Возвращение в Мир Смерти - Ант Скаландис

Тогда Инна сама предложила способ борьбы со стихийным бедствием. Дескать, однажды боги вложили тайное знание в голову Фрайкса (избранного, между прочим, неслучайно), и среди остального — разного хранится под черепом его также и секрет хлебного противоядия. Чтобы добыть эти секретные сведения, вещала Инна, есть лишь один способ: отрубить Фрайксу голову, а затем вложить ее в таинственную адскую машину, некогда доверенную богами отцу Инны, а теперь по наследству перешедшую к ней. Орхоменцы издревле испытывали большое недоверие ко всякого рода сложным и непонятным машинам, потому в детали и подробности вникать не захотели, а поняли рекомендации царицы Инны по-своему: следует, догадались они, принести Фрайкса в жертву богам, и тогда боги вернут плодородие землям и благополучие народу Орхомена.

Погоревал Ахамант, погоревал, да и решил, что никакого выбора ему не оставили. Либо погибнет от меча любимый сын его, либо — от голода — весь народ Орхомена, тоже очень и очень любимый своим царем… Разве это выбор? Так, риторический вопрос. В общем, жертвоприношение богам назначили на Всепланетный День Плодородия и Богатства — главный ежегодный праздник орхоменцев. Меч специальный наточили до остроты необыкновенной, юношу связали крепчайшими веревками, а сестра его повсюду следом шла, ни на шаг не отставала и все молила, молила, чтоб и ее тоже убили, раз такое дело. Но Ахамант Хеллу свою убивать не собирался, потому что боги ничего на этот счет не предписали. Пока.

Словом, должно было злодеяние свершиться ровно в полдень при ярком солнце и большом стечении публики. Добрый и любящий своего царя народ ждал избавления от всех бед и возвращения к безбедной и безоблачной жизни. Только один человек на всем Орхомене ничего хорошего от жертвоприношения не ждал. Но про этого человека все как-то позабыли. Давно уже. Ведь царь Ахамант, раб желаний своих и подлый изменник, прогнал жену прежнюю из дворца и из города. Не знал он лишь одного: что Нивелла покинула тогда и планету, воспользовавшись одною из небесных колесниц богов, которые прилетали иногда в районы, далекие от главного города, носящего, кстати, то же имя — Орхомен. А вернулась низвергнутая царица тайно, но как раз вовремя, потому что знала обо всем — История, впрочем, умалчивает, была ли она на площади в полдневный час Праздника Плодородия. И лишь одно можно утверждать со всей определенностью: именно Нивелла наслала на Орхомен из неведомых миров Ослепительного Винторога, волшебного зверя, летающего по небу голубому и небу черному, изрыгающего пламя и наводящего ужас и восторг на всех, у кого есть глаза и уши.

Ослепительный Винторог распахнул широченную пасть и принял во чрево свое и несчастного, обреченного на смерть Фрайкса и сестру его Хеллу, не пожелавшую покинуть брата. Конечно, Винторог очень быстро скрылся в облаках над главной площадью города Орхомена. Вот тогда и вынуждена была раскрыть свою гнусную сущность галактическая шпионка Инна. С непостижимой скоростью, вне всяких сомнений пользуясь колдовством и магией, извлекла она прямо из-под земли сверкающую чешуей гигантскую серебряную рыбу и на рыбе этой умчалась вдогонку за Ослепительным Винторогом. Но где там! Мудрые люди, хранящие тайное знание, доставшееся им еще от прадедов-первопоселенцев, но не покинувшие планету вместе со Сторонниками Контакта, говорили Ахаманту: «Возликуешь ты или опечалишься, но ты должен знать, царь: нипочем рыбе не угнаться за Винторогом, потому как невозможно это». Однако те же мудрецы объяснили ему, что теперь не вернутся назад ни дети его, ни молодая обманщица-жена — враг рода человеческого. А вот Нивелла может и должна вернуться. И ее возвращения Ахаманту надлежит терпеливо ждать. Быть может, не один год, но, если терпения и здоровья хватит, тогда старый царь Орхомена, оставшийся без наследников и жен, будет прощен богами и снова станет счастливым. И владыка Орхомена согласился ждать.

