Призрак победы - Макс Глебов

Линкор «Знамя Революции» рыскнул на курсе и начал медленно вываливаться из и так уже полураспавшегося строя кораблей сепаратистов. Двигательная установка корабля доела последние кристаллики тетрала.

– Седой, похоже, это все, – выдавил из себя Мицкевич, пряча глаза.

Вождь революции обвел диким взглядом своих товарищей по бунту и схватился за кобуру именного «Гольфстрима».

– Сдаться хотите, уррроды!? – с безумной улыбкой выкрикнул он, выдергивая оружие.

Сухой щелчок выстрела изменил выражение лица Седого, и, падая на пол, он выглядел уже совсем не злым, а безмерно удивленным.

– Установить связь с линкором «Смоленск», – слегка подрагивающим голосом произнес Ярый, пряча пистолет в кобуру и делая шаг вперед из-за спин остальных сепаратистов. Когда было нужно, он умел контролировать эмоции и брать себя в руки, – не все еще потеряно, господа революционеры. Сейчас мы будем отчаянно торговаться.

* * *

– Все-таки улетаете, лейтенант? – Ямада смотрел на меня не то, чтобы с осуждением, но с непониманием уж точно, – Правительство Эпсилона Индейца сделало вам очень щедрое предложение, небывало щедрое.

– Я ценю, господин Ямада, – без тени улыбки ответил я, – действительно ценю, но для меня это тупик. Я уже говорил вам когда-то, что осесть в отдельно взятой колонии, пусть даже на высокой должности и в роли былинного героя, я не готов. И ведь я сделал вам встречное предложение, на которое до сих пор не получил ответа.

– Войти в состав вашего СГЛД на правах автономии? – усмехнулся адмирал, – Хотите честно, лейтенант? Я вижу, что вы очень целеустремленный человек. Местами, до упертости целеустремленный. Но ваши цели, они… слишком идеалистичны. В вашем возрасте это простительно, но политик, от чьих решений зависят миллиарды жизней, не может себе позволить многое из того, что можете позволить себе вы. Ради ваших целей вы готовы идти на риск, причем иногда на очень высокий риск. Но вы рискуете собой и людьми, разделяющими ваши убеждения, осознающими этот риск и идущими на него добровольно. А в системе Эпсилона Индейца живут обычные люди, со своими маленькими целями и скромными радостями и печалями, и рисковать ими ни я, ни другие члены правительства не имеем никакого права. Вы, конечно, не ответите, но я убежден, что стабильного источника тетрала у вас нет, а значит, все ваши планы зависят от того, найдете ли вы нужное количество топлива. Вот сейчас вы улетаете куда-то в сторону пространства джангров и тащите за собой целый флот. По нынешним временам это невозможная роскошь. Вы сожжете прорву тетрала, а найдете ли вы чем пополнить запасы? Молчите? Вот и мы молчим. Отказываться не хотим, но и соглашаться не готовы. И будем молчать, пока у нас не появится уверенность, что жители нашей системы однозначно выиграют от вхождения Эпсилона Индейца в состав вашего государства, а пока нет надежного источника тетрала, нет и такой уверенности.

– Спасибо за честный ответ, господин адмирал, Мне приятно иметь с вами дело – улыбнулся я, – кстати, поздравляю вас с новым званием, вы его честно заслужили.

– У меня есть перед вами, лейтенант, большое преимущество, – грустно улыбнулся Ямада, – Надо мной есть правительство и Государственный Совет, то есть те, кто может присваивать мне звания. А вы – осколок погибшей Империи, обреченный оставаться вечным лейтенантом, по крайней мере, до тех пор, пока на престол не взойдет новый император. Не слишком ли тернистый путь вы для себя выбрали?

– Уж какой есть, господин Ямада. Другого мне не дано.

* * *

Эскадра Союзного Государства неспешно приближалась к границе атмосферы Чииры. Разведка показала, что Рой не терял времени и успел восстановить противокосмическую оборону с тех времен, когда сводный флот колоний нанес орбитальные удары по его наземной инфраструктуре, так что сопротивление нас ожидало неслабое. Но и силы, нависшие сейчас над планетой, внушали уважение. Четыре линкора, включая с большим трудом отремонтированный «Смоленск», пять крейсеров, восемь эсминцев и три десантных транспорта. Все корабли имели смешанные экипажи. Люди и джангры уже неплохо привыкли друг к другу, и этот факт не мог меня не радовать.

На тактической проекции я наблюдал, как на нас надвигается шар планеты, постепенно занимая все обозримое пространство. Мы планировали высадку в предгорьях на севере крупнейшего континента Чииры, недалеко от законсервированной пещерной базы.

– Противник открыл огонь! Фиксирую множественные пуски противоорбитальных ракет, – доложил Колн, вынужденно переквалифицировавшийся из ученого-физика в командира «Смоленска».

– Флоту занять низкие орбиты и подавить средства противокосмической обороны противника! – отдал я приказ, которого с нетерпением ждали полторы тысячи человек и почти тысяча джангров, шедших в бой, чтобы отбить у врага свою планету.