Уплыть за закат. Жизнь и любови Морин Джонсон. Мемуары одной беспутной леди - Роберт Хайнлайн

Рассказывая о женитьбе Бетти Лу и Нельсона, я упомянула о Панике 1907 года, но в то время я и понятия не имела о том, что она надвигается. И Брайан тоже, и Нельсон, и Бетти Лу. Но история в какой-то мере и в каком-то смысле повторяется, и то, что произошло в начале 1907 года, напомнило мне о том, что случилось в 1893-м.

После рождения Джорджа в день свадьбы Бетти Лу я, как обычно, некоторое время оставалась дома, но, как только почувствовала, что могу встать, оставила свой выводок на Бетти и отправилась в город. Я хотела ехать на трамвае, но не удивилась, когда Нельсон вызвался довезти меня на своем «рео». Я согласилась и закуталась поплотнее: «рео» слишком хорошо проветривался. Его прабабушкой, должно быть, была открытая двуколка.

Я собиралась снять деньги со своего счета. В 1899 году, когда мы поженились и переехали в Канзас-Сити, я перевела их из Первого государственного банка города Батлера (в славном городе Фивы банков не было) в Сберегательный банк Миссури. Отец помог мне открыть там счет, когда мы вернулись из Чикаго. Ко времени замужества у меня скопилось больше сотни долларов.

Сноска: если у меня было больше сотни долларов на счету, почему же я тогда подавала своей семье на ужин жареный маис? А потому, что я еще не сошла с ума. На американском Среднем Западе в 1906 году самым верным способом для жены духовно кастрировать своего мужа было дать ему понять, что он не способен прокормить семью. Я не нуждалась в докторе Фрейде, чтобы это узнать. Мужчины живы гордостью. Убей эту гордость, и они больше не смогут содержать жену и детей. Должно было пройти еще несколько лет, прежде чем мы с Брайаном научились быть абсолютно открытыми и непринужденными друг с другом. Брайан знал, что у меня есть счет, но никогда не спрашивал, сколько у меня там денег, а я готовила жареный маис или делала нечто подобное, когда приходила нужда, и даже не думала покупать деликатесы на свои деньги. Сбережения – это на черный день. Мы оба это знали. Если Брайан вдруг заболеет, если ему придется лечь в больницу, – вот тогда я и буду тратить свои накопления. Излишне было говорить об этом. Пока что нашим кормильцем был Брайан; я не вмешивалась в его обязанности, он не вмешивался в мои.

А как же выплаты Фонда, спросите вы? Разве они не ранили его гордость? Возможно, что так и было. Позволим себе заглянуть в будущее: в конечном счете каждый цент, который мы получили, «выбивая чеки», достался нашим же детям при их вступлении в брак. Брайан не говорил мне, что таковы его намерения, – в 1907 году говорить об этом было бы глупо.

К началу 1907 года сумма моих сбережений превысила триста долларов благодаря пятакам, пенни и строжайшей экономии. Теперь, когда я работала дома и не могла больше посещать занятия в центре, меня посетила идея перевести свой вклад в маленький банк по соседству, рядом с Южным почтамтом. Кто-то из нас четверых каждый день ходил вынимать почту из ящика и мог вносить в банк мои сбережения. А если бы понадобилось снять деньги, на почту отправилась бы я.

Нельсон поставил машину на Гранд-авеню, и мы прошлись до Уолнат, 920. Я показала свою книжку кассиру – ждать мне не пришлось, в банке было не много посетителей – и сказала, что хочу закрыть счет.

Кассир направил меня за перегородку к старшему клерку – некоему мистеру Смотерину. Нельсон оторвался от газеты, которую просматривал, и встал:

– Какие-то сложности?

– Не знаю. Кажется, они не хотят отдавать мне мои деньги. Пойдешь со мной?

– Ну конечно.

Мистер Смотерин вежливо поздоровался со мной, но поднял брови при виде Нельсона. Я представила их друг другу.

– Это мистер Нельсон Джонсон, мистер Смотерин. Деловой партнер моего мужа.

– Здравствуйте, мистер Джонсон. Садитесь, пожалуйста. Миссис Смит, мистер Уимпл сказал мне, что вы хотели меня видеть.

– Пожалуй. Я хотела закрыть свой счет, и он направил меня к вам.

Мистер Смотерин обнажил в улыбке вставные зубы:

– Нам всегда жаль терять старых друзей, миссис Смит. Вы недовольны нашим обслуживанием?

– Вовсе нет, сэр. Просто я хочу открыть счет в банке поближе к дому. Не слишком удобно все время ездить в центр, особенно в такую холодную погоду.

Он взял мою книжку, посмотрел адрес на обложке и сумму счета:

– Могу ли я спросить, куда вы желаете перевести свой счет, миссис Смит?

Я уже собралась ответить, но перехватила взгляд Нельсона. Он не то чтобы покачал головой – но я знала его жесты с давних пор.

– А почему вы спрашиваете, сэр?

– Защита клиентов – это часть профессиональных обязанностей банкира. Если вы желаете перевести счет – прекрасно! Но я хочу убедиться, что тот банк столь же надежен…

Во мне пробудились дикие животные инстинкты.

– Мистер Смотерин, я подробно обсудила все это со своим мужем, – (я этого не делала), – и больше ничей совет мне не нужен.

Он сложил пальцы домиком:

– Очень хорошо. Но, как вам известно, банк при закрытии сберегательного счета имеет право на трехнедельную отсрочку.

– Мистер Смотерин, я разговаривала именно с вами, когда открывала здесь счет. И вы сказали мне, что это правило – всего лишь формальность, предусмотренная положением о государственных банках, и лично заверили меня, что, как только мне понадобятся деньги, я их тут же получу.

– Разумеется, получите. Превратим три недели в три дня. Возвращайтесь домой, напишите нам заявление – и через три рабочих дня можете закрывать счет.

Нельсон встал и оперся руками о стол мистера Смотерина.

– Минутку, – громко возгласил он, – говорили вы миссис Смит или нет, что она может получить свои деньги сразу же как только захочет?

– Сядьте, мистер Джонсон. И не повышайте голоса. В конце концов, вы не наш клиент и не имеете права здесь находиться.

Нельсон не сел и не понизил голоса.

– Ответьте только – «да» или «нет».

– Я прикажу вас вывести.

– Попробуйте. Только попробуйте. Мой компаньон, мистер Смит, муж этой леди, попросил меня пойти с миссис Смит, – (ничего подобного), – поскольку слышал, что ваш банк несколько менее вежливо обращается…

– Клевета! Подсудная клевета!

– …Обращается с леди, чем с бизнесменами. Итак, намерены вы исполнить свое обещание прямо сейчас? Или будете ждать три дня?

Мистер Смотерин перестал улыбаться:

– Уимпл! Выпишите чек по счету миссис Смит.

Мы подождали, пока кассир выполнял распоряжение. Мистер Смотерин подписал чек и подал мне:

– Проверьте, пожалуйста, что все правильно. Проверьте по своей книжке.

Я подтвердила, что сумма верна.

– Очень хорошо. Возьмите этот чек и положите в свой новый банк на депозит. Деньги получите там, как только сумма очистится – скажем, дней через десять. – Он снова улыбнулся, но без всякого тепла.