Рой - Всеволод Глуховцев

С минуту помолчали. Предводитель первым подал голос:

– Все ясно. Будем снаряжать экспедицию в город, за жрачкой. В ближайшие дни. Тянуть нельзя – там тоже люди, и они тоже хотят есть. Все съедят, нам ничего не останется. – Он обратился к Валере: – Твои соображения, капитан…

– Да как обычно. Проведем рекогносцировку – разведгруппой из пяти человек. Потом – экспедиция.

– Когда будешь готов?

– Да хоть сейчас…

Батыр удовлетворенно откинулся в кожаном кресле бывшего начальника зоны:

– Давай завтра с утречка в путь. Прозондируйте почву и обратно на зону. На рожон понапрасну не лезть, в бой не вступать. Если только совсем прижмут…

– Бу зьде… – козырнул капитан.

– Ближе всего хладокомбинат, – посоветовал Слепян. – Пока не испортилось, надо успеть! У них там должны еще автономные генераторы работать. В любом случае стоит попробовать.

На том и порешили.

Когда вышли из кабинета, Валера подозвал Штепу.

– Подбери троих, – велел он своему ординарцу, – кто уже ходил в рейды. Подготовьте все, что нужно, – костюмы, броники, шапочки, стволы. Не забудь про респираторы. Да, еще ножи прихватите и кой-какой инструмент. Возможно, придется взломщиками поработать.

3

Камуфляжи подобрали темно-серой окраски – самое то в городских условиях, где и асфальт, и бетон, и большинство построек темного – серого или черного – цвета. Рации решили не брать – невелик радиус действия.

Пятеро разведчиков собрались в комнате Подольского. Командир объяснил задачу:

– Выдвигаемся к Промышленному шоссе перед Чернореченском. Цель – хладокомбинат. Сейчас экипироваться и все как следует подогнать. Даю вам на сборы пять минут.

Перед тем как покинуть территорию зоны, Подольский подозвал бойцов, достал карту и показал им маршрут:

– Двигаться будем вот так. – Его палец пополз по карте. – Вот тут мы сейчас находимся, здесь пойдем через лес, выйдем к промышленной зоне. Вот здесь склады, оставим их справа и, пройдя вдоль строений, попадем на пересечение дороги с Промышленным шоссе. Перейдем трассу и достигнем цели. На территории объекта вести себя тихо, передвигаться по возможности скрытно. Там могут быть враждебные нам группы людей или зараженные.

Он убрал карту, оглядел своих и, натянув респиратор и защитные очки, кивнул:

– Ну, с Богом!..

Выйдя наружу, сразу же сошли на обочину и зашагали вдоль дороги, по кромке лесопосадки. Затем, метров через триста – четыреста, углубились в лес.

В лесу было тихо и сумрачно. Двигались осторожно, то шагом, то короткими перебежками, растянувшись короткой цепью по диагонали. Использовали укрытия – от ствола к стволу, от куста к кусту, стараясь ступать бесшумно, чтобы не хрустнула ветка, не затрещал валежник под ногами. Предосторожности были отнюдь не лишними: места-то все незнакомые, подходы к объекту неизученные, могли и на засаду напороться.

Впрочем, каждый понимал, что, когда кончится лес, станет еще хуже – каждое строение может оказаться огневой точкой предполагаемого противника. И на стороне врага – внезапность атаки. Особенно опасны снайперы, засевшие в недоступных или малодоступных местах. Опытные стрелки, прежде чем будут обнаружены, прицельным огнем могут выкосить целый взвод.

На окраине леса командир подал знак остановиться и выжидать, а сам в бинокль принялся внимательно осматривать окрестности. Подолгу останавливался на каждом объекте, особенно интересуясь дверями, окнами и крышами зданий. Из наблюдения складывалось впечатление, что город вымер – по крайней мере, эта его часть покинута обитателями. Но ведь свято место пусто не бывает. Так кто же теперь населяет эти глухие места?..

Подольский убрал бинокль, взял автомат на изготовку. Жестами объяснил своим: двигаемся гуськом, дистанция десять – пятнадцать метров. Мотнул головой Штепе: пошел первым. Выждал и двинулся за ним. Следом потянулись остальные.

Привычным взглядом наблюдателя капитан фиксировал окружающее – каждую деталь, чтобы на обратном пути заметить изменения в обстановке, если таковые произойдут.

Когда достигли первых строений, пошли вдоль стен и каменных заборов. Так прошли пару сотен метров. Вокруг по-прежнему ни одной живой души. Затем дорога разветвлялась: та, что шла прямо, – вела к шоссе и хладокомбинату; правая ветка через сотню метров упиралась в мебельные склады.

Штепа, не доходя до угла, обернулся к командиру, ожидая дальнейших распоряжений. Валера поднял руку, призывая бойцов остановиться, после чего двинулся к сержанту. Приблизившись, шепнул:

– Я пойду к развилке, проведу скрытое наблюдение. По моему сигналу быстрыми перебежками, согнувшись, пересечь развилку. Будем двигаться дальше.

Штепа кивнул и махнул остальным: все сюда.

Подольский пригнулся и, крадучись, добрался до угла. Затем лег и пополз вперед, к краю стены. Осторожно выглянул – пока вроде тихо. Достал бинокль, осмотрел дорогу впереди – все чисто, путь свободен. Перевел взгляд вправо. Повел окулярами вдоль тупика. Вот и строения, такой же забор из бетонных плит, закрытые ворота, а перед ними… Мать честная! Грузовики – фургон, две тентованные «газели» – и группа вооруженных людей, прячущихся за машинами.

В следующее мгновение вспыхнула перестрелка. Хлопали пистолетные выстрелы, трещали ружья, а вслед замолотили автоматы, перекрывая все грохотом очередей. И почти один за другим два взрыва – ага, гранаты кинули, кто-то из наступавших; и, судя по небольшому грохоту, то были осколочные противопехотные РГД-5.

Валера скрипнул зубами: ебать-колотить! Только этого им еще не хватало – нарваться на какие-то местные разборки… Он махнул своим: затаиться, ничего не предпринимать, ждать указаний. Сам припал к биноклю.

О ты как! Передний фургон взревел, понесся вперед и снес к такой-то матери ворота. Штурмовавшие ворвались следом. Судя по характерным звукам, стреляли из «калашниковых» и автоматов Никонова. Откуда у них «Абаканы»? – успел удивиться Подольский, и тут все разом стихло.

Интересно – кто кого урыл? Хотя чего тут гадать, и так все ясно – уж больно прыткие ребята эти автоматчики. Скорее всего ментура или спецназ. При любом раскладе они представляют собой серьезную угрозу. Оставлять их за спиной никак нельзя. Он ползком вернулся к своей группе.

– В общем, так, мужики, – вполголоса обратился командир к заметно посуровевшим бойцам. – Какие-то крутые ребята наехали на складских и положили там всех. Их человек шесть-семь. Придется пощипать этих крутых.

– Будем гасить? – переспросил Штепа.

– Возможно, – тряхнул головой капитан. – Посмотрим по обстановке. Обложим их, возьмем на прицел и предложим сдаться добровольно. Если не будут рыпаться, разойдемся полюбовно. А то и предложим к нам, на зону…

– А если загоношатся? – переспросил кто-то из бойцов.