Ее темное желание. Царство теней. Книга 1 - Дженнифер Бенкау

– Ну так пошли.

Я поползла на четвереньках обратно в пещеру. Наши тени, которые отбрасывал густой и мягкий свет ветрениц, метались по стенам и слились в одну, когда мы склонились над постелью дэма. Он слабо зашипел на Аларика, но одно это стоило ему всех сил. Дэм-ребенок отодвинулся к самой дальней стене.

– Держись за мной, – предложила я Аларику. Мне казалось, что рядом со мной больной дэм нервничает меньше. – Дай мне, пожалуйста, горшочек с мазью из моего мешка. Не знаю, помогает ли она, но…

Аларик уже взял мазь в руки и протянул мне.

– Все, что ты сейчас сделаешь, поможет.

Его голос звучал тепло и тихо, словно мы подманивали что-то и теперь ждали, пока оно проявится. Он понимал то же, что и я. Мы ждали, пока дэм умрет.

– Ты слышишь меня? – прошептала я, втирая мазь в спину дэма. Несмотря на то что из его позвоночника выступали шипы, кожа у него была мягкой. Этот дэм развивался совершенно иначе, чем ребенок, чье тело было покрыто чешуйками.

– В мази есть травы, которые тебе помогут, – сказала я, потому что сидеть в тишине было неуютно. – Мелисса и хмель делают сон более глубоким, чтобы ты мог отдохнуть. Мята и тимьян облегчают дыхание. Тысячелистник и шалфей помогают против… против почти всех болезней, – быстро закончила я, чтобы не показывать, что не знаю, от какой болезни страдает это существо.

– Воды? – тихо предложил Аларик, и я благодарно кивнула. Губы бедного создания выглядели потрескавшимися и шершавыми, и ему явно не хватало жидкости.

Аларик передал мне бурдюк с водой. Мне понадобилось преодолеть себя, чтобы поднести его ко рту дэма, потому что за узкими губами виднелись острые зубы. Но ему нужна была вода. Большая часть холодной влаги пролилась мимо его рта. Похоже, свет моего фонаря обжигал ему глаза. Существо зажмурилось, и, прежде чем я успела попросить Аларика переставить светильник немного подальше, он сам это заметил и переставил фонарь. Наконец я достала из своего мешка свежую рубашку и прикрыла ей дэма.

– Подойди, – предложил Аларик дэму-ребенку у меня за спиной. Тот помедлил, но в итоге подчинился. – У тебя есть имя? Помнишь о том, как тебя зовут?

Тот пожал плечами.

– Это важно, – ответила я, положившись на интуицию. – Если ты скажешь его мне, то уже никогда не забудешь. – По крайней мере, пока я жива. – И я расскажу каждому, кого знаю, какая ты смелая маленькая девочка.

Аларик посмотрел на меня особенно пристально, так что мне уже начало казаться, что я сказала какую-то глупость. Но полнолунные глаза посмотрели на меня, а потом ребенок взял камень и старательно выцарапал буквы на земле.

– Каэ, – прочитала я.

– Это красивое имя, – произнес Аларик. – Меня зовут Аларик. А это Лэйра.

Меня охватил трепет, когда он вот так вот тихо произнес мое имя. Как и раньше, он добавлял к нему эту мягкую интонацию. Словно он хотел выдохнуть мое имя, а не просто произнести.

– Мы хотели бы сказать тебе кое-то важное, слышишь? – Я повернулась к Каэ, запрещая себе думать о том, как мое имя звучит в устах Аларика Колэ. – Я знаю, что вы хотите сбежать из этого мира, верно? Хотите обратно домой?

Пауза, потом кивок в сторону взрослого дэма.

– Вы хотели вместе вернуться домой, я понимаю. Но у вас не получится. Назад пути нет, Каэ. Ты это понимаешь?

Она отвела взгляд. Она не хотела понимать.

– В этом пограничном мире вы заболеете, – произнес Аларик. – Ты заболеешь так же сильно, как и то существо.

Было ужасно – так сильно пугать девочку, заставляя ее идти дальше, в мир Повелителя дэмов, где она неизбежно потеряет остатки человеческой сущности. Но иначе, насколько я поняла Йеро, она умрет и превратится в тень.

– Вы не сможете здесь жить, понимаешь?

Каэ подтянула ноги к себе и свернулась в маленький шар.

– Может быть, мы возьмем их с собой? – вслух размышляла я. – Может быть, она снова придет в себя, когда мы перенесем ее через границу?

Я была не в восторге от мысли, что, если мы продолжим двигаться вперед, оба дэма лишатся человеческой природы и станут опасными – но оставить их умирать просто из-за того, что они в итоге выживут и превратятся в чудовищ?

Аларик посмотрел на больного дэма и покачал головой. И причина его несогласия была не в опасности или рисках. Он просто не верил, что это возможно. Не говоря ни слова, он достал платок из моего мешка и завернул в него цветочный фонарь, так что тьма заполнила пещеру.

– Что ты делаешь? – Ко мне резко вернулось недоверие. – В чем дело, Колэ, что ты задумал?

– Тсс, – успокоил меня он, схватил за плечо и оттащил назад, словно у меня не было ни веса, ни силы, ни недавно наточенного мюродема на поясе. Он легким движением прижал меня к стене, повернулся ко мне, так что оказался на коленях прямо передо мной и я ощутила его присутствие еще острее, чем когда могла его видеть.

– Она уходит. Не смотри туда.

Я поняла. Без света дух этого дэма не сможет отбросить тень, которая могла бы на нас напасть.

– Закрой глаза, – прошептал Аларик. Я ощутила его дыхание на своей щеке, и на мгновение – на одно очень, очень короткое мгновение – я не хотела ничего иного, лишь чтобы он решал все за меня. Жить ли нам или умереть, победить нам или проиграть. Я закрыла глаза, ощущая лишь его холодное дыхание. Затем послышался сдавленный звук. Будто кто-то схватил Каэ за горло. Я мгновенно снова открыла светильник. Но рядом не было никого, кто мог бы напасть на девочку-дэма. Она оказалась совершенно одна.

Там, где только что лежал другой дэм, осталась лишь примятая листва, прикрытая моей рубашкой. В воздухе еще висел запах, в котором преобладали мята и шалфей.

– Она ушла, – прошептала я Аларику. – Превратилась в тень. У меня ничего не вышло.

Аларик не сразу отпустил меня. Помедлив, он, наконец, сказал:

– Не каждому доводится умереть, зная, что о нем заботятся. Ты сделала немало.

С этими словами он пропустил меня вперед, и я, чувствуя, что мое сердце бьется слишком быстро, двинулась к Каэ, которая, сжавшись, сидела перед постелью и смотрела в пустоту, оставшуюся после исчезновения дэма.

– Мне жаль. Я помогла бы ей, но… – Было слишком поздно. Было… Я оглянулась на Аларика. – У тебя есть с собой амулет? Тот, у которого внутри время?

Он бросил на меня короткий взгляд, на мгновение решив, что я, наверное, сошла с ума. Потом медленно покачал головой.

– Это не игра. Рассекать время – дорогое удовольствие. Я не стану платить эту цену ради дэма.

Я растерянно посмотрела на него. Разумеется, нет. Что ему с этого? Аларик Колэ всегда делал лишь то, что приносило ему пользу. Так было уже тогда. Как удачно, что он мне об этом напомнил.

Тихий голосок в моей голове неумолчно спрашивал о том, какой для него вообще был смысл защищать меня и дэма. Я никак не могла найти ответа. Но что-то явно было не так.