Рой - Всеволод Глуховцев

– Ну, а то! – откликнулся Михаил, а Меркурьев закивал понимающе – он, журналист, отлично знал, что это такое…

…После войны их город, прежде небольшой областной центр, каких десятки, стал дико расти: немного севернее, близ поселка Чернореченска, началось строительство сразу нескольких крупных заводов, нефтехимических и авиационных. Ну, а главной рабочей силой, по обычаю тех времен, стали пленные немцы да японцы… и, конечно, зэки, которых в изобилии свозили со всех ближних и дальних краев нашей огромной страны. И рядом со стройплощадками выросли зоны: ряды бараков, обнесенные заборами с колючей проволокой, караульными вышками, собачьими блокпостами. Не мудрствуя лукаво, эти зоны обозначили по номерам: Первый лагерь, Второй… так до Восьмого. Заводы строились, жизнь шла, пленные постепенно возвращались на родину, эшелоны везли новых з/к, старые освобождались… В разоренной войной стране многим из них ехать было просто некуда, и они оседали здесь же, в Чернореченске, усугубляя показатели милицейских отчетов. Потом грянула как снег на голову бериевская амнистия, потом Двадцатый съезд – и все лагеря ликвидировали, то есть снесли заборы, вышки; бараки же остались. Их разделили на комнатки, и еще несколько лет в них жили как прежние узники, так и вновь подселенные… Наконец снесли и бараки, вместо них построили двух трехэтажные дома, где суждено было десятки лет жить бывшим зэкам, их детям, внукам и прочему нереспектабельному люду. Улицы здесь получили какие-то названия, однако районы теперь уже одного большого города по старинке называли Лагерями – от Первого до Восьмого. Для управления МВД они продолжали оставаться головной болью, из года в год производя новые поколения мелкой гопоты, дающей самый большой процент преступлений – и уж, конечно, не каких-нибудь, там, «ограблений века», а дрянной, бессмысленной «хулиганки»…

В результате не очень долгой перебранки Зверева с «братвой» стал ясен весь расклад.

Банда юной шпаны из Пятого лагеря, когда в городе начался разброд, а вслед за тем неразбериха, неожиданно смекнула, что вот оно, пришло их время! Жить дикой, вольной жизнью, без закона, без страха перед ментами, как воистину разбойники – что может быть лучше!.. И они ухитрились разгромить оружейный магазин на Весенней улице, захватили все ружья и «травматику», которая там была, после чего нагрянули на хладокомбинат – вот он, по соседству с мебельной фабрикой…

«Ишь ты, – усмехнулся про себя Алексей, – дебилы дебилами, а какие-никакие мозги есть!» В самом деле, хладокомбинат – пока еще целые запасы продуктов… Правда, что будет, когда все это начнет тухнуть? На эту мысль мозгов уже не хватило.

Впрочем, и так оказалось, что жить на хладокомбинате чертовски неудобно, и орава перебралась на мебельную, где расселилась удалой пиратской вольницей – самое то!

Быстрый ум Алексея тут же уловил в этой истории подозрительные непонятки. Ясно стало, что придурки не имеют ни малейшего понятия о фуллеренах, нановитах и тому подобном, вообще не въехали в суть беды – следовательно, никакой техники безопасности не соблюдают… Это подтвердилось и в ходе переговоров: тот, кто орал из-за забора, видимо главарь, заинтересовался противогазами экспедиции:

– …Слышь, а че это вы эти сумки с гондонами на поясе носите?..

– Так, на всякий случай, – схитрил Зверев и подмигнул соратникам: – Мало ли что!

Меркурьев тихо сказал:

– Слушай, неужто их стороной обнесло? Никто ничего не подцепил?..

– Самому странно, – так же вполголоса отозвался Михаил. – Черт знает, может, у дураков на эти вирусы иммунитет какой…

– Эволюция нуждается в дураках? – Алексей улыбнулся.

– Ну, а кто ж знает! Расходный материал… Ладно, хрен с ним, дело надо делать.

– Эй, тараканы! – закричал он в сторону забора. – Что, будем дипотношения устанавливать?

Тут вновь потекла словесная грязь, но более конструктивная: лагерные кое-что сообразили… Они принялись торговаться с Михаилом, а Меркурьев вдруг задумался еще об одной странности.

По всему выходило, что в банде с Пятого лагеря одни пацаны – лет от шестнадцати до девятнадцати. И как же они без девок?.. Алексей не мог представить, чтобы такие типы обходились без секса – животные, они и есть животные… Странно. Может, набеги куда-то делают? Но давно бы тогда стали жертвами нановитов! Нет, что-то здесь не то…

Зверев продолжал торговаться. Думая о своем, Алексей краем уха услышал, что речь уже пошла об оружии и патронах: Михаил зачем-то принялся сулить отморозкам златые горы.

– Ладно, щас мы эту тему перетрем! – крикнули из-за ограды.

– Зачем ты это понес? – поморщился Алексей.

Михаил, похоже, и сам не знал, но отмахнулся:

– Разберемся! Главное – туда попасть, посмотреть, что там и как…

Павел и здесь не утерпел, встрял:

– А может, штурмом взять?! Ворота протаранить и…

– И брательнику твоему трупняк подарить, – перебил его Зверев. – Твой трупняк… Пусть чучело на память сделает.

Костя глупо хохотнул, прочие усмехнулись. Павел тоже засмеялся, хотел что-то добавить, но в этот момент совещание гопников закончилось. Вихрастая голова вновь возникла над бетонной кромкой:

– Слышь! Ладно, давайте сядем, побазарим конкретно. Машины там оставьте, а сами сюда топайте.

– Зачем оставлять-то? – удивился Зверев. – Что, нельзя на территорию заехать?

– Ну, ваше дело! Хотите – заезжайте. Ну?

Михаил повернулся к своим бойцам:

– Что скажете?

И Алексей с невероятной ясностью понял, что сейчас будет. То есть – может быть.

3

Это было не просто понимание: ход мыслей и вывод; и не картинка, создаваемая воображением. Нет! Это было так, что Алексей не смог бы ничего объяснить. И не надо! Главное – его озарило, и эта штука сильнее всякой мысли, всяких представлений… и это здорово!

Но восторгаться некогда.

– Стой. – Алексей схватил Зверева за локоть.

Тот даже вздрогнул:

– Что?!

– Это ловушка, – твердо сказал Алексей.

Михаил смотрел на него и не очень понимал, в чем ловушка. Но он отлично помнил, что там, на складе ГСМ, Меркурьев тоже предугадал засаду – и оказался прав.

– Сейчас идем! – крикнул Зверев лагерным, а Алексею и притихшим своим вполголоса: – Точнее объяснись.

И тот объяснился.

Он совершенно ясно постиг, что банда хочет заманить их в засаду. «Машины можете оставить…» – а когда экспедиция подошла бы к воротам, внезапно и с выгодных позиций расстреляли бы всех, а машины взяли целехонькими… Когда же это не прокатило, в ход пошел запасной вариант: завести переговоры, сесть за стол, накормить гостей… подсыпав им крысиной отравы с хладокомбината – и это Алексею было яснее ясного.

– Точно?! – Зверев напрягся.