный мешок. По такому случаю устроили и небольшую передышку перед длинным туннелем, преодолевать который придется теперь малыми силами. Максим с тревогой вглядывался в темноту, ожидая, что и оттуда вот-вот полетят камни и отточенные куски арматуры. Но Скиф спокойно курил самокрутку, а если и был чем-то встревожен, то уж точно не мраком земных недр. Его контрабандист уверенно держал на расстоянии, направив вперед луч своего мощного фонаря.

– Ну, гвардия, по коням! Последний рывок остался.

– Последний? – послышался с прицепа голос свинаря, который уже сто раз проклял все и пожалел, что связался с таким, казалось бы, легким способом заработка. – Точно?

– Для тебя – точно последний, если прямо сейчас жопу не поднимешь. Мы ведь и вдвоем доехать можем, правда, Макс?

– Ага, – подтвердил тот, ведь лишь один отрезок туннеля теперь отделял его от нормальных станций, от людей. И подал пример, забираясь на дрезину. Мужик с обреченным видом устроился на рычаге напротив, спиной к туннелю. Видно, нагляделся уже на всю оставшуюся жизнь и смотреть в лицо опасности более не желал. Зато Скиф, подергав прицеп и крепления груза, запрыгнул сверху, устроившись поудобнее.

– Вперед!

Заработала динамка, колеса начали постукивать на давно не ремонтированных разболтанных рельсах, воздух снова сделался затхлым, но теплым. Пахло жильем, людьми.

– Хорошо в краю родном, пахнет сеном и… Надо же, станция формально конфедератская, а порядка никакого.

За почти километр туннеля и ему пришлось сменить на рычаге сомлевшего, сползшего на пол от изобилия впечатлений «галерника». Мужик задыхался с непривычки, Максим не жаловался, перестал тревожиться, только давил на отполированную руками железяку, ощущая уже и себя какой-то частью машины. Туннель перегородили вдруг вынырнувшие из темноты ржавые ворота. Скиф убавил ход и, не дожидаясь остановки, спрыгнул на пути. Здесь не было надежного гермозатвора, точнее, таковой, отгораживающий когда-то наземный перегон моста от метро, остался позади, всегда открытый из-за сильно поврежденного механизма. А крепкий кулак кочевника уже гулко стучал по железу. Вблизи стало видно, что крепкие ворота прорезаны еще и калиткой, в нее-то и долбил настойчивый гость с поверхности. Посреди дверки на уровне лица приоткрылось совсем уж маленькое окошко, и невидимый охранник изнутри что-то спросил у Скифа.

– Какой еще пароль?! Я на посланника Совета Полиса похож? Пароль – «бухло», так и передай своему старшему смены, он поймет. Бегом беги, прямо сейчас передай! Кстати о бухле… – он вернулся к дрезине и запустил руку в рюкзак. Проигнорировав умоляющий взгляд мужика, валяющегося в изнеможении под рычагом, протянул Максиму небольшую фляжку. – Пей, только мне оставь.

Неизвестная выпивка оказалась повкуснее, чем в баре у Мойши, такое раньше доводилось пробовать только у смотрящего, когда он расщедривался угостить. Максим сделал еще глоток. Беспокойство, до сих пор сжатое где-то внутри под желудком в комок да еще и прихваченный льдом, начало понемногу отпускать. Даже если двери сейчас не откроют… Он вырвался из Полиса! Живой. Он на другой стороне реки, почти в Ганзе. Да тут уже и поверху дойдет. Загремел железный засов, из калитки показался довольно пухлый охранник.

– Скиф, ты так не пугай больше! Мы тебя раньше, чем через месяц, и не ждали. Не успели новичка предупредить, так он у двери чуть не обделался. Наслушался, что оттуда, кроме нечисти и грозного начальства, никто не является.

– И решил у нечисти пароль спросить? Да вот у другана дело срочное образовалось, пришлось пораньше сорваться.

– И другана пустим. Ты только не забудь, ну, как обычно…

Теперь Максим наконец-то смог разглядеть ганзейца, одетого в привычную серо-черную камуфляжную форму, а тот с любопытством осматривал его самого. Видно, таких крепких парней в кожанках он тоже повидал немало, потому что спросил:

– От какой группировки будешь?

– Китай-город, – коротко отрекомендовался Макс.

– Ну, эта публика еще приличная! Не то, что кожуховская отморозь или Черкизон. Переправим на Краснопресненскую, дальше сам добредешь.

Получив в руки плоскую стеклянную фляжку, внимательно изучил этикетку.

– Опять три звездочки?

– Может, тебе еще и «Наполеон» достать?! – развел руками Скиф.

– Ладно, сойдет. Но я буду надеяться. Открыть ворота! – Ржавые створки затряслись, сыпля во все стороны коричневой пылью, бойцы сборного ганзейско-конфедератского блокпоста, крепко ругаясь, повыдергивали задвижки из пазов на полу, и, захлопнув калитку, открыли путь дрезине.

– Помните пароль, ребята, пригодится, – подмигнул им Скиф, проезжая внутрь.

– Ой, засыплют они туннели, как обещались… Засыплют! – вздыхал начальник смены, заходя следом, оглянувшись в темноту.

Фамилия у любителя фляжек с коньяком была Северов, так его и называл приятель, за дверями понизив голос, что-то втолковывая теперь лично старшему. Наверное, насчет товара договаривается, подумал Максим, но не угадал. Идущие впереди предводители вдруг остановились и оглянулись на него.

– Тебе принципиально, на какую фамилию пропуск давать или как?

Скиф поводил рукой из стороны в сторону, подсказывая верный ответ. Максим изобразил головой те же движения. Похоже, лишний пропуск где-то имеется, да никто его не востребовал. И предприимчивый Северов ищет, кому бы продать. Не паспорт, но ганзейский документ везде хорош, кроме Красной линии, а на нее возвращаться Макс пока не собирался.