Последний день магии. Сердце никса - Ксения Левонесова

– Давным-давно хранители были нашими братьями, помощниками, друзьями, – заговорил старший. – Их не мог создать каждый, как сейчас, как нельзя было силой заставить хранителя служить. Все началось с двух братьев, сильных и храбрых. Они бродили по земле, сражали трехголовых тварей, саблезубых кошек и костяных людей.

– А что, такие существовали? – спросил Август. Костер вспыхнул, на Летова недовольно зашипели меркийцы. Девушка, сидящая рядом, прошептала:

– Услышь!

«Наверное, тут не принято говорить во время легенды. Прям как в кинотеатре», – решил Август, и старший продолжил:

– Тысячи лет назад землю населяли монстры, но храбрые люди смогли их побороть. На земле не осталось чудовищ, опасных для магов, кроме единственного. Два брата решили убить последнего дракона, самого сильного, бессмертного. Все люди, которых спасли братья, хотели им помочь и подарили браслеты, вобравшие в себя всю мощь человечества. На каждом браслете был знак – они добровольно отдавали магию, – Старший начертил на снегу знак, и Август узнал его: точно такой же был на передатчике, с помощью которого он отдавал Вэлу энергию из своего мира. Меркиец продолжил: – Братья отправились в пещеру, где ничего не видно. Они шли по темному проходу, слушая только дыхание заблудшего ветра и чувствуя далекий жар от дыхания дракона.

Костер потускнел, почти потух, словно кто-то решил приглушить его магией. Теперь Август видел только очертания людей – желтые от света носы, изрисованные лбы, яркие губы, словно пятна в темноте. Рик так сильно сжал маленькие пальчики на плече Августа, что тот почувствовал их даже сквозь куртку.

– Старший шел впереди, грудью встречая неизвестность. Младший прикрывал спину. Колдовство, в котором они оба были искусны, не работало. Однако братья не хотели отступать и подводить людей, которые в них верили. Когда они дошли до дракона, тот выпустил струю пламени вверх, опалив старшему брату глаза.

– Август, давай уйдем, – зашептал на ухо Рик.

Летов взял в руки шумного никса и обнял его, закрывая рот рукавом куртки. Рик замолчал, вжавшись в Августа.

– Младший выскочил вперед, – продолжил меркиец, – и оглушил дракона, истратив все свои силы и все силы людей. Дракон извергнул последнее пламя в потолок. Он вскочил на задние лапы, застыл и упал, оставив под собой младшего брата. Старший ослеп и потому не видел, что случилось. Он бродил вокруг тела дракона, звал брата, но ему отвечало только эхо. Он касался чешуи, думая, что это стена, но резал руку. Шел вперед, но спотыкался об крылья. Несколько дней он бродил вокруг мертвого дракона, наощупь ища брата.

Август прикрыл глаза, представляя, как можно жить, ничего не видя. Голос меркийца завораживал, проникал в сознание, оставляя картинку. Когда Август открыл глаза, он ничего не увидел. Костер исчез, людей вокруг не было. Голос меркийца эхом доносился из далеких пещер.

– Старший брат упал на ледяной камень, выбившись из сил, израненный и опустошенный. Он понял, что потерял самого родного человека и стал плакать обожженными глазами.

Август поморгал, не понимая, почему перестал видеть. Поднес руку к самому лицу, но не смог ее разглядеть.

– Тогда дух младшего, не в силах выдержать страдания брата, решил вернуться. До него никто еще не возвращался – граница между жизнью и смертью пускает лишь в одну сторону. Но младший оказался настолько силен, настолько стремился назад к брату, настолько готов был пожертвовать вечностью… что оказался навсегда в нашем мире.

Меркиец замолчал. Повисла тишина, разрезаемая далеким воем зимнего ветра.

– А что потом? – не выдержал Август. Темнота распалась, он вновь увидел перед собой яркий костер, услышал, как потрескивают в нем дрова.

– Граница между мирами истончилась, – вместо меркийца ответил Рик. Он по-прежнему сидел у Августа в руках и трясся всем телом, будто от холода. – Я будто знал эту историю! Знал, но позабыл. А сейчас вот – вспомнил. Кажется, ее знают все никсы. Настоящие, как я.

– У вас общая память, – кивнул меркиец. – Как и общая цель – служить хозяину. До последнего вздоха. Тебе повезло, Август. У тебя есть настоящий никс.

Летов опустил голову, рассматривая Рика.

«Если бы у меня»…