Бой песочных часов - Ольга Юнязова

– Так ты следи за действиями своего тела, – спокойно ответил Граф, – и все будет хорошо.

– Я не понимаю! – застонала Оксана и упала на стул. – Она что, просочилась в мои гены, когда я остановилась возле памятника?!

– Что значит «просочилась»? – воскликнула девица. – Ты не возражала!

– А меня кто-то спрашивал?! Извините, не слышала! И если мое мнение учитывается, то я возражаю! Брысь из моей души!

– Куда же я пойду? – девушка с ужасом посмотрела на Графа, ища у него защиты.

– А что ты на него смотришь?! – закричала Оксана. – Он всего лишь моя фантазия! Я здесь хозяйка! Я!!! – и она со всей силы ударила ладонью по столу.

Туман сдвинулся плотным кольцом, а в темносиней туче возникла вихревая воронка.

– Но я... Но мне... Пожалуйста! – девушка разрыдалась. – Не выгоняйте меня-а-а-а... Я больше не бу-у-ду-у-у...

Оксана перевела взгляд на темный силуэт Графа.

– Объясните мне, что происходит!

– Ты приютила неприкаянную душу, – ответил он.

– Приютила?

– Ты испугалась и испытала те же эмоции, что и она перед смертью. Это позволило ей синхронизироваться с вибрациями твоих нервов, или, как ты их назвала, «генетических антенн».

– Выходит, любой «жмурик» может подселиться в тело человека, если тот напуган?

– Мало напугать. Надо вызвать жалость, восхищение или другую разрешающую эмоцию.

– Но я не разрешала!

– Но ты же хотела ей помочь. Твое желание проявилось в уборке мусора. К тому же ты задала вопрос.

– Какой вопрос? – нахмурилась Оксана.

– Ты спросила: «Зачем ты кинулась мне под колеса?»

– Вопрос был риторический.

– И тем не менее он был задан и дал ей право ответить на него. Это и открыло доступ в твою память.

– И что теперь?

– Можешь выгнать ее, – Граф показал на черную дыру над головой девушки. – Она вернется на свою поляну и будет продолжать устраивать аварии на дороге, пока не найдет того, кто ее подберет. Оставив ее, ты спасешь множество жизней.

– Ответственное задание.

– Поэтому мы и выбрали тебя. Пока еще мало людей, способных на эту работу.

– Но ведь это опасно. У меня может начаться какая-нибудь шизофрения.

– Вполне, – кивнул Граф, – если ты позволишь этой хулиганке захватить власть. Ты начнешь испытывать те же эмоции, которые привели ее к самоубийству.

– Я нечаянно! – прорыдала Мария.

– Кого ты обманываешь? – вздохнул Граф.

Мария задрожала и умоляюще посмотрела на Оксану.

– Я подумаю, – сказала Оксана. – Но для начала пусть она вытащит из губы это ужасное кольцо и приведет себя в порядок.

– Она не может его снять, – ответил Граф, и Мария быстро закивала головой, размазывая по лицу черные ручьи.

– Почему?

– Это... ну как бы ярлык, который на нее повесил хозяин, чтобы отметить, что она принадлежит ему. Освободи ее, и кольцо исчезнет.

– А кто хозяин?

– Это тебе предстоит узнать.

– Прямо квест какой-то! – возмутилась Оксана. – Не понимаю, зачем все эти загадки! Неужели нельзя просто взять и все объяснить?!

– Ты верно подметила, что это квест! А в чем смысл игры?

– А меня кто-то спросил, хочу ли я играть в нее?!

– Конечно! Помнишь, Василий Сергеевич задал вопрос, уверена ли ты, что желаешь начать распутывать этот клубок?

– Ах да, – кивнула Оксана. – Было. То есть теперь уже выбора нет?

– Выбор есть всегда.

– Ага, я помню: или вперед, или остановиться и застрять.

Оксана еще раз посмотрела на всхлипывающую Марию.

– Хорошо, я согласна, но с условием.

– Говори.

– Чтобы Саша выжил и не остался инвалидом. И чтобы врачи не смогли помешать его эволюции, или как там... мутации.

Граф задумчиво потер подбородок и кивнул.

– Согласен.

Оксана облегченно вздохнула и посмотрела на спидометр. «Шестьдесят – это слишком мало!» – подумала она и добавила газа.

– Лис! Хватайся!

Он открыл глаза и увидел прямо перед своим лицом серебристую листву ивы. Руки вцепились в тонкие ветви, и дерево потащило его вверх, вытаскивая из пасти жадно чавкающей трясины.

Оказавшись на безопасном островке, он отрешенным взглядом посмотрел на племянника, казалось, не узнавая его.

– Лис! – Вороненок потряс его за плечо. – Все нормально, Лис! Я успел! Извини, что так долго, но я тоже боялся провалиться.

Он кивнул, онемевшими пальцами пожал руку мальчишки, и глаза снова начали закрываться.

– Не смей засыпать! Вставай! Надо уходить! Здесь угарно! – услышал он, словно издалека, и ощутил удары по почти бесчувственным щекам. Но неумолимая сила тянула голову к земле, и больше жизни хотелось спать. Никакая боль не может разрушить это блаженство.

– Зачем я тебя спасал?!! – неистово вопил Вороненок. – Чтобы ты здесь подох?

Как он не может понять, что смерть не страшна? Особенно когда она осторожно подбирается во сне и обнимает нежно, безболезненно, так не хочется ей сопротивляться. Тем более когда ты уже смирился с ее неизбежностью. Какая разница, сегодня или через несколько десятков лет?

Сегодня, но не сейчас! Почему невозможно вздохнуть? Неужели Вороненок – это лишь галлюцинация, и я все-таки утонул? Нееееееет!!! Дайте воздуха!

Лис резко сел и открыл глаза. Сон как рукой сняло, но в глазах потемнело. Подчиняясь приказам племянника, превозмогая тошноту и головокружение, он начал вставать, цепляясь за тонкий ствол дерева. Маленькое светлое оконце наконец появилось перед глазами и начало расширяться. В него заглянул взмокший и взлохмаченный Вороненок.

– Это меня отец научил так будить. Зажимаешь нос и рот. Действует безотказно.

– Я понял! – прохрипел Лис.

– Ну и хорошо. Вставай, держись за меня!

– Я все понял! – простонал Лис.