Охотник на кукушек - Дмитрий Светлов

По мнению Кости, в столовой собрались не танкисты. За столом всегда сидят экипажами, а здесь явное разделение. Механики-водители – особняком, словно чужие, разговаривают шепотом. Вторая группа, в петлицах не ниже лейтенанта, шумно обсуждает работу клистронов, накал сетки и высокочастотный каскад. Еще одна группа в штатском собралась в углу и спорит о сервоприводах с бустерами управления. Появление майора в сопровождении вооруженных незнакомцев осталось незамеченным, лишь дневальный тихо сказал:

– Был посыльный из штаба, через час начнется совещание с постановкой боевого задания.

Комбат щедро сыпанул в тарелку красного перца и обратился к Косте:

– Приглашаю, вам необходимо знать детали боевого задания.

Кто бы спорил! Зная направление танкового удара, рельеф местности и типы финских ДОТов, ему будет легче подготовиться к выполнению задания. Из столовой сразу отправились в соседний щитовой домик с часовым у входа. Когда у входа собрались все командиры батальонов и рот вместе с прикрепленными «охранниками», из двери выглянул писарь и коротко бросил:

– Заходите.

Большой стол от края до края застелен картой, семилинейная керосиновая лампа над головой и толстенький замполит с суровым выражением лица. Выдержав паузу, он заговорил о происках мирового империализма и борьбе угнетенного пролетариата. Затем перешел к ведущей роли партии и закончил призывом «раз и навсегда уничтожить белофинскую сволочь». К пустой говорильне политработников Костя начал привыкать, поэтому слушал вполуха, заинтересованно разглядывая карту.

* * *

Наконец из соседней комнаты потянулись командиры бригад с прочими штабными начальниками. Дождавшись генерала с начальником штаба, замполит снова оживился, подошел к карте и толкнул очередную пламенную речь о непобедимой воле большевиков под руководством товарища Сталина. Бардак! Полчаса пустопорожних призывов и ни слова о деле! Разве можно вот так бездарно тратить время старших офицеров?

За время словоблудия Костя успел разобраться в раскрашенной цветными карандашами карте и подозрительно смотрел на танкистов. Позиции Красной Армии отмечены напротив фортов Суммакюля! За месяц они умудрились прорвать бетонные укрепления на глубину в семьдесят километров! Причем семьдесят километров – это по современной трассе «Скандинавия». Невероятно! Сражения на сложном рельефе перешейка с многочисленными незамерзающими реками и озерами должны были оставить следы на технике, а их нет!

– Товарищи командиры, – заговорил генерал, – перед нами группа армий Остермана общей численностью в сто тридцать тысяч штыков!

– В резерве еще двадцать тысяч, а Выборгский укрепрайон защищает стотысячная группировка нацистов шюцкора, – добавил начштаба.

Командиры батальонов и рот несдержанно зароптали, но тут заговорил замполит:

– Седьмая армия в десять тысяч человек и горсткой танков за несколько недель смела белофиннов с предполья.

Генерал открыл папку и, не глядя на окружающих, начал зачитывать план выдвижения частей к местам сосредоточения, а Костя терялся в догадках. Месяц назад никто не заикался о штурме вражеских позиций.

– Корпусу доверен первый удар, от нас зависит вся операция и окончание войны! – бодро закончил генерал.

Штабные работники вручили командирам под роспись боевые приказы, а начальник штаба предупредил:

– Все свободны, командирам охранения – перекур десять минут, и прошу ко мне. Вы должны пройти особый инструктаж.

Танкисты быстро разошлись, а сотрудники НКВД устроились на лавочке у крыльца. Костя нерешительно потоптался, но все же задал интересующий его вопрос:

– Разъясните мне, парни, когда вы успели взять семидесятикилометровую полосу передовых укреплений?

– Сам-то где прохлаждался? – поинтересовался один из командиров.

– Охотился на кукушек в Центральной Карелии.

– Восточный фас взяли перед Новым годом, а западный – после подрыва батареи ИНО, – пояснил другой.

– В лоб на ДОТы?

– Не смеши, на востоке между тридцать пятым фортом и тридцать седьмым – разрыв в двадцать километров.

– Там нет незащищенных проходов, – возразил Костя.

– Тридцать шестой развернут на железную дорогу. Дефиле с двумя речушками по краям защищала линия обычных окопов.

– Плавающие танки прошли по рекам и беспрепятственно выбрались на северный берег Вуоксы, – хохотнул один из командиров.

С некоторой задержкой Костя все же вспомнил эту местность. Перед Ладогой река делает полупетлю, образуя семикилометровый мыс, а финские укрепления – на отдаленных холмах.

– У тридцать шестого форта с тыла нет ни одной бойницы, – согласился он.

– Зато мы его хорошо достали! – похвастались командиры.

– Самолетами с неба или эсминцами с Ладоги?

Предположение вызвало дружный хохот, а один из них спросил:

– Ты слышал про «огнеметные мортиры»? На четыреста метров бросает стеклянный шар со смесью КС^[53].

– Бетон горит березовым поленом! – восторженно выкрикнул другой.

– А ФОГ^[54] – это песня! Подрываешь толовой шашкой решетку вентиляции, дергаешь запал и бросаешь вниз.

– Огонь рвется изо всех щелей, а финны с воем бегут почем зря! – почти хором воскликнули командиры.

Построив на вершинах холмов бетонные коробки, наши соседи, мягко говоря, поступили неразумно. Помещение без единой внутренней перегородки априори неспособно выдержать удар огнемета. Примером реально неприступной оборонительной системы силами небольшого гарнизона служат советские укрепления. Они с честью выдержали беспрецедентные девятьсот дней блокады с бесчисленными штурмами. Их не взяли созданные для прорыва линии Мажино пушки Крупа, штурмовые орудия «Штурмгешютц III» и огнеметные танки «PzKpfw В2 (F1)».

Случалось, что после некоторых массированных атак тягачи «КВ-10» вытаскивали с поля боя до тысячи тонн металлолома. Немцам и финнам не помогли особые самоходки «Бруммбер» и «Штурмтигры» с трехсотвосьмидесятимиллиметровой мортирой. Дебют «Тигров» тоже с треском провалился. Защитники не просто остановили роту прорыва, они отбуксировали подбитые танки в Ленинград. Один из трофеев сумели восстановить – и гордость Вермахта, с красными звездами на башне, участвовала в прорыве блокады.

* * *

О прорыве юго-западного фаса укреплений рассказал единственный в группе пограничник. Операция началась сразу после уничтожения береговой батареи форта Императора Николая II. Балтийский флот во главе с «Октябриной» вышел в залив и принялся крошить противодесантные укрепления. Следом по нижней дороге двинулись танки «КВ-1», добивая оставшиеся ДОТы и расчищая путь пехоте. Семьдесят пять километров прошли за три дня!