А Фрайкс и Хелла, достигнув ближайшей планеты, совершили непредвиденную посадку. Винторогто, конечно, был обучен Нивеллой, то есть запрограммирован на долгий и только ей одной известный маршрут, но оказался он при этом на удивление послушным зверем. Стоило Хелле дернуть за длинную торчащую меж ребер его рукоятку, как сверкающая золотом туша устремилась вниз. А внизу расстилалась бескрайняя водная гладь планеты Дарданелла. Хелла никогда в жизни не видела такого огромного океана — он покрывал всю планету целиком. А меж тем у себя на родине она очень любила плескаться в море и отлично плавала. «Хочу искупаться!» — закапризничала Хелла. Любящий брат не посмел отказать ей. Сам он в воду не полез, боялся, хотя опасности никакой видно не было до самого горизонта, в какую сторону ни посмотри. Но нехорошее предчувствие не покидало Фрайкса все то время, пока он любовался красивым телом своей сестры, плескавшейся в теплых волнах Дарданеллы. И предчувствие не обмануло юного орхоменца. Из темно-синих пучин поднялись зеленотелые, изумрудно-яркие веселые красавицы, которые так увлекли Хеллу своими играми и разговорами, что орхоменская наследница престола отказалась возвращаться к брату.

А брат не слишком-то и возражал. Он ведь и сам не знал, куда летит. Не в Орхомен же возвращаться! Мать он потерял давно. Отца и весь народ свой — недавно, зато при чудовищных обстоятельствах. А теперь настало время потерять сестру. Значит, так хотят боги. «Судьбу свою следует принимать с покорностью и, не поворачивая головы в прошлое, стремиться всегда только вперед». Так учили древние.

«Прощай, Хелла!» — крикнул Фрайкс и приказал Ослепительному Винторогу подниматься в небо.

А конечной точкой маршрута стала для него планета Эгриси, где правил царь со странным тройным именем Исаак Даниил Йот или коротко — И. Д. Йот, хорошо знавший Нивеллу, но показавшийся Фрайксу абсолютно сумасшедшим. Он называл себя солнцеликим и вообще считал отцом своим не человека, а самое солнце, то есть местное светило. Однако в быту Йот оказался добрейшим стариком, Фрайкса обласкал, накормил и приветил. А не прошло и месяца, как выдал за него самую красивую и молодую из дочерей своих — Галку. Зато Винторога забрал и поставил на прикол. Теперь уж и Фрайкс начал понимать, что Ослепительный со своею золотой кожей, хоть и смахивает на орхоменского гиппопотама, у которого бивни закручены в тугие спирали, но это, конечно же, не зверь, вообще никакое не животное. Это все-таки машина. Но окончательно все прояснилось, когда из Винторога все внутренности вывернули, растащили по всяким другим механизмам во славу великого Дэевесо — кометоборца и сокрушителя кривопространства, а саму золотую шкуру, или обечайку, как ее здесь называли, в качестве величайшей ценности упрятали в самшитовом лесу, обнесли двумя рядами прочнейшего забора из колючей проволоки, а между рядами этими пустили свирепого огнедышащего дракона, не перестававшего бегать ни днем, ни ночью.

Бот, настоящее имя которого было Сулели («глупый» по-эгрисянски, и он стыдился такого имени), сделал Фрайкса своим подданным и своим родственником. Отношениям их могли позавидовать любые другие зять и тесть, и все-таки Фрайкс чем старше становился, тем лучше чувствовал, что даже его любимая Галка (которую в действительности тоже звали иначе — очень странным именем Халхи, означавшим в переводе с эгрисянского «народ») так вот, даже его любимая жена гораздо сильнее привязана не к самому Фрайксу, а к принесшему его сюда Ослепительному Винторогу, точнее, к золотой шкуре Винторога, находившейся в непонятной магической связи с родителями Фрайкса, как с отцом Ахамантом, сыном Эола, так и с матерью Нивеллой, непонятно чьей дочерью, неизвестно откуда пришедшей и исчезнувшей неведомо куда. А потому уже изрядно поднаторевший во многих искусствах и науках, распространенных на Эгриси, Фрайкс однажды набрался смелости, да и отправил тайком шифровку в необозримый космос. Отправил наудачу и совершенно случайно использовал частоту канала спецсвязи.