Чужой. Завет - Алан Дин Фостер

Оно не шелохнулось.

Оно было мертвым, мертвым и законсервированным, как и обещал Дэвид. Таким же мертвым, как яйцевая камера, которую бросил синтет. Орам отступил от существа, которое, казалось, таило в себе нечто зловещее.

Зато реакция синтета была заметно иной.

– Нечто изумительное, не правда ли?

– Нечто, это точно, – пробормотал Орам. Он продолжал глазеть на яйцо и его содержимое. Хотя существо явно было неживым, оно все еще внушало ему страх.

– О, капитан. – Дэвид грустно покачал головой. – Признайте красоту, когда вы ее видите. Даже если ее внешность пугает, все же можно восхититься мастерством, с которым она создана. На случай, если вы гадаете – я не имею к этому отношения. Оно таково, каким я его нашел – превосходный образец мастерства Инженеров. А заодно, полагаю, и их гордыни.

– Если бы я только мог создать нечто, столь же идеальное в своей функциональности, – добавил он. – Я пытаюсь, но у меня нет тысяч лет практики в биологической и генной инженерии. У меня есть только моя презренная программа, на которую я опираюсь. Лишь она и десять лет ревностных стараний. Я научился совсем немногому, но я стремлюсь дальше, надеюсь достигнуть чего-то подобного, стараюсь превзойти полученный результат, улучшить его. Полагаю, так действовали Инженеры. Так следует действовать тому, кто играет в Бога.

Он указал на лестницу, которая уводила вниз.

– Идемте. Там то, что я на самом деле хотел вам показать. Мои успехи. А без аудитории как можно быть до конца уверенным, что достиг успеха?

Указывая дорогу, он остановился, чтобы зачерпнуть какую-то мазь из открытого сосуда, после чего протянул руку к Ораму.

– Можно? – когда Орам отрицательно покачал головой, синтет пожал плечами. – Запах внизу довольно силен. А это может вас защитить – и от прочих вещей тоже. Вот. Использовать или нет – на ваше усмотрение. Пахнет лавандой.

Дэвид нанес небольшое количество мази на кончики пальцев капитану, после чего начал спускаться по лестнице. Орам изучил мазь. Она не выказывала признаков жизни. Из нее ничего не выпрыгивало, чтобы на него наброситься. По всем показателям она была ровно тем, чем ее назвал синтет.

Орам снова подумал о том, что Дэвид мог напасть в любой момент, пока показывал свою лабораторию. Так что мазь, вероятно, действительно была безобидной и, возможно, как и утверждал ее хозяин, даже полезной. Возможно. Влажная, она холодила кончики пальцев.

Пока он воздержится от каких-либо действий.

Вонь, насыщенная концентрированным аммиаком, стала невыносимой прежде, чем они одолели половину ступеней. Орам отпрянул. Он нерешительно поднес пальцы к носу. Аромат действительно напоминал лаванду. Глубоко вдохнув, он нанес мазь на участок под носом. Едкий запах тут же оказался нейтрализован. Чувствуя себя куда лучше, капитан пошел дальше за своим полным гордости проводником.

Испарения, что поднимались с пола темной, без окон, залы под лабораторией, могли и в самом деле быть чистым аммиаком. Если так, то Орам этого не ощущал – мазь чудесно работала. Как побочный эффект нейтрализации вони, пришло ощущение общего благополучия. Капитан этому порадовался, потому что подземная комната, куда они сейчас вошли, скорее всего, воняла мертвой, разлагающейся плотью. На стенах конденсировалась вода. Земля под ногами пропиталась жидкостью и была вязкой.

На полу, через равные промежутки, стояло с полдюжины кожистых овоидов разных размеров, аналогичных тому, что Дэвид показывал наверху. Синтет прошел между ними, временами прикасаясь к округлой сморщенной поверхности.

– И вот, вы видите конечную точку моих экспериментов. Хотя у меня осталось множество идей, я не мог двигаться дальше. Не стало больше субъектов. И нет возможности доделать мой шедевр.

Орам нахмурился.

– Субъектов какого рода?

Дэвид ответил, не глядя в его сторону.

– Фауны.

Орам поравнялся с синтетом.

– Они живые? – спросил он. – Я не вижу ничего, что на это бы указывало.

– О, да, – энтузиазм Дэвида был неподдельный. – Полностью живые. Ждущие, на самом деле.

– Ждущие чего?

Синтет словно задумался.

– Полагаю, вы могли бы сказать – ждущие Мать.

Яйцеобразная сфера рядом с Орамом дрогнула, и он поспешно отступил. Лепестки верхней части овоида раскрылись, отчего на пол по стенкам потекли поблескивающие струйки похожей на слюну слизи. Печально покачав головой при виде тревоги капитана, Дэвид подошел к открывшемуся овоиду и заглянул внутрь. Его голова почти касалась ближайшего лепестка.

– Видите? Живое, но бездействует. Оно еще не созрело, не развилось в достаточной мере, чтобы меня чувствовать. Абсолютно безопасно, я вас уверяю.

– Я не удивлен, что тебя оно не чувствует, – несмотря на растущее любопытство, Орам сохранял дистанцию. – Ты не из органики.

– Это верно. И это еще одна вещь, для которой нужна мазь. Она не только блокирует для вас запах здесь, но и маскирует признаки вашего живого присутствия, – он указал внутрь «яйца». – Взгляните. Вы же знаете, что хотите это сделать. Одним глазком. В таком состоянии оно идентично законсервированному, которое вы видели наверху.

Медленно, с большой осторожностью Орам приблизился к овоиду. Дэвид отошел в сторону, уступая ему место. Это дало капитану возможность нацелить оружие перед собой, на «яйцо». «Просто на всякий случай», – сказал он себе, продолжая следить за синтетом.

А затем он всмотрелся внутрь.

Под тонкой кожистой мембраной что-то еле заметно шевельнулось. Не будучи способным разобрать детали, Орам начал отступать. Но когда он начал движение, содержимое «яйца» словно взорвалось ему в лицо.

Он не успел даже вскрикнуть.

Хвост, словно удавка, захлестнул ему шею, и костистые придатки вцепились в его лицо, плотно обхватив голову. Ошеломленный, капитан качнулся назад, и успел сделать единственный выстрел в направлении Дэвида. Синтет даже не дрогнул, потому что выстрел ушел в молоко, повредив только потолок.

Задыхаясь в тисках восьми ног существа, Орам споткнулся, едва не опрокинулся на еще одно «яйцо». Его рот открылся для крика, для ругательства или для вопля. Было невозможно разгадать его намерение, потому что в момент, когда губы человека разомкнулись, яйцеклад с силой проник в глотку и дальше во внутренности.

Выронив карабин, Орам упал на колени и тщетно царапал пальцами лицехвата. Его тело начало дергаться в спазмах. Его отчаянные, мучительные попытки сбросить жуткую тварь со своего лица ни к чему не привели. Дергаясь и испытывая рвотные спазмы, он повалился на пол.

***

Дэвид молча наблюдал за процессом, бесстрастно взирая на происходящее, когда что-то выпало из кармана человека и покатилось по полу. Металлический шарик.

Синтет вытянул ногу, остановил шарик стопой и тихо произнес: