Сага о Черном Ангеле - Борис Успенский

– Так что случилось? – нетерпеливо перебил его Райдер, облизывая пересохшие губы. – Если я правильно понял, на вас напали гигантские пауки?

– Да, – кивнул Роман и затем с дрожью в голосе продолжил. – Пауки напали неожиданно, в нескольких местах пробив стену. Мы отвыкли от опасностей, поэтому ничего не успели предпринять. Чудовищные пауки принялись крушить наши дома, крепкими челюстями хватали разбегающихся в панике людей. Меня засыпало обломками дома, и я потерял сознание. Когда очнулся, то никого не было. Ни пауков, ни людей… А ведь мы так хотели построить здесь общество счастливых людей!.. С тех пор я прячусь. Вы появились, когда я почти потерял надежду…

Мы связались со зведолетом и вкратце передали услышанное. После непродолжительной паузы лейтенант Крайс известил нас о своем решении: звездолет пока пару дней покружит над планетой с исследовательскими целями, выявляя другие возможные следы жизни, а затем заберет нас. Ну, а что делать с планетой и ее кровожадными гигантскими пауками, пусть решит Лига Галактических Наций. Потом.

– А если на нас нападут арахниды? Что тогда? – угрюмо спросил я.

– Разве вы не «черные ангелы»? Отобьетесь! – жизнерадостно заявил лейтенант.

– Спасибо, сэр! – огрызнулись мы, отключая передатчик.

– Скотина! – выругался я. – Он явно желает нашей гибели!

– Капрал Додж, который с твоей помощью угодил в тюрьму, всегда ходил в ближайших подручных Крайса! – мрачно напомнил Райдер.

В течение двух дней мы вынуждены были внимать рассуждениям Романа Харлина о счастье. Он представлял собой законченного идеалиста. Надо было слышать, как он, грязный, измученный, заросший, восторженно рассказывал об обществе, где каждый счастлив. Его слова даже чем-то пленяли меня.

Утром третьего дня, когда до возвращения на звездолет оставалось меньше пяти часов, на развалинах поселка появилась дюжина паукообразных гигантских монстров. Черные фасеточные глаза плотоядно глядели по сторонам. Или нам это от волнения казалось? Чудовища двинулись в нашу сторону.

Мы с Райдером принялись палить из автоматов, но пули, похоже, не причиняли гигантам особого вреда, они стремительно приближались. Тогда в ход пошли бластеры. Жгучие красные лучи устремились к чудовищам. Один за другим вспыхнули и рассыпались в прах четыре паука.

– А, гады, не нравится! – закричал Райдер.

Мы спалили еще трех, но оставшиеся все-таки добрались до нас. Я еле успел присесть, как надо мной щелкнули мощные челюсти. Я вскинул бластер, изо всех сил давя на гашетку. С треском лопнул фиолетово-желтый панцирь… Райдер, прыгая зайцем и изворачиваясь от когтистых лап и хищных челюстей, лазерным резаком развалил на две половины еще одного. Еще одна тварь гналась за ним, не давая прицельно стрелять.

Двое оставшихся монстров пытались разделаться со мной. Жесткая когтистая лапа опрокинула меня на землю, в падении я успел-таки спалить ее обладателя. И тут последний паук, мотнув головой, челюстями вышиб бластер из моих рук. Я остался безоружным.

Смерть приближалась… Вдруг паукообразный монстр вспыхнул и рассыпался. Я увидел Романа с моим бластером в руках. Подбежал запыхавшийся Райдер. Он покончил со своим противником, но ко мне на помощь не успевал. Если бы не Харлин…

Так мы подружились с Романом Харлиным. После мы неоднократно встречались, особенно часто, когда я ушел из спецбатальона космодесантников. Он все носился со своей идеей общества счастливых людей. Потом надолго пропал, и я ничего не знал о нем, пока не пришло письмо. Он сообщал, что сейчас полностью счастлив и проживает на искусственной планете, которая так и называется – Счастье. Приглашал к себе, чтобы и я смог изведать это удивительное чувство. К возможности приобщиться к всеобщему счастью я отнесся скептически, но желание повидать Романа и его осуществленную мечту не оставляло меня. И вот, наконец, я решился.

– Забавно, – кивнула Мэй, поглощая отбивную с салатом. – Герой ты герой, но почему не ешь? Ой, уже показалась пристань. Давай еще немного покатаемся?

Гривин кивнул, подозвал официанта, оплатил еще одну прогулку и заказал десерт.

* * *

В первый же день каникул влюбленная парочка решила-таки совершить романтическое путешествие.

Суета в Селена-Сити на Луне, рейсовый планетолет к Плутону, откуда комфортабельный лайнер доставил в систему 94CetA класса F8V оранжевого карлика, вокруг которого вращалось с десяток планет, из них две с модными курортами.

Толпа жаждущих отдыха на пляжах покинула звездолет, а Александр долго искал чартер к Счастью. Нашел-таки, договорившись с капитаном транспорта, который выполнял заказы жителей отдаленных планет, не желавших по тем или иным причинам устанавливать постоянное сообщение.

Полет был не то чтобы некомфортным, а скорее, немного стесненным, но это не мешало Александру и Мэй проводить время с пользой и даже опробовать любовные игры в невесомости, когда на корабле вышел из строя генератор гравитации.

Планета Счастье показалась не таким уж и райским уголком. Ну, скажите, разве может быть райским уголком обычный булыжник размером с Луну, лишенный атмосферы и жизни? Местная служба планетарного контроля долго интересовалась целью путешествия, но как только речь зашла о личном приглашении Романа Харлина, лишние вопросы отпали сами собой.

Лифт доставил на нижние жилые этажи достаточно быстро и вполне комфортно, не прошло и десяти минут. В холле гостей встретили улыбающийся Роман Харлин и еще пятеро незнакомцев. Они все счастливо улыбались.

– Привет, Роман! – воскликнул Александр. – Познакомься, это Мэй!

– Я очень рад вас видеть! – Роман прямо-таки лучился от удовольствия и указал на своих спутников.

– Это мои друзья: Тоус, Рим, Игнат, Старди и Оук!

– Мы тоже очень рады! – почти хором, радостно улыбаясь, отозвалась свита правителя.

– Пойдемте ко мне, – пригласил Роман, – что же мы тут стоим?

И он, торжественно шествуя, словно король, повел гостей по освещенным переходам. По пути иногда попадались люди, все на вид счастливые, с широкими улыбками. Гривин про себя отметил, что все они одеты в одинаковые светло-серые рубашки с короткими рукавами, длинные шорты и легкие тапочки.

На кармане рубашки у каждого имелась табличка с фамилией и номером. Женщины встречались значительно реже, чем мужчины. И все улыбались, никто не печалился, никто не хмурился.

– Вот мы и пришли! – сказал Роман.

Жилище его представляло собой маленькую скромную комнату, в которой стоял круглый пластиковый стол и низкая кровать.

– Небогато! – скептически окинул взглядом жилище Гривин.

– Я доволен, меня вполне устраивает, – заверил Роман.

– Мы все здесь хорошо живем! – поддержал его один из приятелей, кажется, Рин.

Катя перед собой столик на колесиках, в комнату вошел коренастый человек в коричневом комбинезоне. Столик был уставлен тарелками с зеленоватым желе и невысокими светло-розовыми кувшинчиками.