Межпланетная банда - Евгений Гаркушев

– Ну купайся, раз так хотела, - великодушно разрешил Вова. - Мы пока воздухом подышим…

Диана исчезла в черном проеме люка. Спустя минуту послышался всплеск и радостное повизгивание.

– Эх, и мне с нею хочется, - вздохнул Вова.

– Так иди, - мрачно буркнул рангун. - Что ты, ждать собираешься, пока она сама согласится? Никогда этого не будет. Девки - они такие. Хоть у вас, хоть у нас. Если чувствуют хоть малейшую слабину, пиши пропало.

– Нет, я так не хочу.

Нос сочувственно шмыгнул носом.

В распахнутом люке ярко сияли звезды - одно созвездие, Большую Медведицу, Вова даже знал… Поговорить бы с Дианой о звездах - только что он ей расскажет? Знаешь, милая, там, у Бетельгейзе, где я чалился вместе с Мокрым, так красиво, когда подлетаешь на везущем косков бронированном тюремном транспортнике к астероиду-1313? Эх… Ну что за жизнь?!. Даже девушке рассказать нечего…

После купания всем стало намного веселее. Чуточку испортило радость зрелище пьющего соленую воду лемонийца. Он зачерпнул ее пластиковым ведром и в течение нескольких минут выхлебал ведро почти полностью. После чего раздулся, став снова похожим на огромную муху.

Катер между тем двигался к намеченной цели. Через пару часов лета на горизонте обозначилась узкая полоска. Совсем неяркий свет, казалось, просачивается через трещину в своде небес, смыкающихся с серебристой поверхностью пустыни. На неровных барханах заиграли разноцветные блики.

Диана, которой довелось наблюдать земной восход впервые, подумала, что и здесь может быть так же красиво, как на ее родной планете. На Пич-риче в небе по утрам сияли зарницы, такие яркие, что с непривычки резало глаза. Лиловые, розовые, синеватые сполохи на светло-голубом небе смотрелись как прихоть божества. Собственно говоря, местные жители так и думали. К тому моменту, как на Пич-рич прибыли переселенцы с Земли, аборигенов оставалось совсем немного - несколько кочевых племен на грани вымирания. Все, чем они занимались, - курили травку-дурилку и наблюдали за зарницами. Как говорил отец, в них слишком сильно доминировало чувство прекрасного, и потому они были обречены на смерть.

Приземлились раньше, чем запланировали. Топлива едва хватило дотянуть до небольшой деревушки, где Крылатый надеялся разжиться водородом. Впрочем, даже «деревушка» - слишком громкое слово для скопища утлых лачуг, собранных из картонных коробок. Катер нырнул вниз, едва не касаясь верхушек пальм, пошел на бреющем полете и рухнул в кучу липкой грязи.

Борзо выбрался из салона первым, обошел летательный аппарат, проваливаясь по щиколотку в бурую жижу, и нашел повреждение в самом низу левого борта. Один из выстрелов - и когда только милиционеры успели попасть по катеру? - пришелся в бронированную стенку и прожег ее насквозь, но с термоустойчивым баком не справился. Зато сорвал крепление боковой крышки. Пока ныряли с небес на землю и обратно, крышка разболталась, и часть топлива выветрилась. Хорошо, что это произошло только сейчас.

Нейтральная территория между еврейскими поселениями и арабскими государствами в пустыне Нефуд жила по своим законам. Здесь действовали органы местного самоуправления, политику которых можно было охарактеризовать в трех словах: все по барабану. Зыбкие границы не охранялись, и многочисленные нищие эмигранты беспрепятственно блуждали по пустыне и оазисам в поисках беззаботной жизни. Местным жителям тоже все было параллельно.

Уровень жизни на нейтральных территориях отличался стабильностью - нищенствовали буквально все, и регулярно случались беспорядки. Зато не надо было платить налоги, никто не напрягал непривычных к труду людей и представителей иных галактических рас. Здесь царила столь редкая на Земле анархия. Можно было свободно купить алкоголь, наркотики, пьянящие колоски.

Исключительной популярностью пустыня Нефуд пользовалась у беглецов от закона. Полиция в этих краях бездействовала. Точнее говоря, ее вовсе не было. Международные договоренности не соблюдались - просто потому, что они тоже никого не интересовали. Чиновники из органов самоуправления получали хорошую мзду за то, чтобы ничего не делать, и преступников не выдавали. Извлечь преступника с нейтральных территорий можно было только наняв бандитов. Наемники выкрадывали и передавали заинтересованным лицам тех, кто был им по зубам. Так, к примеру, взяли Андрея Литвиненко по кличке Музыкант, известного тем, что он экспортировал из Южной Америки наркотики, пряча их в контрабасах. Но этот случай явился скорее исключением. Для того чтобы власти той или иной страны пошли на такие кардинальные меры и приняли решение о проведении подобной операции, надо было очень серьезно их разозлить.

– Мы есть закупать топливо в этот поселок, лететь в Израиль, становиться евреи и потом прибывать Москва под надежный документ, - объявил Крылатый, не делая попыток выбраться из катера - месить грязь ему не хотелось, а лететь, используя свои замечательные крылья, после обильного потребления морской воды он не мог.

Вова вздрогнул.

– Нас что же, теперь всех кастрируют?

Борзо издал невнятное рычание - эта новость ему явно не понравилась.

– С чего ты это взять? - поинтересовался лемониец.

– Ну как же… В Израиле ведь живут евреи. Они всех кастрируют. Тебе-то, небось, не страшно, сам говорил - ты уже старик. А я еще молодой! У меня вся жизнь впереди!

Диана тоже удивилась.

– Какой странный обычай! Они так поступают только с чужеземцами?

– Нет, своих в первую очередь того… - сообщил Вова. - Я читал в газете. Нам старые выпуски иногда забрасывали в камеры. Чтобы от азартных игр отвлечь. Я в Израиль не хочу. Страшные люди там живут.

Мокрый хрипло захохотал.

– Я понял, о чем ты, парень. Никого они не кастрируют. Ну, точнее, за всех не поручусь, но себя уж точно нет. Это называется «обрезание». Укорачивают кое-что - и порядок.

– Ты откуда знаешь? - с подозрением поинтересовался Вова.

– Со мной на астероиде Мойша Соломонович Плейшнер чалился, по кличке Раввин. Он мне много всего порассказал. Очень разговорчивый.

– А что именно они укорачивают? - вмешался Нос.

– Да не дрейфь, пацан, тебе это вообще не грозит. Ты же не человек… Да и в их веру переходить не собираешься. Так что расслабься.

– А мне зачем укорачивать?! - возмутился Вова. - Что еще за глупости такие?

– Обычай, - Мокрый пожал плечами. - Но, думаю, мы сами под нож не пойдем - как-нибудь отобьемся. Хватит ныть, парни. Сказал же - нам ничего не угрожает.

– Вам не есть чего бояться, - проблеял Крылатый. - Мы недолго быть в Израиль, покупать там документы у специальный человек и лететь в Москва. А сейчас - отдыхать этот замечательный оазис…

– Оазис, говоришь, - Мокрый выглянул наружу из боковой двери.

Вова полез на крышу катера. За ним последовали остальные.

Множество местных ребятишек с различным цветом кожи собрались поглазеть на огромный летательный аппарат. Ребятишек грязь не смущала, они бегали по ней, наталкиваясь друг на дружку, падали, выпачкались уже с головы до ног, но неудобства не испытывали. Увидев рангуна, самый решительный мальчишка с узким разрезом глаз зачерпнул горсть грязи и швырнул ее в Борзо.