Самый трудный день - Александр Харников

В основном проблема заключалась в нехватке топлива, потери запасов которого были особенно велики, а также в нехватке продовольствия, поскольку с первого дня войны планировалось перейти на местные источники. Изначально генерал Гот планировал разжиться бензином у большевиков, захватив их склады и забитые эшелонами узловые станции, а едой – у литовских крестьян, скупая муку, масло и свиней за ничего не стоящие оккупационные марки. Но довольно быстро выяснилось, что запасов топлива, продовольствия и прочих так нужных наступающей армии запасов в приграничной зоне нет. Все было выметено и вычищено, как перед генеральной инспекцией, в силу чего приходилось экономить топливо, а солдатам вспомнить про то, что у них есть так называемый «железный паек».

И вот очередная остановка. Разведка установила, что в двенадцати километрах отсюда, прямо на запад вдоль железной и шоссейной дорог, в озерном дефиле у селения Симнас изготовилась к обороне крупная большевистская часть с артиллерией и броневиками, численностью не менее полка, но и не более дивизии. Самое скверное для немцев заключалось в том, что обойти эту позицию не представлялось никакой возможности, ибо единственный путь пролегал меж трех озер, а возможные обходные пути были блокированы топкими речушками, недоступными даже для гусеничной техники.

Попытка передового батальона 7-й танковой дивизии с ходу овладеть этой позицией привела к весьма чувствительным потерям, при полном отсутствии какого-либо успеха. Было очевидно, что наступление опять застопорилось, ибо прежде чем штурмовать боеспособную часть, укрепившуюся на выгодном рубеже, нужно сперва подтянуть на передовые позиции медленно шагающую усталую пехоту и то, что осталось у Гота от дивизионной артиллерии, по приказу командующего срочно переведенной на гужевую тягу. Потом следовало прощупать оборону большевиков с помощью разведгрупп и саперов, и уж потом навалиться на них всеми силами. И все это надо было сделать, находясь под непрерывным воздействием вражеской артиллерии и авиации, которые оказались на удивление опасными противниками.

Разорвавшийся неподалеку тяжелый снаряд заставил Гота спешно забраться обратно в броневик, удивляясь при этом – как большевикам удалось обнаружить присутствие штабной колонны, совершенно не наблюдая эту местность и не имея в воздухе самолета-корректировщика? Дальнобойности их новых корпусных орудий вполне должно было хватить, чтобы накрыть огнем это место с позиций у Симнаса. Вслед за первым, неподалеку от колонны разорвалось еще несколько снарядов, и по броне командирской машины забарабанили осколки и комья земли.

Не желая искушать судьбу, генерал Гот приказал водителям покинуть поселок и станцию и укрыться в небольшом лесочке, примерно в двух километрах на юго-запад. Второй день войны, как и первый, для 3-й танковой группы тоже оказался неудачным.

23 июня 1941 года, 16:30. Брест, позиции 6-й стрелковой дивизии РККА

Тележурналист и военный корреспондент телеканала «Россия» Александр Сладков

«ОНИ СРАЖАЛИСЬ ЗА РОДИНУ»

Репортаж, который перевернул мир

Играет мелодия «Священной войны», и на фоне накрытых маскировочной сетью окопов и блиндажей, под аккомпанемент отдаленной артиллерийской канонады и стрельбы из ручного оружия появляется тележурналист и военный корреспондент телеканала «Россия» Александр Сладков. Он говорит:

– Сегодня мы ведем свой репортаж из Бреста сорок первого года. Да-да, я не ошибся, это именно Брест и именно сорок первый год. Так уж вышло, что разрабатывая оружие на новых физических принципах, наши ученые смогли совершить прорыв в науке, в результате которого внуки смогли встать плечом к плечу со своими дедами на самой страшной войне в нашей истории. Но это немного не та Великая Отечественная, о которой мы читали в учебниках истории. Идет второй день войны, но за исключением отдельных вклинений на советскую территорию, там, где это было предусмотрено совместным командованием, немцы не сумели добиться заметных успехов. Особенно это заметно здесь, в Бресте, как волноломом стоящем перед немецкими бронетанковыми полчищами, которыми командует сам Гудериан.

Сейчас мы находимся на полевом командном пункте знаменитой 6-й стрелковой дивизии, как и в тот раз первой встретившей на границе вражеское вторжение. Именно тут, под Брестом, рядом с бойцами РККА второй день держат оборону против гитлеровских захватчиков наши мотострелки, танкисты, артиллеристы и зенитчики.

Два дня раз за разом немецкие солдаты пытаются форсировать Западный Буг, и каждый раз совместные усилия предков и их потомков срывают эти попытки с большими потерями для врага. На этом рубеже они стоят плечом к плечу, и враг каждый раз откатывается, в очередной раз испытав на прочность Брестскую твердыню.

В нашем прошлом только три процента из тех, кто встретил войну на границе, дожили до Победы. Теперь выживших в этих приграничных боях будет больше, да и сама Победа придет к нашим предкам гораздо быстрее. Ну, а мы всего лишь возвращаем им, поколению наших дедов и прадедов, выстоявших и победивших в тяжелейшей войне, свой неоплатный долг.

Дующий с запада ветерок приносит на позиции наших солдат удушливый запах тления. На том, на немецком берегу разлагаются тысячи тел тех, кто еще вчера утром собирался перейти пограничную реку для того, чтобы захватить нашу землю, убить ее защитников, а тех, что выживут, превратить в рабов. Теперь их трупы гниют там, на прибрежных отмелях и пляжах, в зарослях камыша и кустарника, в стальных коробках сгоревших танков и бронетранспортеров.

22 июня в четыре часа утра, когда вермахт готовился вторгнуться на нашу землю, эти белокурые бестии, сверхчеловеки, представители расы господ, попав под огневой шквал контрартподготовки, на своей шкуре познали смысл слов великого русского полководца Александра Невского: «Кто с мечом к нам придет, тот от меча и погибнет». Другие их сообщники пока еще живы и готовы сражаться. Но и они скоро умрут. Все эти, одетые в серую форму звери в человеческом облике уже обречены, и нет им другого способа спасти свою жизнь, иначе как поднять руки вверх и сдаться.

Здесь не было внезапного нападения на спящие гарнизоны, паники, растерянности и хаоса. Здесь врага встретили, находясь в полной боевой готовности и во всеоружии. С первых же минут войны ему были нанесены огромные потери. На рассвете 22 июня советские соколы встретили в воздухе асов Геринга и задали им такую трепку, что вопрос, кто в небе хозяин, отпал сам собой. Вот и сейчас, где-то далеко в вышине проходит на запад сомкнутый строй краснозвездных бомбардировщиков, а немецких самолетов с крестами и свастиками в воздухе не видно. Истребители, пикировщики и штурмовики сгорели на приграничных аэродромах, накрытые залпами РСЗО, бомбардировщики же, лишенные истребительного прикрытия, понесли тяжелейшие потери в воздушных боях над границей, и теперь больше не осмеливаются совершать дневные налеты на советскую территорию. Совсем недалеко от того места, где мы сейчас находимся, как память о тех ожесточенных боях, вон там, видите, лежит обгоревший остов бомбардировщика «Хейнкель-111», нашедшего свой конец в нашем небе тем ранним летним утром.