Бессердечный - Павел Корнев

Обложка книги казалась смутно знакомой, но вспомнить ее никак не получалось.

– Не вам осуждать меня! – рассердился дядя. – Или соглашайтесь, или убирайтесь к черту! Я не получу ничего, но я и так не бедствую, а вам придется жить на улице – как единственный законный наследник моей сестры, ваш особняк я прикажу снести!

– Полегче, дядюшка, – предупредил я. – Не надо меня пугать.

– Еще и не начинал!

В этот момент распахнулась дверь и в кабинет шагнул адвокат с револьвером в руке.

– Пистолет на пол, виконт! – приказал он.

Граф Косице вскочил на ноги и возмутился:

– Мэтр, я же просил нас не беспокоить!

Адвокат на него даже не посмотрел.

– Пистолет! – потребовал он.

Я двумя пальцами левой руки вытащил из кобуры «Рот-Штейр» и опустил его на пол. Дядя вышел из-за стола и шагнул к поверенному.

– Мэтр, это переходит все границы! – выкрикнул он. – Какого черта вы прервали нас?

Ствол револьвера немедленно уткнулся ему в грудь.

– Помолчите, граф, – потребовал адвокат и посторонился, запуская в кабинет солидной наружности господина средних лет, совершенно лысого, с редкими волосиками бровей и ресниц.

Меня словно молния ударила. Лазарь!

Не колебался ни секунды. Со всего маху шибанул локтем оконное стекло, а когда то с оглушительным грохотом осыпалось, высунул на улицу руку с фотоснимком.

– Еще один шаг, и я выброшу ее! – предупредил вампира.

– Не глупите, виконт, – поморщился Лазарь. – Граф и без всякой фотографии назовет код от первой и до последней цифры. Лучше прыгайте сами. Это избавит меня от необходимости отрывать вам голову.

– Что происходит? – нервно выкрикнул граф Косице. – Кто вы такой, черт вас побери?!

Лазарь обернулся, и взгляд непроницаемо-черных глаз враз лишил дядю воли. Граф отпрянул к стене, вампир придвинулся и потребовал:

– Цифры! Назовите мне цифры!

– Я не помню! – пролепетал дядя. – Просто не помню!

– Помните! – уверил его Лазарь. – Люди не склонны забывать действительно важные вещи.

Теперь, когда все внимание вампира сосредоточилось на дяде, я сунул руку в карман пиджака, но адвокат немедленно приказал:

– Назад!

Пришлось выставить перед собой открытую ладонь; фотокарточку я так и продолжал удерживать высунутой в окно.

– Лазарь, как вы узнали о встрече? – спросил я, желая потянуть время.

– Мэтр работает на нас долгие годы, – сообщил вампир.

– Так вот кто растрепал о содержимом сейфовой ячейки и об алюминиевой шкатулке!

– Не растрепал, а сообщил! – оскорбился адвокат.

– Конвенту? – бросил я пробный шар.

– Хватит болтать! – рыкнул Лазарь и вновь потребовал у графа: – Цифры!

– Я не помню!

– Прискорбно, – негромко промолвил вампир и вдруг охватил затылок графа ладонью.

Когтистые пальцы неожиданно легко проникли под кожу, потекла кровь, дядя замер, лицо его расслабилось, а глаза помертвели, став прозрачными стекляшками с алыми трещинами кровеносных сосудов.

– Пиши! – потребовал Лазарь и пошевелил рукой, которая глубоко погрузилась в податливую плоть.

Граф шевельнулся и, словно искусно сделанная марионетка, ухватил перо и принялся записывать на первом попавшемся листке группы цифр.

Лазарь отвлекся на меня и улыбнулся:

– Виконт, только зря мочите фотокарточку.

Я послушался вампира и сунул снимок во внутренний карман.

– Дайте сюда! – немедленно потребовал адвокат, угрожающе качнув револьвером, но в этот момент граф Косице бросил на стол перо и передвинул листок вампиру.

– Откуда вы узнали о коде? – спросил его Лазарь, жестом призывая мэтра к тишине.

– Подслушал разговор матери с герцогом Аравийским, – ответил дядя голосом, лишенным всяких интонаций.

– Что здесь зашифровано?

– Будущее, – выдохнул граф. – Он сказал, это их будущее.

Лазарь с довольным видом рассмеялся и спрятал листок в карман.

– Снимок, виконт! – вновь потребовал тогда адвокат, тыча в меня револьвером.

И тут в приемную ворвались двое крепких парней с пистолетами на изготовку!

Мэтр резко обернулся и без предупреждения спустил курок. Первым шагнувшего в кабинет подручного графа сбило с ног, но прежде чем адвокат справился с тугим спуском револьвера, напарник убитого всадил в него сразу две пули. Затем быстро переступил через порог и взял на прицел вампира.

– Ни с места! – скомандовал он. – Отойди! Быстро!

Лазарь брезгливым движением высвободил руку из затылка дяди, и тот безжизненным кулем свалился под стол. Парень в ужасе попятился на выход, вампир метнулся следом.

Я не стал дожидаться скорой развязки, под звуки беспорядочной стрельбы взобрался на подоконник и одним прыжком перескочил на пожарную лестницу дома напротив. Со всего маху шибанулся грудью о поручень, едва не сорвался, но успел вцепиться в железный прут и влезть на площадку. Там без промедления выхватил из кармана зажигательную гранату, сорвал чеку и закинул алюминиевый цилиндр в выбитое окно конторы.

Гулко ухнуло, на улицу выплеснулись языки бесцветного пламени, и сразу повалил густой белый дым. Я поднялся с колен, и тотчас от стены рядом с головой отлетел кусок штукатурки. Испуганно глянул вниз, – а внизу стрелок в дождевике и широкополой брезентовой шляпе передернул затвор и вновь вскинул винтовку.

Миг спустя грохнул новый выстрел, но я уже отпрянул в сторону и по пожарной лестнице бросился взбираться на крышу дома. Поскальзываясь на мокрой черепице, отполз подальше от края и замер, собираясь с силами. И в тот же миг во все стороны разлетелись керамические осколки; невидимая плеть стеганула по крыше в паре метров от меня и ушла дальше. Я вскинулся и обмер от ужаса: над домами завис раскачиваемый резкими порывами ветра дирижабль с надписью поперек всего корпуса «Сиракузы»!

О черт!

Вновь засверкал дульными вспышками пулемет в гондоле, но болтанка помешала удержать прицел, и пули вновь прошли стороной. Я в один миг перескочил через конек, не удержался и покатился вниз. Именно наклон крыши меня и спас – от печных труб во все стороны полетели обломки кирпича.

Доехав на спине донизу, я уперся сапогами в ограждение, перевалился на живот и пополз к ближайшему слуховому окну. Но пулеметчик легко разгадал эту хитрость и не стал дожидаться завершения маневра рулевым дирижабля, а выпустил длинную очередь наугад по ходу моего предполагаемого движения.

Разбивая черепицу, пули стеганули по скату, пришлось прыгать на соседний дым. Свинцовая плеть хлестнула за спиной, и на какой-то миг стрелок оказался сбит с толку, а потом я со всего маху врезался в слуховое окошко, вышиб его и вломился на чердак.