Заложники Волка - Алексей Бессонов

Фарж прошелся по кухне, и Йоргу показалось, что его черные глаза блестят как-то по-особенному.

– Никто не знает, кто он, – выдавил Макс после долгой паузы. – Никто не знает, что ему нужно. Никто даже не может толком объяснить, как он выглядит. Некий молодой человек с хорошими манерами… очень молодой человек. Те, кто имел с ним хоть какие-то коммерческие дела на этой планете, – умерли и ничего не расскажут. Какая странная картина.

– Я дождусь вечера, – вздернул подбородок Детеринг. – К тому же, судя по снимкам, леди Роксана – редкая красавица, не правда ли?

* * *

Без четверти восемь он остановился возле аптеки в Симеоновом переулке, в двух шагах от улицы Ла Фер, и выдохнул – долго, так, чтобы полностью освободить легкие. На заднем сиденье потрепанного белого «Остина», которым снабдил его Фарж, лежал небольшой клетчатый кофр, перехваченный парой ремней. Посидев немного, Детеринг надел широкополую кожаную шляпу, подхватил кофр и выбрался из кара. Ветер взметнул бахрому на швах его замшевой куртки.

Здоровенный офисный билдинг «Роза ветров» Йорг увидел сразу же за поворотом – впрочем, маршрут он знал уже наизусть, так как проехал его два раза с интервалом в несколько часов: один раз на мотоцикле, взятом для этого в прокатной конторе, второй уже на старичке «Остине». Медленно двигаясь по Ла Фер, Детеринг скользил взглядом по редким в это время суток прохожим, присматривался к автомобилям на обочинах, но ничего примечательного не наблюдалось. Он остановился у автомата, купил себе за четвертак стаканчик вонючего, с серой пенкой, кофе и, прихлебывая, пошлепал дальше. В восемь ровно он спустился по длинному пандусу в недра подземного паркинга; шляпа его скрывала лицо почти полностью, да и брел он, покачиваясь и опустив голову.

Серебристый «Лэнгли Трайдент», длинный и приземистый, стоял именно там, где и было условлено – прямо перед выездом, ведущим на авеню Сиракуз. Когда Детеринг подошел к машине на полметра, транскодер в кармане куртки едва слышно щелкнул, и роскошное купе ожило, моргнув фарами и приоткрыв водительскую дверь. Йорг швырнул кофр внутрь и, пригнувшись, упал в глубокое кресло. Дальше он действовал стремительно, словно автомат, постоянно выполняющий одну и ту же операцию: левая рука коснулась кнопки запуска энергосистемы, правая скользнула на заднее сиденье и схватила лежащий там боевой шлем. Шляпа полетела назад, щелкнуло, опускаясь, забрало шлема, потом клацнули замки ремней клетчатого кофра, и между сиденьями улегся странноватый на вид фиолетовый корварский излучатель с двумя вертикальными стволами и выдвижным прикладом.

Серебристый хронометр на передней панели показывал шесть девятого; со стороны Ла Фер в паркинг шустро скатился небольшой фургончик, похожий на мордатого щенка с круглыми глазками-фарами. В кабине машинки сидели двое длинноволосых мужчин в одинаковых куртках с высоким воротом.

Фургон встал рядом с «Лэнгли».

Правая рука Детеринга скользнула по бедру, и в дверцу его роскошного купе, прямо напротив невидимой за бархатом обивки бойницы, изнутри уперся ствол «Моргенштерна». Водитель фургончика сидел, вцепившись обеими руками в руль и глядя перед собой, а его пассажир, буквально ощупав глазами «Трайдент», произнес что-то в сторону, и за его спиной рывком распахнулась бортовая погрузочная дверь.

