Вторжение - Николай Андреев

Справа от землянина метрах в пятнадцати висел на балках сгоревший бот. В кабине летательного аппарата Олесь заметил обугленные трупы. По телу пробежала нервная дрожь. Эти люди понимали, что база гибнет, и пытались спастись. Смерть настигла их в последний момент.

Легкий толчок в плечо, и русич побрел за капитаном. Пройдя сквозь брешь, Храбров очутился в зале ожидания. Более страшной картины землянин еще не видел. Около сорока человек в скрюченных позах лежали на полу и на лестнице. Система жизнеобеспечения вышла из строя, и люди стали жертвами разгерметизации. Они погибли от удушья и адского холода. Ужасная смерть. Кожа и форма покрылись толстым слоем инея, и разглядеть лица несчастных не удавалось. Но, судя по фигурам, среди погибших было немало женщин.

Перешагивая через покойников, разведчики двигались к центральным секторам станции. Один коридор, второй, лестница, столовая… Помещения разгромлены, стены смяты, мебель в кабинетах превращена в груду хлама и валяется на полу. Кое-где зияют пробоины.

Внезапно первый солдат остановился. Парень обнаружил труп горга и с интересом разглядывал чужака. Чуть в отдалении лежало еще несколько тел. Десант противника угодил в засаду и понес ощутимые потери. Убитых людей оказалось немного. Вскоре группа продолжила путь. Эдвил упорно пробивался к реакторной установке. То, что она работает, подтверждала вибрация корпуса базы.

Пару раз бригада натыкалась на завалы. Нагромождения искореженного металла, оплавленные балки, рухнувшие стены. Преодолеть данное препятствие поисковики не могли. Отряд возвращался назад, делал крюк и обходил опасный участок по другому этажу. Возле боевой рубки один из разведчиков оступился и рухнул в проем между броневыми листами. Аланца спасла страховка. Трос размотался, но выдержал. Солдаты с огромным трудом вытащили товарища наверх.

Трупы попадались всё чаще и чаще. Закостеневшие кисти, раскрытый рот, выпученные глаза. Олесь старался не смотреть на мертвецов. Это зрелище не доставляло удовольствия.

Схему «Яниса» капитан знал прекрасно и через пятнадцать минут вывел группу к командному центру. В зале царил хаос, всюду виднелись следы недавнего сражения. Пятна крови, мертвые тела людей и насекомых, брошенное оружие, осколки стекла и пластика. На мостике лежал человек с повязкой на голове. Русич невольно вспомнил последний сеанс связи со станцией. Молодой лейтенант взывал о помощи. Бедняга. Он погиб сразу после обрыва канала. Храбров направился к покойнику, но Эдвил бесстрастно проговорил:

— Не задерживаться! Трупы будем подбирать потом.

Отряд миновал командный центр, спустился по лестнице на нижний ярус и вышел к техническим секторам. Неожиданно поисковики уперлись в бронированную перегородку. Капитан приказал первой паре осмотреть боковые проходы. Вскоре солдаты доложили, что они тоже закрыты. На мгновение офицер задумался. После некоторой паузы он обернулся к сержанту и сказал:

— Надо резать.

Подчиненный не спеша приблизился к преграде.

— А вдруг там люди? — вымолвил разведчик. — Судя по всему, двери заперты изнутри. Чисто теоретически система жизнеобеспечения может поддерживать небольшой участок базы. Гравитация опять же…

— Сомневаюсь, — произнес Эдвил. — Блокировка сработала автоматически. Взгляни на пробоины. Стены сектора наверняка где-нибудь повреждены. Я не верю в чудеса. На связь с нами ведь до сих пор никто не вышел. Гробовое молчание.

— Это серьезный довод, — согласился сержант. — И, тем не менее, я бы проверил. Вскрыть жестянку никогда не поздно.

— Хорошо, — проговорил капитан, в душе и сам надеявшийся найти живых людей.

Едва уловимый жест рукой, и четвертая пара начала крепить к перегородке какие-то приборы. Для чего они предназначены, Олесь не знал, но приставать с расспросами к аланцам не рискнул. Они заняты важным делом, и мешать им не стоило. Отступив в сторону, землянин с интересом наблюдал за слаженными действиями бригады.

— Готово, — наконец, сказал солдат, поворачиваясь к командиру.

— Шенк, приступай, — произнес офицер.

Сержант с силой ударил обломком трубы по препятствию. Один взмах, второй, третий На каждый стук стрелки индикаторов реагировали, как сумасшедшие.

Теперь Храбров понял, зачем поисковикам понадобилась эта аппаратура. Звуки в космосе не распространяются, а значит, услышать ответный сигнал разведчики не могли. Нужно ловить вибрацию стены. Другого способа наладить связь нет. Ожидание длилось три минуты.

— Тишина, — разочарованно вымолвил кто-то.

— Попробуй еще раз, — приказал Эдвил.

Шенк бил от души. Приборы даже зашкаливало, что неудивительно. Толщина перегородки значительная, и индикаторы настраивали на слабый сигнал. Отбросив трубу, сержант прислонился спиной к холодному металлу стены. Он словно хотел ощутить призыв спасшихся людей собственным телом через скафандр. На показания аппаратуры аланец не смотрел. Надежды таяли с каждой секундой.

— Есть! — воскликнул один из солдат.

Стрелка чуть колыхнулась. Пауза. Нервы напряжены до предела. Взгляд от прибора не оторвать. Но вот очередной скачок. На этот раз более мощный. Все сомнения рассеялись. Капитан расправил плечи и негромко заметил:

— Иногда приятно ошибаться. Шенк, постарайся получить от них хоть какую-нибудь информацию. Главное — сколько людей и долго ли они еще продержатся.

— Будет сделано, — отрапортовал сержант, вновь берясь за трубу.

— Корн, — офицер обратился к связисту. — Соединись с кораблем. Пусть высылают специальное оборудование и готовят переходники. А мы, тем временем, поищем место для зачистки.

Настроение у Эдвила сразу улучшилось. Еще на «Келвите» русич обратил внимание, что все разведчики являлись аланцами. В этом не было ничего странного. Тасконцы только-только пробивались в элиту звездного флота. Число выходцев из подземного мира в экипажах крейсеров не превышало пятнадцати процентов. Такая же ситуация сложилась и на космических станциях. Следовательно, большинство погибших на «Янисе» — соотечественники капитана.

Олесь без труда распознавал тасконцев и аланцев. Цвет кожи, манера поведения, особенности речи. После объединения двух планет прошло всего пять лет. Слишком короткий срок, чтобы увидеть реальные плоды ассимиляции.

Работа на базе буквально кипела. Кто-то разбирал завалы, кто-то расширял пробоину во внешнем корпусе, кто-то резал стальные перекрытия. Бездельничал лишь русич. Неподалеку от Храброва расположился Шенк. Сержант неторопливо, но очень сильно и расчетливо стучал по стене. Это особая кодовая система, применявшаяся в чрезвычайных ситуациях.

Отбив вопрос, разведчик тут же смотрел на стрелку индикатора. Иногда ответ был четким, иногда аланец просил его повторить. По лицу Шенка текли крупные капли пота. Но вот сержант остановился и аккуратно положил трубу на пол.

— Капитан, — тяжело дыша, проговорил разведчик. — Их двадцать семь. Загерметизировались непосредственно перед штурмом. Аппаратура жизнеобеспечения на грани. Регенерации воздуха практически нет. Они очень ослабли, но часов десять-двенадцать протянут.