Одиссея крейсера "Варяг". Чемульпо-Владивосток - Александр Чернов

Интенсивность подготовки не снижается. Судя по разговорам, в других отрядах происходит что-то подобное.

6 января

У всех офицеров сложилось мнение, что мы готовимся или к войне с Россией, или к масштабной демонстрации ей своих намерений. После анализа зарубежных газет другого повода для мобилизации мы не видим.

11 января

Команда чутко отреагировала на изменение тональности токийских газет в отношении русских – у всех на устах слово «война». У некоторых нижних чинов – с интонацией осуждения.

15 января

Офицеры получили инструкции о необходимости довести до команды, что божественный микадо не хочет войны, но надеется, что если русские не оставят ему другого выхода, то каждый японец с честью выполнит свой долг.

16 января

С нашего отряда списали пять нижних чинов как потенциально неблагонадёжных. Из них ни одного моего подчинённого.

6 февраля

Вышли всем отрядом в сторону Кореи.

7 февраля (25 января по юлианскому стилю)

Отряды соединились у берегов Кореи. Теперь с нами ещё и транспорты, и миноносцы. Значит, война – для простой демонстрации вряд ли стали бы гонять наполненные войсками транспорты и нежные миноносцы. Задержаны русские пароходы «Россия» и «Аргунь». «Такачихо» пролил первую кровь, умудрились протаранить кита. Доброе предзнаменование.

«Асама» с отрядом крейсеров повел транспорты с армейским десантом, назначенным для занятия Сеула, в Чемульпо.

8 февраля

Под вечер расстались с миноносцами. Мы все молимся за их успех.

9 февраля

Утром вернулись миноносцы, радостные доклады не портят даже сообщения о потерях. Как только развеялась утренняя дымка, объединённый флот пошёл добивать русских. На рейде Порт-Артура хаос, но нас уже ждут – огонь открыли как корабли, так и береговые батареи. Эти «сыны…»^[57] не смогли потопить ни одного русского корабля. Воевать же одновременно со всей артурской эскадрой и береговыми батареями^[58] адмирал не решился. Видимо, война затянется.

Вечером получили радиограмму из Чемульпо. Адмирал обеспокоен, хотя из-за качества связи всех подробностей не знает даже он сам.

10 февраля

Через два часа после рассвета пришли на рейд Чемульпо. Страшная картина погибших кораблей. Порт как умер – все боятся мин. Ещё печальнее, что «Варяг» ушёл. Пусть даже и избитый (малые крейсера в Чемульпо не запятнали свою честь), он всё равно опасен для войсковых перевозок. Через пять минут после получения докладов адмирал отправил полным ходом^[59] броненосные крейсера по направлениям в Артур («Ивате» и «Идзумо»), Вэй Хай («Адзума»), Циндао («Токива») и Фузан («Якумо») с приказом поймать и уничтожить русский крейсер, а если не получится, то хотя бы добиться интернирования.

Телеграммами в Фузан и Токио запретили перевозку войск до уточнения ситуации с «Варягом». После полудня корабли первого и третьего боевых отрядов широким строем фронта с миноносцами в промежутках, охватывая полосу до тридцати миль, отправились вдоль корейского побережья на юг.

Четвёртый отряд оставлен в Чемульпо. Мы отдали им все те немногие шлюпки и катера, что были при нас. Помимо охраны рейда и латания пробоин они будут заниматься разгрузкой уцелевших транспортов, поиском мин и постановкой вешек на фарватере. Чтобы быстрее провести разминирование, им приказано использовать имеющиеся под рукой миноносцы: начальник штаба, капитан первого ранга Симамура высказал мысль, что мощности машин на катерах может не хватить для надежного захвата мин.

К вечеру получили телеграммой извещение о выходе в море накануне 4-х русских крейсеров из Владивостока. Напряжение в штабе очень высоко, поскольку 2-я эскадра находится в состоянии, исключающем их перехват.

Мнения на совете разделились. Но адмирал принял решение не возвращать броненосные крейсера из поиска «Варяга». Пришлось дать приказ о временном задержании в портах севернее широты Мозампо всех коммерческих судов. Понятно, что в полном объеме его выполнить не удастся.

Поскольку график высадки сорван по нашей вине, а армия понесла потери еще до высадки, генералы неизбежно потребуют от флота решать проблему с доставкой дополнительных войск. Поскольку пароходы для этого придется собирать недели две, командующий принял решение подключить к транспортным перевозкам наши шесть вспомогательных крейсеров. Более того, отдан приказ готовиться к возможной перевозке пехоты 5-му и 6-му боевым отрядам. Флоту приходится забыть о своей гордости.

Отчёт императору о событиях в Чемульпо адмирал направил за собственной подписью – контр-адмирал Уриу погиб, не найдено даже его тело. И наш командующий решил принять этот позор на себя.

11 февраля

За вечер и ночь собрали вдоль корейского побережья восемь транспортов. Утром миноносцы пополнили запасы угля с кораблей первого отряда, а третий отправился конвоировать транспорты в Чемульпо. Хотя толку от них сейчас там – чуть. Ведь придётся разгружаться с помощью шлюпок, а их на «купцах» и без того впритык. Еще 4 миноносца отправили к 4-му отряду помогать в тралении.

12 февраля

В Фузане получили телеграммы из Вэйхая и Циндао – «Варяга» нет. Поездом из Сеула доставили издающуюся там для обитателей американской концессии газету «Korea Post». В обычные дни это листок с тиражом в пару сотен экземпляров – больше читателей у него нет. Но в этот раз, вместо обычной перепечатки телеграфных новостей, они издали специальный выпуск о событиях в Чемульпо тиражом в полторы тысячи штук – даже на крови янки готовы делать деньги! Теперь, после живописаний «подвигов» Уриу, «потопившего транспорт в нейтральном порту», любой англоязычный человек в Корее будет настороженно смотреть на японские военные корабли.

Пополняемся углём. Адмирал наутро намерен организовать эскортирование войсковых транспортов до Фузана под прикрытием броненосцев.