Война - Роман Злотников

– Скажите, товарищ старший лейтенант, а лётчик гвардии капитан Чалый вам, случайно, не родственник? – невзначай поинтересовался корреспондент, упаковывая свой фотоаппарат.

– Виталий? – Сашка обрадованно вскинулся. – Брат. А вы с ним давно встречались? Как он там?

– Недавно, – удовлетворённо кивнул корреспондент. – В госпитале ваш брат. Ранен был во время выполнения последнего боевого задания. А ещё у него недавно сын родился.

– Сильно? – встревожился старший лейтенант.

– Неприятно. Но не волнуйтесь. Он уже на поправку пошёл. Скоро в строй вернётся.

– Это хорошо. А про сына я знаю. Он написал. И вообще – молодец. Род наш продолжил… Капитан, дважды Герой!

Представитель прессы заговорщицки прищурился и, наклонившись к уху старшего лейтенанта Чалого, доверительно сообщил:

– Скоро будет трижды, – после чего вскинул руки. – Но я вам ничего не говорил!

– Во даёт! – Сашка расплылся в улыбке. – Ну, теперь мне за ним точно никогда не угнаться…

– Я с ним познакомился ещё когда он даже первого Героя не получил, – продолжил корреспондент. – Он у вас очень щепетильный. И скромный. Всё время пытался убедить меня, что все его успехи – вовсе не его заслуга, а, по большей части, случайность. Или результат работы учителей и наставников. Мол, делал всё, как они учили, и оно само как-то случилось…

– Ну, по большому счёту, так оно и есть, – пожал плечами Сашка. – Делай хорошо то, чему тебя научили умные люди, не трусь и не паникуй – и всё приложится.

Корреспондент рассмеялся.

– Узнаю семейный подход… Кстати, может, расскажете какой интересный эпизод из боевой биографии? Ну, для оживления репортажа. Можно даже из времён «Сталинского котла».

Сашка ненадолго задумался, а потом пожал плечами.

– Да, как-то ровно всё было с «котлом»-то… Мы вообще на тихом участке сначала стояли. Против нас венгры были. Но они ещё до начала нашего наступления весь пыл растеряли. А уж когда наша авиация им «Три весёлых ночи» устроила, так они сами отступать начали. Даже без наших атак. А мы только за ними шли и пленных принимали…

Корреспондент понимающе усмехнулся.

«Тремя весёлыми ночами» в войсках называли операцию «Подарок», которую советские ВВС провели в конце января. Точное число участвовавших в ней самолётов Сашка, естественно, не знал, но ходили слухи, что их было как бы не несколько тысяч. Причём большинство из них делало не менее чем по десятку вылетов в день. А такие громадины, как «ТБ-3», которые немцы как раз и именовали «ночными кошмарами», в ночь… Прозвище было вполне заслуженным – пять тонн боевой нагрузки, в основном представляющей собой мелкие осколочные и зажигательные бомбы. А если приходилось работать по бронетехнике, то ПТАБы, вкупе с небольшой скоростью полёта, которая в условиях практически полного отсутствия у немцев истребительного и зенитного прикрытия из недостатка превращалась в весомое достоинство, поскольку позволяла укладывать бомбы куда точнее более скоростных машин. Это приводило к тому, что эскадрилья этих вроде как совершенно устаревших монстров буквально выжигала и перемалывала в муку любое сопротивление на нескольких гектарах земной поверхности. И это только ночью. Хотя ночи зимой длинные… Днём же эстафету подхватывали более современные штурмовики и бомбардировщики. Ну и истребители не сильно отставали. Правда, они работали в основном по последним оставшимся в распоряжении немцев зениткам, которых к тому моменту оставалось раз-два, и обчёлся. Ну и на перехват немецких истребителей, с помощью которых немцы, после отчаянных воплей Паулюса, осознавшего, что его войска просто выбомбливают в пыль, и рискнувшего позвонить Гитлеру лично, пытались хоть как-то облегчить положение возглавляемой им группировки. Однако, как Сашка узнал уже чуть позже от одного летчика, с которым познакомился, когда его вызвали в Запорожье, куда только что перебрался Военный совет фронта, для вручения ордена Боевого Красного Знамени, которым его наградили за бои под Кривым Рогом, получалось это у люфтваффе плохо. Далековато было… «Мессера» вообще были способны работать на такой дальности только с подвесными баками, которые при вступлении в бой им приходилось сбрасывать. Вследствие чего запас подобных баков у немцев заканчивался довольно быстро. Если же не сбрасывать… то баки, чаще всего, всё равно терялись. Только уже вместе с истребителем. «Фоккеры» дотягивались и без баков, но их на Восточном фронте у немцев было не так чтобы и много. Англичане и американцы осенью возобновили стратегические бомбардировки рейха, так что немцам пришлось держать подавляющее большинство этих мощных и высотных машин в ПВО рейха. Ну а тем, которые были, противостояли им уже не молодые выпускники лётных школ и училищ, освоившие лётную науку только за партами аудиторий в учебных полётах, а ветераны, прошедшие через горнило полутора лет войны. Короче, эта попытка обошлась люфтваффе дорого… Этот лейтенант, кстати, много чего рассказал. Ну, когда они потом, после награждения, ордена обмывали…

