Метро 2033. Последний поход - Игорь Вардунас

Время стоянки — … — ые сутки.

Новый мир не дает передышки. По неосторожности на борт снова занесена зараза, с той лишь разницей, что в этот раз все намного сложнее и непонятнее. Кто инфицирован, кто — нет? Каким именно образом передается вирус? Сохранившиеся записи и переводы немецких дневников указывают на еще одну базу Рейха, возможно, располагавшуюся на территории Южной Америки. Судя по ним, только там еще можно попытаться обнаружить антидоты от штаммов, занесенных на „Грозный“ с Двести одиннадцатой. Образцы вируса и противоядие на Антарктической станции сожжены одним из членов команды — Лерой Степановой, которая после этого пыталась покончить с собой.

Нам нужно торопиться, ремонт почти закончен, а Императору приспичило поохотиться на китов возле мыса Горн. Ситуация кажется патовой, поскольку в данный момент двигаться самостоятелъно мы еще не в состоянии. К тому же команда корейцев во главе с неким Линь Имом, назвавшимся их руководителем, толкует о необходимости захода на Фарерский архипелаг по дороге домой. Какого лешего они там забыли?

И снова толки о панацее. Снова призрачная надежда.

Пока о заражении знают всего несколько человек. Не знаю, сколько мы сможем еще таиться. Готовимся отплывать вместе с танкером. Команда пополнена, но проверить ее можно только морем.

Вот только сработает ли? Не превратить бы корабли в плавучие склепы…

Принявший командование судном старший помощник Тарас Лапшов».

— Ну что, рад что сваливаешь? — спросил у приятеля Рэнди, пока они с Зэфом, закинув на плечи кирки и лопаты, шли от разрушенной «Новолазаревской», где по приказу Тараса среди заметенных руин выкопали глубокую яму, сложили на дно остававшиеся в трюме «Грозного» контейнеры со штаммами вируса и колбы, принесенные с базы Лерой, и как следует поджарили огнеметом, потом все засыпав.

Вход на Двести одиннадцатую, не мешкая, с улюлюканьем завалили оставшимся динамитом, вместе с грохочущим пламенем подняв в воздух фонтаны снега и льда.

— Еще как, бро, — согласился Мичиган, тянущий за собой связку из двух санок: на одних лежал огнемет, на других покоились инструменты. — Скорей бы уже. А то все работа, в последний момент — нет-нет да и найдется. А сделай-ка то, а закопай это.

— Разумеется, нетерпеливый ты мой крепыш, — фыркнул техасец. — Грязную работенку всегда поручают американцам, м?

— Но теперь уже точно все, бро, говорю тебе. Старина Зэф забьется в свою теплую каюту и просидит в ней, пока эта чертова железяка на хрен не свалит отсюда куда подальше. Хватит с меня уже всех этих снежных Пингвизилл и прочей нечисти.

— Понимаю тебя, старик, — перехватив лопаты, Рэнди остановился и посмотрел назад, на разрушенную станцию. — И все-таки…

— Чего?

— Это как покидать дом, понимаешь. Странное такое чувство.

— Твой дом не здесь, а в Америке, — резонно заметил приятель.

— Верно. Которой уже, скорее всего, давным-давно нет. Хотя кто знает? Но здесь мы проморозили свои задницы последние чертовы двадцать лет. Ты хоть представляешь себе, что мы можем с тобой там увидеть?

— Не представляю, бро.

— И я не представляю, — вздохнул Макмиллан, стиснув зубами палочку. — Ладно, погнали отсюда, не люблю долгих сопливых прощаний. Да и поторапливаться нужно, а то уж больно не нравится мне вся эта мутная история с заражением.

— Мне тоже, приятель. Мне тоже.

Снова потянув санки, американцы стали спускаться по тропинке к берегу.

— Ну как, тебе нравится? — спросила Лера у Мигеля, оглядывавшего отведенную ему каюту.

— Знаешь, после двадцати лет отшельничества и спартанских условий, — присев на койку священник положил свою сумку на стул, — о таком можно только мечтать. Ой, а это кто?

Юркнувшая в комнату мышка проворно забралась по штанине и тельняшке на плечо девушки.

— Это Чучундра, мой самый верный друг, — объяснила Лера и протянула зверьку кусочек гриба, который извлекла из кармана. — Да, Чученька? На, покушай.

Мышь послушно захрустела угощением.

— Забавная, — улыбнулся Мигель.

— Она с нами из самого Пионерска плывет, — не без гордости продолжала рассказывать Лера. — На лодке жила. Тут с ней и встретились.

— Вот и отрада тебе во всех испытаниях.

— Еще какая. И помощник в приключениях, — согласилась девушка и спохватилась: — Есть хочешь?

— Честно — не отказался бы, — виновато ответил священник и потеребил намотанные на запястье четки.

— Пойдем. Посмотрим, что удастся найти на камбузе.

Потом Лера сидела напротив и, подперев кулачком щеку, молча смотрела, как ест Мигель. Закуска была не ах: немного кислых овощей, пресная хлебная лепешка с танкера да пара котлеток из хека — все, что осталось. Остальной провиант, оставленный для ужина, команда давно разобрала по своим каютам. Но даже этого оказалось достаточно: священник уплетал с довольным видом, стараясь не слишком явно торопиться, хотя вилка дрожала в руках.

Сколько же он нормально не ел, думала Лера, всматриваясь в его лицо. Да и чем мог питаться отшельник с момента разрушения станции? Чайным отваром и вересковыми кореньями? От этой мысли девичье сердце сжималось.

Интересно, а как он выглядит без бороды? Наверняка моложе. И симпатичнее. Лера не особо любила бороды, не всем они шли. А вот Макмиллану была к лицу, наверняка из-за его необычной шляпы. Тем более американец ее периодически подстригал.

У самой Леры живот тоже призывно урчал, но сначала хотелось накормить Мигеля. Девушка мысленно улыбнулась, вспомнив, как баба Дина когда-то тоже вот так сидела и смотрела, как маленькая Лерочка уплетала с остатками чая слепленные ее заботливыми руками грибные пирожки.

— Ну, прямо комната милосердия матери Терезы, — пьяный комментарий вывел девушку из раздумий. — Идиллия.

Она с тревогой посмотрела на появившегося в дверях Батона, облокотившегося о косяк. Охотник был мертвецки пьян.

— Что тебе нужно? — моментально напряглась она.

— Нет. Это что ему здесь нужно? — ткнув пальцем в замершего Мигеля, сквозь зубы процедил Батон. — Ишь, присосался. А тебя вообще от камбуза отстранили, разве нет?

— Не твое дело. Я его привела. Он давно нормально не ел. И он поплывет с нами, хочешь ты этого или нет.

— Думаю, мне лучше уйти, — отложив приборы, сказал Мигель.

— Нет, ты останешься, — твердо ответила Лера и сверкнула глазами на Батона. — Пускай он уходит.

— Вот-вот. Дуй обратно в келью, молитвы читай! От тебя там больше проку будет. У нас тут карантинчик, если ты не знал, — пропустив мимо ушей слова девушки, согласился охотник, демонстрируя руки в перчатках. Он подошел к столу и навис над священником. — Я, кажется, доходчивым языком тебе объяснил: не лезть к ней, нет? Не достанется она тебе, понял!