Мир-Кольцо. Строители Мира-Кольца - Ларри Нивен

Над прямым черным ободом кольца взошла сверкающая звезда класса G2. Лишь когда Говорящий коснулся кнопки поляризатора, Луис смог взглянуть на нее невооруженным глазом и увидел край тени, пересекающей диск звезды, – теневой квадрат.

– Осторожнее, – предупредил Несс. – Если мы уравняем скорость с кольцом и зависнем над его внутренней поверхностью, нас наверняка атакуют.

В ответ послышалось неразборчивое ворчание кзина, который основательно устал, проведя много часов за подковообразной приборной панелью.

– Каким оружием нас собираются атаковать? У создателей Мира-Кольца даже работающей радиостанции нет!

– Мы понятия не имеем о принципах их связи. Возможно, в их основе лежит телепатия, или резонансные колебания кольца, или электрические импульсы в металлических проводах. Зависнув над поверхностью, мы станем для них угрозой, и они воспользуются любым оружием, какое у них только есть.

Луис согласно кивнул. Осторожность не была ему присуща, и Мир-Кольцо пробудил в нем прирожденное любопытство, но тем не менее кукольник был прав.

Неподвижно застыв в пространстве, «Лжец» стал бы потенциальным метеоритом, причем достаточно крупным. Даже двигаясь с орбитальной скоростью, подобная масса представляла чудовищную опасность; стоило ей задеть атмосферу, и она с воем устремилась бы вниз со скоростью в несколько сотен миль в секунду. Перемещаясь со скоростью выше орбитальной и удерживаясь с помощью двигателей на искривленной траектории, «Лжец» представлял бы меньшее, но в случае чего намного более фатальное зло, поскольку при отказе двигателей «центробежная сила» швырнула бы корабль прямо на населенные территории. Вряд ли кольцевики несерьезно относились к метеоритам, учитывая, что одна-единственная пробоина в основе кольца могла лишить их всего пригодного для дыхания воздуха.

Говорящий повернулся к кукольнику, и его глаза оказались на уровне с плоскими головами Несса.

– В таком случае жду твоих распоряжений, – сказал кзин.

– Сначала нужно замедлить корабль до орбитальной скорости.

– А потом?

– Ускоряться в сторону солнца. Мы сможем до какой-то степени рассмотреть обитаемую поверхность кольца, пока она будет уменьшаться под нами. Наша главная цель – теневые квадраты.

– Подобная предосторожность напрасна и унизительна. Теневые квадраты не вызывают у нас ни малейшего интереса.

«Невмирс!» – подумал Луис.

Неужели ему, усталому и голодному, придется теперь играть роль миротворца для инопланетян? Прошло немало времени с тех пор, как кто-либо из них ел или спал. Если Луис просто утомился, то кзин наверняка полностью вымотан и готов сорваться в любой момент.

– Нас определенно интересуют теневые квадраты, – возразил кукольник. – Они перехватывают больше солнечного света, чем сам Мир-Кольцо. Возможно, это идеальные термоэлектрические генераторы для снабжения Мира-Кольца энергией.

Кзин что-то злобно прорычал на Языке героев, но его ответ на интерлингве показался до нелепости спокойным:

– Ты ведешь себя неразумно. Нас ни в коей мере не волнует источник энергии Мира-Кольца. Давай сядем, найдем местного жителя и расспросим его об их источниках энергии.

– Я отказываюсь даже думать о посадке.

– Ты оспариваешь мой опыт в управлении кораблем?

– Ты оспариваешь мои властные полномочия?

– Раз уж ты затронул эту тему…

– Говорящий, тасп все еще у меня. Мне решать, что делать с «Рискованной ставкой» и квантовым двигателем второго рода, и я остаюсь Замыкающим на этом корабле. Имей в виду…

– Хватит, – строго сказал Луис.

Оба посмотрели на него.

– К чему спорить раньше времени? – спросил он. – Почему бы не направить на теневые квадраты наши телескопы? Тогда у вас появится больше фактов, чтобы орать друг на друга. Будет даже забавнее.

Несс посмотрел сам себе в глаза. Кзин убрал когти.

– И если говорить о делах более приземленных, – продолжал Луис, – все мы выбились из сил и проголодались. Кому охота драться на пустой желудок? Я намерен часок поспать. Советую и вам сделать то же самое.

– Даже не взглянешь? – потрясенно уставилась на него Тила. – Мы же увидим внутреннюю сторону!

– Сама посмотришь. Потом расскажешь.

Он вышел.

Проснулся Луис с тяжелой головой и страшно голодный. Выбравшись из-под спальных панелей, он задержался в каюте, чтобы взять из автомата сэндвич, и уже с закуской в руке направился в зону отдыха.

– Как дела?

– Ты все пропустил, – довольно холодно заявила Тила, глядя на него из-за читального экрана. – Корабли Поработителей, Туманных Демонов, космических драконов, каннибалов-сеятелей… Они накинулись на нас все сразу, и Говорящему пришлось отбиваться от них голыми лапами. Тебе бы понравилось.

– Несс?

– Мы с Говорящим решили, что полетим к теневым квадратам, – ответил кукольник из рубки управления. – Он сейчас спит. Скоро будем в открытом космосе.

– Есть новости?

– Да, и немало. Я покажу.

Несс что-то проделал с приборами, управлявшими телескопом. Надо полагать, он где-то изучал систему обозначений кзинов.

Изображение на экране напоминало Землю с большой высоты: горы, озера, долины, реки, какие-то огромные голые пятна…

– Это что, пустыни? – спросил Луис.

– Скорее всего. Говорящий замерил спектры температуры и влажности. Много свидетельств того, что Мир-Кольцо вернулся в дикое состояние, по крайней мере отчасти. Иначе откуда бы взяться пустыням? Кроме того, мы нашли еще один глубокий соленый океан на противоположной стороне кольца, и он такой же величины, как и на этой. Спектральный анализ подтверждает наличие соли. Строители кольца явно сочли необходимым уравновесить столь чудовищные массы воды.

Луис откусил от сэндвича.

– Твое предложение оказалось удачным, – заметил Несс. – Ты самый опытный дипломат из нас, несмотря на всю подготовку, что есть у Говорящего и у меня. Именно после того, как мы навели телескоп на теневые квадраты, кзин согласился взглянуть на них поближе.

– Вот как? Почему?

– Мы обнаружили некую странность. Теневые квадраты движутся со скоростью значительно больше орбитальной.

Луис перестал жевать.

– В этом нет ничего невозможного, – добавил кукольник. – Должно быть, они перемещаются по одинаковым устойчивым эллиптическим орбитам. Им вовсе не обязательно сохранять постоянное расстояние от солнца.

Луис сглотнул, вновь обретя дар речи:

– Не может быть! Тогда менялась бы продолжительность дня!

– Мы подумали, это для того, чтобы различать лето и зиму, делая ночь короче, а потом длиннее, – вмешалась Тила. – Но все равно непонятно.