Возвращение - Геннадий Марченко

После ужина в семейную идиллию врезалась пронзительная трель телефона.

– Я сам возьму, – предупредил Варю, читавшую сыну доставленный чуть ли не контрабандой сборник русских народных сказок.

Подняв трубку, мысленно чертыхнулся – звонил председатель Богемского клуба Фредди Роуч.

– Мистер Бёрд, в прошлом году вы не смогли выбраться на наше собрание, но уж в этом-то, надеюсь, вы почтите нас своим вниманием?

Вроде сказано с долей шутки, но тоном не терпящим возражений. Хорошо, что Роуч не видел, как перекосило мою физиономию. Мне, честно говоря, и одного раза хватило, чтобы понять, чем там занимаются сильные мира сего, и получить отвращение к их затеям. Так и не придумав, как отмазаться от мероприятия, с наигранной бодростью заявил:

– Безусловно, мистер Роуч, я и сам подумывал, как бы в этом году вырваться в Монте-Рио. Так что ваш звонок пришёлся как нельзя кстати. Напомните, если не трудно, в каких числах ожидается заезд? Та-а-ак… Хорошо, записал. Что ж, до встречи!

«Сука!» – мысленно выдохнул, кладя трубку на рычажки.

– Фима, с кем это ты? – поинтересовалась из соседней комнаты Варя, прервав чтение сказки.

– Председатель Богемского клуба звонил, приглашает через две недели на очередное сборище.

– Это где тебя закапывали живьём?

– Ага, – ответил я, входя к ним, – соскучились они там по мне, видите ли.

– Зачем тебе вообще нужен этот клуб?

– Видно, я им больше нужен, чем они мне. И они уверены, что оказали мне большую честь, позволив быть в их числе. С другой стороны, там попадаются и вполне приличные персонажи, с которыми не грех было бы и знакомство завести. В прошлый раз, правда, толком этого сделать не удалось, но, может, теперь получится извлечь какую-то выгоду.

Успокаивал я больше себя, чем Варю. Ей-то было не привыкать провожать мужа в очередную деловую поездку. Да-да, отдых в Богемской роще я считал вполне коммерческим предприятием, собираясь на этот раз извлечь из вояжа какую-нибудь выгоду. Два года назад у меня не было киностудии, теперь же я, ко всему прочему, ещё и преуспевающий киномагнат. Так что кое-кому в ещё не существующем списке миллиардеров Forbes придётся потесниться.

Ну а что, если я вдруг задумаю (чего, конечно же, никогда по своей воле не сделаю) продать все свои предприятия и активы разом, то уж миллиард точно наскребу. А нынешний миллиард не чета миллиарду начала XXI века, можно смело умножать в восемь-десять раз. Впрочем, то же правило действует и в отношении других богачей, но только я один знаю, как будет дешеветь американская валюта. Или не один? Учитывая, что за последние лет сто она тоже дешевела, умные головы наверняка спрогнозировали падение американской валюты как минимум на двадцать-тридцать лет вперёд.

А лучше не грузиться лишний раз по этому поводу. В моей головной компании работает целый аналитический отдел, отслеживающий колебания курсов мировых валют, золота и прочей хрени, составляющей основу современной экономики. Выкладки, сделанные простым, человеческим языком, к тому же снабжённые рекомендательными пояснениями, на мой стол ложатся регулярно, и в этом тоже один из краеугольных камней успешного бизнеса.

Перед поездкой в Монте-Рио у меня выдалась свободная неделька, и я решил наведаться в Лос-Анджелес. Посмотрю, как дела на киностудии, а заодно навещу мастера Лю Веньян, у которого не появлялся месяца два. А тот, первый раз, почти три года назад, мне хорошо запомнился.

Перед глазами встала сцена, когда я впервые переступил порог выстланного циновками небольшого зала. Над его входом красовалась выполненная золотыми иероглифами на алом куске ткани надпись, переводимая как «Школа „Красный дракон“». А изображение крылатой рептилии можно было обнаружить внутри, в том числе в виде разукрашенной скульптуры на возвышении у дальней стены зала.

Мастер Лю Веньян, о котором я узнал чисто случайно, выглядел лет на шестьдесят, но, в отличие от гуру кунг-фу ещё не снятых фильмов категории Б, никакой жидкой бородёнки и седых бровей не имеющий. Напротив, его лицо было гладко выбрито, а сам он выглядел вполне презентабельно, если не считать свисавшей сзади куцей косички и костюма ифу для занятий восточными боевыми искусствами.

Мне повезло, я попал аккурат в получасовой перерыв между занятиями – с десяток молодых ребят азиатской наружности как раз встретились мне выходящими из зала, не обратив на меня ровным счётом никакого внимания. Учитель показался из маленькой комнатушки позади зала. При его появлении я поклонился чуть ли не в пояс, тем самым выказывая мастеру уважение. Он в ответ тоже слегка согнул спину.

– Чем могу быть полезен?

Английский язык Лю был вполне сносным, но начни он говорить на китайском, да ещё на каком-нибудь диалекте, тогда точно пришлось бы изъясняться языком жестов. Когда я объяснил, что хочу заниматься боевым искусством, старик беззвучно рассмеялся, правда, спустя несколько секунд был уже сама серьёзность.

– Я изучаю чуань-шу всю жизнь и то считаю себя прошедшим, быть может, половину пути. Вы же, стоя у порога смерти, не постигнете и десятой части того, что знаю я. И разве вы не знали, что я беру в ученики только ханьжэнь?^[10]

– Не знал, – ответил я, подумав, что порой современному обществу не хватает толерантности. – А что касается моих перспектив… Я ведь не говорил, что хочу стать непобедимым бойцом. За себя я и так могу постоять, просто мне нравится узнавать что-то новое, в том числе и в боевых искусствах.

– Можете за себя постоять? Снимайте пиджак. Шляпу тоже.

Спарринг без разминки? Ну да ладно, не впервой руками и ногами махать не размявшись. Я остался в носках с подтяжками (обувь снял ещё на входе), брюках и рубашке. Мы с соперником поклонились друг другу, и я принял стойку, близкую к стойке каратиста. Китаец же ни в какие стойки не вставал, он просто в стиле Брюса Ли поманил меня к себе, предлагая нападать. Ну уж нет, ищи дурака! Давай сам нападай. Я отрицательно помотал головой и в свою очередь поманил к себе китайца. Тот ухмыльнулся краешком губ и сделал скользящее движение правой ногой вперёд, буквально сантиметров на десять. Затем ещё одно скользящее движение, уже левой ногой. Нас разделяло метра полтора, как вдруг в следующий миг Лю оказался прямо передо мной, и я почувствовал вроде бы лёгкий тычок куда-то в подреберье. А мгновение спустя меня скрючило, и я, не удержавшись на ногах, свалился на покрывавшую пол циновку. Несколько секунд в глазах плавали тёмные пятна, затем дыхание понемногу восстановилось, и прояснившимся взглядом я увидел стоявшего над собой и довольно улыбавшегося китайца.

Медленно поднявшись, я, морщась, поклонился, тот ответил не менее глубоким поклоном. Улыбка уже исчезла с его лица.

– Ничего удивительного, что вы пропустили мою атаку. Чтобы увидеть и отреагировать на неё, вы должны были, как и я, моментально войти в состояние ци.