ГоТМ. Книга 2 - Денис Росс

Тупые аборигены, в необходимости утихомирить здоровяка, принялись лупить того копьями, но после нескольких сильных ударов, в глубоком удивлении, переводя взгляд электронных глаз, таращились, то на здоровяка, то на соплеменников, то на треснувшие, как хрупкая соломка, копья.

Неожиданно, дальше по тропе, возникли резкие пронзительные звуки с присвистом, не похожие на пение птиц или перекликивание животных. Аборигены мгновенно расслабились, живо загалдели, как стая гусей, не заботясь более о тишине и осторожности. Один засвиристел в ответ, что-то заорал передним на своем языке, оттуда донеслось мирно и согласно, и цепочка свободно, без опаски вновь двинулась в путь.

Через десять-пятнадцать минут ходьбы, пленные наконец достигли пункта своей конечной цели. Сквозь лианы, заросли травы и ветви последних деревьев их взору предстала окруженная пробитым кое-где, хлипким частоколом небольшая деревенька в семь-восемь шатких на вид деревянных лачуг, покрытых снопами. Широкие деревянные ворота распахнулись настежь, сперва впуская пепельно-серых «мастодонтов».

Навстречу пленникам выбежало скудное население деревушки, в основном это были взрослые мужчины и женщины. Неожиданно перед удивленным Хродгейром возник худенький мальчик лет семи. Такой же темнокожий, как и все население деревушки, с большой в затылке головой, покрытой черными, курчавыми волосами, прикрытый лишь набедренной тряпицей. Смешно подняв голову, глядя немигающим взглядом здоровяку в глаза, он заговорил:

– В нашем лесу поселился Демагорг. Он нападает на нашу деревню, когда голоден. Он уносит в своих длинных зубах детей и больше их никто не находит.

Договорив, мальчик тут же сорвался с места и скрылся среди людей, а те, в свою очередь принялись осыпать их экзотическими разноцветными лепестками неизвестных цветов, произнося неизвестные слова по отношению к пленным. Грубо подталкивая сзади, их повели в центре деревни, к двум одиноко стоящим клетками, как те, в которых им пришлось ночевать прошлой ночью. Их напоили водой, а после закрыли в одной из клеток.

К вечеру в деревне началось небольшое соревнование и празднество. Аборигены разожгли несколько костров на местах кострищ, огороженных камнями и принялись жарить животных, до боли в желудке, напоминающих молодых кабанчиков. Собравшиеся в центре жильцы соревновались друг с другом в метании копья. На расстоянии в двадцать или чуть больше шагов располагалось чучело с жирной белой точкой в области груди в которую нужно было попасть. Тому, кто попадал в цель, аплодировали и рукоплескали, а старейшина выдавал небольшие призы в виде корки хлеба, фрукта или вырезанной из дерева фигурки охотника, тех же кто косил, освистывали и ругали.

И лишь к этому времени о пленниках вспомнили. У клетки возник тот же мальчонка, что встретил их у ворот и громко, безэмоционально затараторил:

– Вы можете поучаствовать в меткости. Кинуть копье точно в цель с расстояния в девятнадцать шагов – корка хлеба или папайя. С двадцати пяти – тушка грызуна и несколько фруктов на выбор. Потягаться с нашим лучшим мастером – вознаграждение на ваш выбор.

– О! Вот это я понимаю! – оживился здоровяк, поднимаясь с подстилки. – Это как раз по мне. Ну сейчас я этому мастеру нос-то утру! Надеюсь, вы, парни не против, что я вперед рвусь вне очереди? Отлично! Я вызываюсь участвовать!

Мальчик подошел к часовому, пропищал что-то на дикарском и почесывая ручонку, засеменил в сторону старейшины. Хродгейра выпустили, предварительно освободив от связывающей всех троих толстенной веревки, но тут же обвязали вокруг талии и лодыжек веревками потоньше и подали концы воинам, стоящим по разные стороны от здоровяка.

– Ну все предусмотрели, гребанные программеры! – в негодовании сплюнул в землю Хродгейр. – Ни одного бага! Ну и хер с вами, зато нажремся щас под завязку! Это я вам обещаю!

Здоровяку выдали копье, оно тут же пронзило белую точку на чучеле. По толпе пробежался рокот одобрения. Одна из молодых женщин поднесла ему корку хлеба в одной руке и янтарную папайю в другой. Хродгейр улыбнулся во всю ширь своей морды, напоминая осклабившегося волка, выхватил фрукт своей лапищей из тоненькой ручки девушки и вгрызся в его нежную сочную мякоть.

– Вкуснотища… Это была только разминка! И даже не цветочки! – жуя и глядя на облизывающихся Брута и Стива, приникших к прутьям клетки, обещал тот. – Все сейчас нажремся.

Как только он слопал фрукт, ему поднесли другое копье, а двое мышцастых аборигенов оттащили чучело на несколько шагов дольше.

– Ну! Готово? – заорал Хродгейр и, не дожидаясь, пока боты отойдут от чучела, размахнулся и запустил древко.

Просвистев в воздухе оно с легкостью поразило цель, снеся чучелу пол грудной клетки.

– Ха! Что я вам говорил? Давайте мастера – покромсаю, как пещерный медведь тузика!

Из толпы донеслись уважительные возгласы и даже несколько хлопков в поддержку, на что Хродгейр совершенно не обращал внимания. Его взгляд был прикован девушкой, что в этот раз поднесла ему кусок жаренного мяса. Здоровяк, не спуская глаз с плавных изгибов ее, словно совершенного тела, впился в сочную плоть и в наслаждении замычал.

Первым метнул копье точно в цель бравый воин, выглядевший немного атлетичнее и крупнее своих собратьев, но все же рядом с Хродгейром казался худеньким до безобразия. Здоровяк повторил его успех, вызвав уже больше похлопываний и восхищенных возгласов. Чучело снова оттащили на приличное расстояние, воин разбежался и метнул копье в воздух. Оно точно попало в цель. Здоровяк проделал то же самое с тем лишь отличаем, что вместо разбега сделал всего один шаг. Толпа пришла в восторг, лица светились восторгом и уважением. Чучело пришлось заменить, так как от него не осталось живого места. Выудив из закромов новехонькое и оттащив его на предельно дальнее расстояние, аборигены отбежали в стороны.

Воин, отбежав назад для разгона, разбежался и швырнул древко настолько сильно, что то зазвенело в воздухе, впишись острием в чучело левее от цели. Хродгейр подкинул в руке несколько раз древко, отошел немного назад, и, сделав несколько стремительных шагов запустил снаряд. Прорвав воздух со свистом пули, древко вонзилось в край белой точки, что несомненно было ближе к цели, чем копье воина. Секунду все молчали, изучая глазами чучело, но в следующий миг пространство взорвалось криками ликования, аплодисментов и топотом ног, закручивающихся в витиеватых движениях однообразного танца.

К довольному здоровяку подошел вождь-старейшина, возрастом не старше и сорока лет, но выглядевшем гораздо старше остальных. Рядом с ним был мальчик в набедренной тряпице, что, выступив вперед, заговорил, переводя слова вождя:

– Ты оказался достойным соперником, любой воин будет мечтать о таком друге и будет дрожать от такого врага. Показав превосходную победу, ты должен быть отблагодарен. Выбирай себе то, что мы можем дать и не проси того, чего мы дать не в силах. Тебя ожидает три вознаграждения. Говори!

– Э… Вот так прям сразу? – замялся здоровяк, сверкнув огоньком глаз в сторону пышногрудой девицы, что стояла и улыбалась, потупив глазки.