На туманном Альбионе - Геннадий Марченко

Следующий месяц был насыщен событиями. В преддверии старта футбольного сезона в Daily Mail вышло большое превью за подписью спортивного обозревателя Десмонда Хакетта, где моей персоне уделялся целый абзац.

«Этот русский, не успев надеть футболку „Челси”, покорил болельщиков „синих” своей игрой. Мало кто из защитников команды соперников мог противостоять ему на равных. Обычно Maltseff оставлял их с носом в каждой встрече, при этом редко покидая поле без забитого мяча. А его финты вызвали восхищение не только у болельщиков, но и у специалистов. Вот что сказал об игре лучшего футболиста „Челси” наставник „манкунианцев” Мэтт Басби:

„Такое впечатление, будто этот русский не человек, а машина. Он не знает усталости, у него феноменальная скорость, при этом он отлично технически оснащён. Грустно было видеть, как он попросту издевается над нашей обороной. Если бы проводилось голосование за лучшего игрока минувшего сезона, я без сомнений отдал бы свой голос за Maltseff”».

Обозреватель выражал надежду, что я продолжу удивлять и радовать поклонников «Челси», не иначе и сам болел за «синих», внешне проявляя нейтралитет.

Я сохранил этот номер Daily Mail. Ну а что, захвачу при случае в Союз, буду показывать родне, знакомым. Тщеславие – вещь заразная, раз подцепил – хрен отвяжется.

Между тем наш «живой альбом» успел завоевать массу поклонников. Уже после первой недели продаж на виниле он принялся штурмовать английские и американские чарты, да и отдельные синглы с него то и дело всплывали в рейтингах, о чём я узнавал не только из газет, теле- и радиопередач, но и со слов Эндрю, державшего нос по ветру. Такое чувство, что он решил малость подзабить на своих прежних подопечных и сосредоточиться на моём коллективе. Напрямую, конечно, об этом я у него не спрашивал, но подозревал, что Роллинги пашут уже больше на автопилоте, а вот за S&H он принялся вплотную.

И не без его участия был пробит дополнительный выпуск пластинки нашего живого выступления в клубе The Marquee, на этот раз 200-тысячным тиражом, за который нам по итогам года грозил статусный «Золотой диск». И тоже вроде бы отлично расходился. А наши кошельки, соответственно, довольно прилично располнели, хотя мой побольше, чем у других музыкантов группы, учитывая специфику контракта. Впрочем, они были не в обиде, ещё полгода назад ребята и мечтать не могли о таких приработках. Вон, Гризли уже задумывается, не свалить ли ему из мясников, раз на барабанах нехило получается.

Появились у меня и персональные поклонники, прямо как раньше в Москве. Вычислили мой адрес и целыми днями тёрлись у подъезда. Причём в основном музыкальные, хотя была парочка и футбольных фанатов, державшихся обособленно. С виду все они выглядели безобидно, но клубное руководство, узнав об этом явлении, собралось выделить мне своего рода охранника – громилу, сочетавшего обязанности секьюрити и личного водителя.

Я своей свободой дорожил, включая свободу передвижения, а потому заявил, что уж лучше сам как-нибудь. Тогда Скотленд-Ярд – не иначе опять же по просьбе клубных боссов – выделил констебля, который с утра до вечера дежурил возле моей парадной. Он отгонял особо назойливых поклонников угрозами вызвать «автозак» и сдать их в участок. Констебли менялись пару раз в день, простаивая возле моего дома с 8 утра до 8 вечера. Мол, нормальные люди за это время успевают и на работу сходить, и домой вернуться. Тем более что после 8 вечера у моего подъезда дежурили только самые стойкие поклонники в количестве одного-двух человек. Да и не возле подъезда на самом деле, а на углу дома или через дорогу, потому что ближе их не подпускал констебль.

Зато никто не запрещал моим фанатам писать мне письма. Мой почтовый ящик был битком забит корреспонденцией с признаниями в любви. Причём пара писем была от парней, и я их брезгливо отправил в мусорное ведро. Иногда ради смеха или когда было нечего делать почитывал эти опусы… Да-а, не так уж и сильно различаются советские и английские любители сотворить себе кумира.

Но были и необычные послания, помимо тех двух писем от гомосеков мне запомнилось одно:

«Джордж, любимый, я не могу жить без тебя! Каждый день думаю о тебе, представляю, как твои руки ласкают меня, твои губы соприкасаются с моими…» Ну и прочая чушь в том же роде, с подписью «Твоя Маргарет!».

Вроде бы стандартное письмо, но меня несколько смутила вложенная в конверт фотография, на которой была изображена довольно симпатичная девушка лет семнадцати… в инвалидном кресле.

Ёрш твою медь, мне реально стало её жалко. В итоге написал ответное письмо, в котором объяснил, что её предложение неосуществимо, поскольку на родине у меня осталась беременная невеста и до Рождества мы с ней распишемся. Но предложил остаться нам с Маргарет хорошими друзьями, вложив напоследок своё фото с первого и пока единственного концерта группы S&H.

После этого она регулярно писала мне, минимум раз в неделю, но уже не предлагая слиться в экстазе, а просто поддерживая переписку, что, похоже, доставляло ей своего рода удовольствие. Ну а что, не всякая английская девушка может похвастаться личным знакомством, пусть даже по переписке, с лучшим футболистом лиги и восходящей рок-звездой.

Что касается первого клубного собрания, то я на него опоздал. Президент «Челси» и одновременно председатель английской Федерации футбола Джо Мирс, редко баловавший игроков своим вниманием, изложил свои пожелания буквально одной фразой, предложив повторить достижение «Тоттенхэм Хотспур» в сезоне 1960/61, когда земляки выиграли и чемпионат, и кубок Англии. Всё это мне поведал наш клубный секретарь Джон Баттерсби – первый, кого я встретил, прибыв на базу. От него я узнал и другие новости. В команде появился новый голкипер – Джим Баррон, невероятно широкий в плечах двадцатидвухлетний парень, приобретённый в «Ньюкасле» за символические 5 тысяч фунтов. Кроме того, команда без меня совершила трёхнедельное турне по Германии и Швеции для игр с крепкими середняками Бундеслиги и Аллсвенскан, такими как «Штутгарт», «Гамбург», «Гетеборг», и первой сборной западных немцев.

Со «Штутгартом» сыграли ничейку 1:1, а против «Гамбурга», ведомого Уве «Неистовым» Зеелером, «синие» выдали показательный спектакль, закончившийся голами Берта Мюррея и Джима МакКаллиога. Зеелер, дважды «Футболист года» в Германии с тридцатью мячами за сезон, так и не сумел переиграть оборону «Челси». Дважды проиграв «Гетеборгу» и повергнув более слабые клубы, «Челси» схлестнулся с первой командой бундесов, где уже Зеелер показал себя во всей красе. Несмотря на явное неравенство сил, матч закончился не очень обидным для англичан поражением – 2:3.

Произошли перестановки и в тренерском штабе. Помощник Дохерти Дейв Сесктон покинул команду, а на его место пришёл завершивший карьеру тридцатилетний игрок «Челси» Френк Бланстоун.