Ночная смена. Остров живых - Николай Берг

– В алебарде удачно совместили топор, копье и крюк. Гибрид получился такой замечательный, что даже нынче стоит официально на вооружении.

– А вот сейчас уже точно заливаешь!

Дункан бросает в зал усталый взгляд старого мудрого бога, вынужденного объяснять очевидные вещи малолетним самоуверенным соплякам:

– Голова – два уха! Швейцарская гвардия чем вооружена в Ватикане, а? Официально, между прочим. И штуки эти позабористее ПР будут! Молчи уж, шляпа с перьями!

Ребята рядом со мной фыркают и тихонько посмеиваются.

– Короче! Есть еще глефы, гизармы, совни, рогатины, эспантоны, протазаны. О них говорить можно долго и красиво, но в ваши глупые головы столько сведений не влезет, потому как оперативная память у вас убогая. Говоря проще, первая шеренга будет с рогатинами.

Могучие лапы Дункана показывают странную штуку, меньше всего, на мой взгляд, подходящую под название «рогатина». На древке прикреплен практически меч – длинный нормальный полуметровый клинок.

– Слушай, Дункан, разве рогатина не двузубая?

– Нет! Рогатина именно такая – не от слова «рога», а от слова «рог»! Это короткий меч с длинной рукоятью, вот что такое рогатина. И применялась она по той же схеме, по какой европейские пикинеры рыцарей привечали: конец древка упирается в землю, прижимается ногой в придачу, а острие – медведю (ну или конному рыцарю) в грудашник. И все, абгемахт![26]

– А вот с краю, это у тебя «годендаг»?

– Нет, это «моргенштерн». «Годендаг» – это вообще загадка. В свое время это сверхоружие было настолько популярным и массовым, что никто не удосужился его описать. А сейчас оказывается, что этой штукой все пользовались, а копье это, меч или боевой цеп – непонятно…

Теперь переходим к боевым топорам. Вот эта штука называется «бердыш»…

Нога у Виктора вздулась, пришлось перебинтовывать. Кровь не лилась рекой, но пол-литра он точно потерял, замарав и одежду, и кровать. Ирка не смогла закончить все как следует – муженек был сам не свой, потому что вот-вот могли прибыть остальные члены «фирмы», и это его беспокоило до умопомрачения. Прикрикнув даже, погнал ее на улицу. Идея встречать грузовик в деревне ему не понравилась сразу. Надо до деревни успеть, там как раз хорошее поле. Да еще и холмик есть душевный, как раз для пулемета… Эх, если б не нога… В фильмах же с такими ранами герои носятся как угорелые кошки, прыгают и чуть ли не танцуют, а тут прошибает дикой рвущей болью до ослепления и скрипа зубов любое неловкое движение. И рана, как будто туда полено суют и проворачивают в живом мясе, и ногу дергает…

Он уже несколько раз увидел разноцветных живчиков на черном фоне, когда попытался слезть с кровати…

Ирка, выскочив из дома, от удивления открыла рот – их родной УАЗ рваными рывками разворачивался поперек улицы. Не обращая внимания на каких-то грязных зачучканных людей, ожививших малолюдную до того улицу, Ирина подскочила к джипу, рванула дверцу и получила короткий тычок в лицо от патлатой девки за рулем. Отскочила, чтоб не попасть под колеса. УАЗ рванулся, причем хруст переключаемой коряво скорости отозвался горелой горечью где-то за грудиной, и Ирка сообразила – ее родную машину вот так нагло у нее на глазах угоняет какая-то лярва.

Это было так неожиданно, что несколько секунд Ирина потеряла, а потом решительно вскинула помповушку, целя угонщице в башку, тут же вспомнила, что запасные стекла к УАЗу лежат в третьем тайничке в самом низу, да еще и салон мыть придется, и перевела прицел вниз на колесо. Бахнуло дважды – выстрел и лопнувшее колесо. УАЗ самым грустным образом с гулким бубумом ударился рылом и боком в угол дома. Ирка, совершенно взбесившись – до помутнения ума, так, что даже не заметила, куда делось из рук ружье, двумя прыжками подскочила к покалеченной машине и выдернула угонщицу за немытые патлы из кабины. Как морковку с грядки.

Кто их разнимал, визжащих, орущих, как дурные кошки, Ирка не поняла, но ощутила себя оторванной от противницы. Переводя дух, с трясущимися руками и не вполне владея собой, прыгающими, не своими губами не то прошипела, не то прохрипела:

– Убью, сука, убью!..

И как-то осеклась, когда патлатая врагиня с визгом стала практически на четвереньках убегать через улицу и огород – к лесу. Вот сейчас, если бы у Ирки в руках оказалось ружье, она бы точно влепила в задницу убегающей весь заряд. Но ружье куда-то делось…

Пошарив взглядом, она нашла помповушку, торчком стоящую в сугробе. Оглянулась – несколько человек смотрели на нее во все глаза. Достала ружье и не нашла ничего лучшего, чем, передернув цевье, бахнуть в воздух. В первую очередь, чтобы успокоить саму себя.

Виктор весь извелся, когда услышал за окном выстрел, характерный звук аварии и потом визг, брань… И еще выстрел. Вбежавшая растрепанная Ирка была неприятно удивлена направленным на нее пулеметом.

– Что там? – встревоженно спросил он.

– Да сука одна из рабынь угнать УАЗ пыталась, – прояснила Ирина ситуацию.

– А ты ключи оставила, дура! – огорчился Витя.

– Ой, ну да, Витенька, милый, прости. Я ей колесо прострелила, она в лес удрала, – зачастила виновато жена.

– Вот клево! Теперь она этих предупредит! – подскочил в постели раненый и тут же заскрипел зубами от боли.

– Нет, она их боится как огня, она от них удирала! – поспешила успокоить его жена.

– Один черт! УАЗ-то не на ходу! Что разбилось? – не захотел успокаиваться муж.

– Не знаю. Дорогой, я не посмотрела, – призналась Ириха.

– Дура и дура! Теперь все, теперь без вариантов: я лежачий, так что давай собирай орду и вперед – в засаду. С пулеметом справишься? – с надеждой посмотрел Витя.

Ирка осторожно поглядела на мужа и опасливо сказала:

– Не получится орды. Кроме меня еще одна бабенка годится – и все.

– А остальные? Тут же мужики еще были? – не просек ситуацию лежачий.

– Мужиков двое. Один алкаш, а другой трусливый до обморока. Он так из сарая и не вылез, боится, что приедут и накажут. Так что две бабенки – вся наличная мощь, – грустно привела расклад сил его половина.

Виктор длинно и страдальчески вздохнул.

– Ладно, Витя, делать нечего. Что про засаду скажешь? – вернула его к основной проблеме Ирка.

Витя собрался с мыслями, сосредоточился.

– Значит, берешь коврики, пару простыней, пулемет и диски. Заляжете на холмике. Тут с километр поле будет, неподалеку от деревни, там и холмик. А дальше – шей, начиная с водителя, патроны береги: всего два диска у тебя. И постарайся технику особо не ломать, пригодится еще. Не подпускай этих уродов близко и постарайся, чтоб и не ушел никто. Бей, когда они будут метрах в трехстах – двухстах. И спроси у местных, еще такие карабины у тех были? Если нет, то тебе никто не сможет повредить…