Суд теней - Мэделин Ру

– Мне он безобидным не кажется, – пробормотала я, продолжая прятаться за шторой.

– Ты думаешь, я позволил бы ей ползать по мне, если бы она была кусачей? – Он улыбнулся и протянул ко мне руку. – Потрогай, ее шерсть совсем не такая, как у кошки. Она совершенно уникальна.

У меня не было ни малейшего желания трогать этого паука, но теперь, рассмотрев его вблизи, я вынуждена была признать, что ему присуще какое-то мрачное очарование. Его спину покрывал спиралевидный узор, а розовые и фиолетовые полосы на солнце выглядели особенно яркими и просто неправдоподобно красивыми. Я осторожно вытянула палец и погладила одну из мохнатых лапок.

– Ой! – Я в ужасе отдернула руку. – Он меня укусил!

– Прошу прощения. – Он попятился, свободной рукой заслонив меня от паука. – Она никогда… Это совсем на нее не похоже.

Казалось, меня ужалила пчела, и в том месте, где меня атаковало это создание, палец мгновенно покраснел и распух.

– Он ядовитый? О боже, я умру?

Я мгновенно взмокла и в страхе прижала пострадавшую руку к груди. Просто идеальный конец. Закрыв от боли глаза, я замерла, прислушиваясь к женскому голосу, который снова зазвучал у меня в голове, – тихому, как доносящаяся из соседней комнаты музыка.

Беги, дитя. Беги, сон завершен.

– Нет, нет, успокойся, они не ядовиты. Когда краснота сойдет, все будет в порядке, – уверял Кройдон.

Я его едва слышала, полностью сосредоточившись на внутреннем, а не на внешнем голосе. Кто она? Почему я все время слышу ее и от чего она меня предостерегает? В прошлый раз она оказалась права. Я попятилась от Кройдона.

Он вздохнул и загнал паука обратно на плечо. Спрятавшись на затылке и выглядывая из-за его шеи, он как будто изучал меня, блестя любопытными черными глазками.

А может быть, он просто голоден? – подумалось мне. – Может быть, я показалась ему вкусной?

– Ну вот, а я надеялся завоевать твое расположение.

Он подошел к окну и остановился справа от меня, упершись руками в бока и разглядывая лужайку перед домом.

– Попробуйте в следующий раз не приносить с собой паука, – прошептала я.

– Во всяком случае, теперь мы знаем, что я классический неудачник, способный провалить все, что угодно, – пошутил Кройдон Фрост, хотя вид у него при этом был совершенно несчастный. – А постоянство – это очень важное качество.

– Только не ожидайте, что я буду вас жалеть. Вас никто не заставлял бросать нас с мамой, вы это сделали совершенно самостоятельно.

Я возмущенно смотрела на рану. Интересно, от нее останется такой же шрам, как и от книги? Кройдон Фрост молчал, но я чувствовала, что он смотрит на меня в отчаянии. Я знала, что ему нужно. Прощение. Все этого хотят, но ему я дарить его не собиралась.

– Семнадцать лет забвения невозможно исправить пузырьком духов. – Я нашарила в кармане флакон и, подойдя ближе, протянула ему. – Можете забирать. Я не хочу, чтобы меня подкупали. Я всего лишь хочу, чтобы вы ответили на мои вопросы.

– А еще денег. Я полагаю, тебе также нужны мои деньги. – Теперь его голос звучал холодно, в нем слышался гнев. Он прищурил свои черные глаза и смотрел на меня свысока. – Можешь этого не стыдиться. Ты моя дочь: у тебя мои глаза, мое проклятие, у тебя должны быть и мои пороки.

Мне казалось очень странным, что я смотрю на него, вижу его и нас связывает родство, потому что я совершенно ничего к нему не чувствовала – никакой дочерней теплоты, никакой семейной связи.

– Почему ты нас бросил? – спросила я, всматриваясь в его лицо.

Если бы он вздумал солгать, я бы вытолкнула его через окно вместе с этим чертовым пауком.

– Я не знал, какой ты станешь и будешь ли такой же необычной, как я, – прямо ответил Кройдон. – Без меня… Без меня у тебя было больше шансов на нормальную жизнь.

– На убогую жизнь! Несчастную жизнь с отцом-пьяницей! – Я толкнула его в грудь, и он схватился за нее, как будто я его обожгла. – Так значит, ты тоже Подменыш?

Кройдон Фрост долго молчал, обдумывая мой вопрос, и его глаза были пустыми, почти мертвыми, как если бы он внезапно впал в транс. Затем он с таким проворством схватил меня за руку, что я не успела ее отдернуть. Подняв ее к лицу, он несколько секунд изучал место укуса, воспаленное и красное, затем разжал пальцы.

– Я хочу дать тебе наследство, – прошептал он.

В его черных глазах снова горела и бурлила жизнь.

– Это не ответ на мой…

– Луиза, тебе придется выбирать, – резко оборвал меня Кройдон Фрост. – Ты можешь получить богатство или знание, и смею тебя уверить, одно бесконечно ценнее другого.

Я покачала головой, надеясь, что в этот момент он видит: мои глаза горят такой же решимостью.

– Нет, – твердо заявила я. – Мне нужно и то и другое.

– И то и другое, – хриплым шепотом повторил он.

То, что в это мгновение я увидела в его взгляде, не на шутку меня испугало.

Моя жадность его не оттолкнула, как не устрашила и моя непреклонность. Он мною восторгался, а в его глазах сквозила безумная решимость, напоминающая вскипающий чайник, готовый издать боевой клич.

– В таком случае, дочь, ты получишь и то и другое. Но не здесь. Не сейчас. Сегодня в полночь мы встретимся в шатре. Ты придешь одна и получишь ответы на все свои вопросы и даже больше. Я подозреваю, что некоторые из этих ответов тебе захочется забыть.

Глава 25

Год второй

Дневник Бенну, Который Бежит

Я мог отслеживать месяцы нашего пути по своему лицу. Круглый шрам вокруг моего рта постепенно бледнел и покрывался темной бородой, как и подбородок. Теперь, когда я видел свое отражение в лужах, на меня смотрел не наивный юноша, но мужчина, зрелый и закаленный беспрерывными опасностями, которые мы преодолевали на протяжении целого года.

Кхент тоже отрастил бороду, хотя из-за его странной природы она была гораздо гуще моей, своей всклокоченностью и пятнистостью напоминая шкуру его второй – звериной – сущности. Он переносил зиму гораздо легче, будучи невосприимчив к морозу и ветру, беспрестанно хлеставшему нас во время переправы через узкий канал и позже, когда мы шли на север вдоль побережья этого странного острова. Его обитатели были суровыми и дружелюбными, хотя одевались, по нашим меркам, очень примитивно. Они наносили краской и чернилами на свои тела странные синие метки и хоронили своих умерших в приподнятых бороздах на полях. Когда нам было необходимо что-то купить, мы общались с ними исключительно посредством языка жестов. Мы шли через эти земли быстро, сторонясь местных и стараясь не наступать на их священные могильники. Когда в вышине появлялся Небесный Змей, мы шли за ним, когда он исчезал, отдыхали, сооружая из камней и веток шалаши.