Мир-Кольцо. Строители Мира-Кольца - Ларри Нивен

Его это не особо обеспокоило. Остальные два скутера напоминали серебристые пятнышки — настолько далеко впереди и друг от друга они находились. Если бы драка случилась на земле, кто-нибудь серьезно бы пострадал. Но что могло случиться здесь? Скутер кукольника наверняка был быстрее, чем у Говорящего, — Несс обязательно бы позаботился о том, чтобы в случае чего сбежать от кзина.

Но кукольник никуда и не думал бежать, а приближался по дуге к скутеру Говорящего.

— У меня нет желания тебя убить, — сказал кзин. — Если собираешься атаковать с воздуха, не забывай, что радиус действия твоего таспа может оказаться меньше, чем радиус шанцевого луча Поработителей. ГРРРАУ!

От его боевого рыка застыла в жилах кровь. Не в силах пошевелиться, Луис не отводил глаз с серебристой точки, уходившей в сторону от скутера Говорящего.

Однако он успел заметить восхищенный взгляд Тилы.

— Я не собираюсь тебя убивать, Несс, — уже спокойнее добавил Говорящий-с-Животными. — Но я получу ответы на свои вопросы. Нам известно, что ваша раса способна управлять звездными сеятелями.

— Да, — согласился Несс, скутер которого с невероятной скоростью удалялся влево.

Звериное спокойствие инопланетян было иллюзией, существовавшей исключительно потому, что Луис Ву не мог понять выражения их физиономий, а также потому, что инопланетяне не могли передать человеческое выражение лица на интерлингве.

Несс бежал прочь, словно спасая собственную жизнь, но кзин не покидал места в строю.

— Я получу ответы на свои вопросы, Несс, — повторил он.

— Ты верно догадался, — сказал кукольник. — Наше исследование безопасных методов истребления злобных хищников-кзинов показало, что ваша раса обладает высоким потенциалом и, возможно, вы могли бы быть нам полезны. Мы предприняли меры, чтобы направить вашу эволюцию по пути мирного сосуществования с чуждыми для вас расами, действуя непрямыми и крайне безопасными методами.

— Крайне. Несс, меня это нисколько не радует.

— Меня тоже, — сказал Луис Ву.

Он отметил про себя, что оба инопланетянина продолжают общаться на интерлингве, хотя могли бы использовать Язык героев. Они предпочли включить в свой разговор людей — и вполне справедливо, поскольку в их споре на равных участвовал и Луис Ву.

— Вы нас использовали, — продолжал он. — Использовали нас тотально, как и кзинов.

— Но во вред нам, — возразил Говорящий.

— В войнах с кзинами погибло немало людей.

— Луис, оставь его! — ринулась в бой Тила Браун. — Невмирс, если бы не кукольники, мы все стали бы рабами кзинов! Они не дали кзинам уничтожить цивилизацию!

— У нас тоже была цивилизация, — оскалился Говорящий.

Молчаливое призрачное изображение кукольника напоминало готового к броску одноглазого питона. Другим ртом он управлял скутером, находившимся теперь на порядочном отдалении.

— Кукольники использовали нас, — повторил Луис Ву, — как инструмент для эволюции кзинов.

— Но ведь получилось! — настаивала Тила.

Послышалось низкое зловещее рычание. Теперь никто уже не мог принять выражение морды Говорящего за улыбку.

— Да, получилось! — гневно бросила Тила. — Вы теперь мирная раса, Говорящий. Вы можете поладить с...

— Молчи, человек!

— С равными себе, — закончила она. — Вы не нападали на другие расы в течение...

Достав модифицированный шанцевый инструмент Поработителей, кзин поднес его к интеркому, показав Тиле, которая внезапно прикусила язык.

— На месте кзинов могли быть мы, — сказал Луис.

Все взоры обратились к нему.

— На месте кзинов могли быть мы, — повторил он. — Если бы кукольники решили вести искусственный отбор среди людей, выводя некую особую породу... — Он запнулся. — Ну да. Тила. Конечно же.

Кукольник никак не реагировал.

Тила неловко поежилась под взглядом Ву.

— В чем дело, Луис? Луис!

— Извини. Мне тут кое-что пришло в голову... Несс, расскажи нам. Расскажи все, что ты знаешь про Законы о рождаемости.

— Луис, ты с ума сошел?

— Угуррр, — проворчал Говорящий-с-Животными. — Мне самому следовало догадаться. Несс?

— Да, — отозвался тот.

Скутер кукольника превратился в серебристую точку, уходящую влево. Она почти затерялась на фоне более крупной и размытой яркой точки впереди, которую отделяло от флотилии большее расстояние, чем могло существовать между любыми двумя точками на Земле. Интерком показывал неизменную, лишенную какого-либо выражения физиономию с плоским треугольным черепом и длинными мягкими губами — она просто не могла выглядеть опасной.

— Вы вмешивались в Законы о рождаемости на Земле.

— Да.

— Зачем?

— Нам нравятся люди. Мы доверяем людям. Мы выгодно с ними сотрудничаем. И для нашей же пользы есть смысл их поощрять, ведь они определенно доберутся до Малого Облака раньше нас.

— Превосходно. Мы вам нравимся. И что?

— Мы хотели усовершенствовать вас посредством генетического отбора. Но что именно совершенствовать? Нет, не разум — не в нем ваша великая сила. Так же как и не в вашем чувстве самосохранения, выносливости или умении драться.

— И вы решили сделать нас везучими, — рассмеялся Луис.

Только теперь Тила все поняла, и глаза ее расширились от ужаса. Она попыталась что-то сказать, но с губ ее сорвался лишь неразборчивый всхлип.

— Конечно, — ответил Несс. — Пожалуйста, Луис, перестань смеяться. Это разумное решение. Ваш биологический вид отличался невероятным везением. Ваша история воспринимается словно ряд чудесных спасений в последний момент — от внутривидовой атомной войны, от загрязнения вашей планеты промышленными отходами, от экологических катастроф, от массивных астероидов, от капризов вашего достаточно переменчивого Солнца и даже от взрыва ядра, о котором вы узнали по чистой случайности. Луис, почему ты все еще смеешься?

Ву хохотал, глядя на Тилу. Покраснев до корней волос, она водила глазами из стороны в сторону, словно ища, где спрятаться. Не слишком приятно осознавать, что являешься частью генетического эксперимента.

— В итоге мы поменяли законы о рождаемости на Земле, что оказалось на удивление легко. Наш уход из Известного космоса привел к обвалу на биржах, вследствие чего разорились несколько членов Комиссии по рождаемости. Некоторых из них мы подкупили, других шантажировали долговой тюрьмой, а затем воспользовались коррупцией в Комиссии в качестве публичного повода для перемен. Подобное предприятие потребовало гигантских расходов, но не несло никакой опасности и отчасти завершилось успехом. Мы сумели воплотить в жизнь Лотереи рождений, надеясь получить таким образом породу необычно везучих людей.