Палец Детеринга лежал на спусковом крючке. Когда дверь бахнула стопором, он на долю секунды скосил глаза и позволил себе медленно выдохнуть. Из фургончика стремительно выскочила высокая женщина в плаще, с цветастым платком на голове. Едва подошвы ее туфель коснулись пола, она сбросила с себя платок, и тогда Детеринг чуть приопустил стекло своей двери.

Леди Роксана Барилари утвердительно тряхнула головой, оббежала корму «Трайдента», скользнула на переднее пассажирское сиденье.

– Ваш шлем сзади, – отрывисто произнес Детеринг, опуская ногу на акселератор.

– Извините, но мне все же хотелось бы увидеть ваше лицо. – Барилари говорила твердо, но голос ее чуть грассировал, и от этого в нем слышалась какая-то игра…

Йорг поднял забрало и повернулся к ней.

– Вы куда симпатичнее, чем кажетесь на снимках, – сообщила женщина.

– Смею заметить, миледи, что мне ни разу не приходилось позировать серьезным мастерам фотопортрета…

Ему показалось, что леди командующая ОЗ Кассанданы едва слышно хихикнула, и Йорг улыбнулся в ответ. Стремительно разгоняясь, «Трайдент» мчался по левому ряду авеню Сиракуз – далеко впереди виднелся подъем на акведук Фернандо Магеллана с огромной тридцатиметровой статуей великого мореплавателя. По странной прихоти скульптора постамент был украшен отнюдь не каравеллами, а старинными имперскими линкорами, изображенными к тому же в гротескно-брутальной манере.

«Что за черт? – удивлялись горожане. – Старику почетный караул? Да он бы, пожалуй, свихнулся при виде эдаких чудищ…»

Глядя на дорогу, Детеринг постоянно контролировал мониторы задней полусферы, но ничего похожего на преследователей пока не видел: вокруг мелькали, быстро исчезая за кормой «Трайдента», самые обычные машины горожан, едущих домой после работы. Основная масса служащих давно покинула офисы и вернулась в свои гнездышки, сейчас по Сиракузам двигались только отдельные припозднившиеся работяги, поэтому левый ряд был практически свободен. Пару раз, завидев несущийся на бешеной скорости серебристый спорткар, ему проворно уступили дорогу, в целом же никаких помех не было.

«Можно было бы к ночи, – подумал Детеринг и тут же перебил сам себя: – Да нет, на хрен – с темнотой на дорогу выползает втрое больше патрулей, которые отлавливают перебравших и любителей ночных гонок, а я сейчас как раз подпадаю под эту самую категорию…»

– Время выбрано с тем расчетом, что сейчас нас тормозить абсолютно некому, – будто прочитав его мысли, произнесла леди Роксана, – в это время суток на всем маршруте нет и не может быть ни одного патруля.

– Я имею прямой приказ не останавливаться ни при каких условиях, – дернул щекой Детеринг.

Она понимающе опустила голову.

«Трайдент» пошел на подъем, и у Детеринга возникло краткое ощущение полета. Через сотню метров он включил правый поворотник и, выкручивая двигатель, начал перестраиваться в правый ряд: на спуске с акведука стоял светофор. Правый, как, впрочем, и ожидалось, оказался занят медленно ползущими легковушками, уходящими до развязки в сторону набережной Антуанетты, поэтому Йорг, сколько мог, держался во втором ряду: левая нога его лежала на тормозе. В последний момент, уже метров за десять до поворота, он сбросил газ, вытормозился – леди Роксана едва не повисла на ремнях, однако весьма профессионально, не моргнув и глазом, удержалась в кресле, – и, снова ударив по акселератору, с глухим воем влетел в вираж, порядком напугав какого-то папашу с двумя отроковицами на заднем диване оранжевого универсала. Газ! Серебристый спорткар набирал скорость с ошеломляющим напором. По совести говоря, Йоргу требовалось едва ли не все его водительское мастерство, чтобы держать этого лютого зверя – правда, повороты на нем можно было атаковать практически на любой скорости, и это приводило Детеринга в восторг.