Самый трудный день - Александр Харников

22 июня 1941 года, 23:10. 10 км севернее Бреста, аэродром подскока 188-го (женского) ночного легкобомбардировочного авиаполка

Как писал неизвестный поэт, «тихо в лесу, только не спит…». Впрочем, в эту ночь не спал почти никто. Ни немцы, которые понесли большие потери, когда поперли на рожон, ни советские бойцы и командиры, возбужденные горячкой первого дня войны.

Но были люди, для которых не спать ночью было положено по службе. Ночные легкобомбардировочные авиаполки, вооруженные самолетами У-2 в этой реальности, в ВВС РККА начали формировать в октябре 1940 года, за год до того, как это случилось в прошлом потомков. Для того чтобы укомплектовать матчастью ночные авиаполки, советские заводы, ранее выпускавшие связную и учебные версии самолета У-2, перешли на выпуск машин в модернизированной комплектации «улучшенный ночной штурмовик и бомбардировщик». Вместо перкаля в конструкции применялся кевлар, вместо деревянного шпона – превосходящий его по прочности и значительно более легкий композитный материал, а топливный бак получил противопожарную защиту за счет использования выхлопа двигателя. Путем несложной модернизации двигателя М-11 до уровня М-11ФР, устанавливавшегося на учебные самолеты Як-18, его мощность довели до 160 лошадиных сил. Сэкономленный вес и дополнительная мощность двигателя были использованы для увеличения полезной нагрузки. Модернизированный У-2 мог нести до двухсот килограммов бомб или шесть реактивных снарядов РС-132 с косо поставленным оперением. Выкрашенные в матово-черный цвет, У-2 были невидимы на фоне ночного неба.

После выволочки, которую Сталин устроил наркому авиационной промышленности Шахурину, на советских заводах было развернуто серийное производство автожиров А-7 в бомбоштурмовом варианте, конструкции молодого инженера Камова. Развернулась бурная деятельность, какая обычно бывает в России после того, как высокое начальство получит «фитиль». И к 22 июня 1941 года в войсках на западной границе находилось уже более пятисот таких машин, вооруженных двумя пулеметами винтовочного калибра и способных нести до четырехсот килограммов бомб или до восьми реактивных снарядов РС-132.

Автожир обладал несколько меньшей дальностью полета, чем У-2, но зато более высокой максимальной скоростью, вдвое большей бомбовой нагрузкой, и требовал небольшие взлетно-посадочные полосы. Иногда, при сильном встречном ветре, он мог садиться и взлетать практически вертикально, почти как вертолет.

У самолета У-2 перед автожиром было лишь одно преимущество – простота управления и конструкция, снисходительно относящаяся к ошибкам пилота. Например, его было почти невозможно ввести в штопор. Если летчик вдруг бросит ручку управления и сектор газа, то самолет сам спланирует до земли и совершит посадку, лишь бы поверхность оказалась минимально приемлемой для посадки и ровной. Таким образом, любой выпускник аэроклуба при минимальной подготовке к ночным полетам и бомбоштурмовым ударам мог стать пилотом боевого У-2. А такого контингента в предвоенном СССР усилиями нескольких десятков аэроклубов ОСОАВИАХИМа было много. Движение «Комсомолец – на самолет» было массовым, и казалось, что вся страна готова подняться на крыло.

Сбить У-2 немецким истребителям было не так-то просто, потому что его максимальная скорость была меньше скорости сваливания в штопор для Ме-109. Да и сами «эксперты» люфтваффе весьма неуютно чувствуют себя на предельно малых высотах, на которых обычно летают У-2. Стоило им только на мгновение зевнуть – и здравствуй, дерево или земля.

Но в этот раз на Западном фронте такого экстрима не намечалось – к ночи почти все «мессера» 2-го Воздушного флота уже догорели, кто на своем аэродроме, а кто – сбитый советскими истребителями и зенитчиками. Да и ночных истребителей к началу войны у немцев было мало, и все они были сосредоточены в составе авиакорпуса ПВО, отражающего ночные налеты на территорию Германии. Таким образом, угрозу советским легким ночным бомбардировщикам представляла только многочисленная малокалиберная зенитная артиллерия. «Флаки» калибра 20-мм на низких высотах действовали весьма эффективно.

При наборе личного состава для новых ночных легкобомбардировочных полков, Герой Советского Союза полковник Валентина Гризодубова, как и в прошлой реальности, предложила создать несколько женских эскадрилий и авиаполков. Первоначально предполагалось, что таких авиаполков будет сформировано три. Один – истребительный, на Як-1, второй – бомбардировочный, на Пе-2, и третий – ночной легкобомбардировочный на У-2. Но поскольку в прошлом варианте истории не подтвердилась эффективность женских истребительного и бомбардировочного авиаполков, то вместо них сформировали ночную легкобомбардировочную женскую авиадивизию трехполкового состава, оснащенную модернизированными У-2. Советское командование направило ее на поддержку действий 4-й армии в район Бреста. Командовать дивизией назначили все ту же Валентину Гризодубову. Умеешь выступить с инициативой – умей ее воплотить в жизнь. «Есть мнение», – сказал Верховный, и вопрос был решен сразу и однозначно.