– А Красное Знамя вы за что получили?

– За Кривой Рог, – Сашка поморщился. – Там всё не очень интересно было.

– Это когда немцы румынов под пулемётами в атаку погнали? – тут же встрепенулся корреспондент.

– Ну да, – старший лейтенант Чалый нехотя кивнул. – Главный удар-то на участке соседей был. Нам только краешком досталось. Но и того хватило. У нас тогда четыре пулемёта заклинило от перегрева. А после боя перед фронтом роты насчитали почти семьсот румынских трупов… Ну да об этом «Красная звезда» писала. Не про мою роту, конечно, но у нас, считай, всё так же было. И мы тоже два «Ганомага» с пулемётами подбили, которые румынов в бой гнали. Я после этого боя всех своих бронебойщиков к медалям представил. На пределе дальности достали. На семистах метрах!..

Корреспондент уехал через час. Вытянув-таки из Сашки и ещё пары человек так нужные ему фронтовые байки. Хотя командир взвода ПТР батальонной роты огневой поддержки младший лейтенант Перепелица явно заливал. Но корреспондент на первый взгляд смотрелся как товарищ опытный, которого провести – ещё умудриться надо, так что пусть. Тем более что Перепелица в уши дул вполне складно и истории у него получались на загляденье. Особенно если он рассказывал их женскому полу…

Проводив машину с корреспондентом взглядом, старший лейтенант Чалый развернулся к стоящим рядом ротным.

– Значит так, сводки по снабжению предоставите, как обычно, к четырём часам. И готовьте ведомости. Из финчасти пришло указание, что денежное довольствие надо выдать уже послезавтра. В воскресенье в расположение полка военторговская лавка приезжает… – Ну да, вот такие у него теперь были обязанности. В основном.

Следующие несколько дней прошли спокойно. Ну да откуда беспокойству-то взяться, если их дивизию вывели во второй эшелон. Да и давно пора. Последний раз дивизию выводили на отдых и пополнение четыре месяца назад. В феврале. Сразу после того, как сдались окруженцы «Сталинского котла». Но тот отдых омрачился большим казусом. Поскольку сразу после ликвидации «котла» они внезапно оказались почти в двухстах километрах от линии фронта, им тут же урезали нормы снабжения на тыловые нормативы. Вот так вот. На ужин ещё приняли положенные «наркомовские», закусив их картошечкой с тушёнкой, а на завтрак уже получили пустую перловку с льняным маслом… И почти две недели, пока «наверху» не разобрались и не внесли изменения в приказы и нормативы, то есть практически всё время отдыха они так и просидели на пустых щах и перловке. Нет, формально-то тыловики были правы, но так то формально! Неужто сразу предусмотреть нельзя было?