Мир-Кольцо. Строители Мира-Кольца - Ларри Нивен

Тила Браун сидела верхом на скутере, положив изящные руки на панель управления. Уголки ее губ слегка изгибались вверх. Вид у нее был расслабленный и вместе с тем сосредоточенный, словно она позировала художнику. Зеленые глаза смотрели сквозь Луиса Ву, сквозь барьер из низких холмов – в бесконечность абстрактного горизонта Мира-Кольца.

– Не понимаю, – сказал Говорящий. – Что с ней, собственно, такое? Она не спит, но почему-то ни на что не реагирует.

– Гипноз автострады, – ответил Луис Ву. – Она сама из него выйдет.

– Значит, ей ничто не угрожает?

– Сейчас – нет. Я боялся, что она может свалиться со скутера или наделать каких-нибудь глупостей с приборами. Но на земле она в безопасности.

– А почему она не проявляет к нам никакого интереса?

Луис попытался объяснить.

* * *

В астероидном поясе Солнечной системы многие люди проводят половину жизни, летая среди каменных глыб в одноместных кораблях. Свое положение они определяют по звездам. Работающий в Поясе рудокоп часами смотрит на яркие быстрые вспышки плазменных двигателей, на медленно дрейфующие яркие пятна соседних астероидов и на неподвижные точки звезд и галактик.

Среди белых звезд человек может потерять душу. Намного позже он осознает, что вместо него действовало тело, управляя кораблем, пока разум путешествовал в мирах, которые он не в силах вспомнить. Это состояние называется «взгляд в неведомое», и оно опасно. Душа не всегда возвращается назад.

Стоя на краю большого плато на Горе Погляди-ка, человек может созерцать бесконечность. Высота горы составляет всего сорок миль, но человеческий глаз, следуя за ее иззубренным склоном, постигает необъятность в сплошном тумане, скрывающем подножие. Белый туман лишен каких-либо черт, безлик и однообразен. Он тянется, не меняясь, от изрытого склона горы до горизонта планеты. Если пустота полностью овладеет разумом человека, он будет стоять, застыв от жуткого восторга, на краю вечности, пока кто-нибудь не уведет его оттуда. Это и есть транс Плато.

А теперь еще горизонт Мира-Кольца…

– Все это лишь самогипноз, – сказал Луис, посмотрев в глаза девушки, которая беспокойно пошевелилась. – Я мог бы привести ее в чувства, но к чему рисковать? Пусть спит.

– Не понимаю, что такое гипноз, – буркнул Говорящий-с-Животными. – Я знаю о нем, но не понимаю.

– Неудивительно, – кивнул Луис. – Кзины не особо поддаются гипнозу. Как, кстати, и кукольники.

Несс закончил собирать образцы инопланетной жизни и неслышно присоединился к команде.

– Мы можем изучать то, чего не в силах понять, – сказал кукольник. – Мы знаем, что в человеке есть нечто, не позволяющее ему принимать решения. Некая его часть хочет, чтобы кто-то другой указывал ему, что делать. Лучше всего подвержен гипнозу тот, кто доверчив и способен сосредоточиться. И гипноз для него начинается с того, что он поддается гипнотизеру.

– Но что такое гипноз?

– Внушенное состояние полного подчинения.

– И почему человек впадает в это состояние?

Несс не нашелся что ответить.

– Потому что он доверяет гипнотизеру, – объяснил Луис.

Говорящий покачал большой головой и отвернулся.

– Подобное доверие другому не может быть нормальным, – заявил Несс. – Должен признаться, гипноз мне не понять. А тебе, Луис?

– Не вполне.

– Это радует, – сказал кукольник, на мгновение посмотрев самому себе в глаза подобно паре разглядывающих друг друга питонов. – Я не смог бы полагаться на того, кто способен понять нечто, не имеющее смысла.

– Что ты выяснил насчет растений Мира-Кольца?

– Они очень похожи на земные, как я тебе уже говорил. Однако некоторые разновидности более специализированы, чем можно было бы ожидать.

– В смысле – более развиты?

– Не исключено. Опять-таки не исключено, что у них больше пространства для роста, даже в ограниченной среде обитания здесь, на Мире-Кольце. Важнее то, что растения и насекомые не на шутку могут угрожать нам.

– И наоборот тоже?

– О да. Какие-то из них съедобны для меня, а какие-то переварит и твой желудок. Придется по отдельности проверять их на яды, а потом уже пробовать на вкус. Но любое найденное нами растение можно безопасно использовать для кухонного автомата на твоем скутере.

– Значит, голодная смерть нам не грозит.

– Единственное преимущество, которое вряд ли компенсирует опасность. Если бы только наши инженеры додумались поместить на борт «Лжеца» приманку для звездных сеятелей! Тогда все это путешествие никому бы не понадобилось.

– Приманку для звездных сеятелей?

– Простейшее устройство, изобретенное тысячи лет назад. Оно заставляет местное солнце излучать электромагнитные сигналы, которые привлекают звездных сеятелей. Будь у нас такое устройство, мы могли бы приманить к этой звезде сеятеля, а затем сообщить о нашей проблеме любому кораблю Посторонних, который последовал бы за ним вглубь Галактики.

– Но сеятели движутся намного медленнее скорости света. Могли бы потребоваться годы!

– Подумай, Луис, – воззвал кукольник. – Как бы долго нам ни пришлось ждать, мы могли бы оставаться в безопасном корабле!

– И для тебя это полноценная жизнь? – усмехнулся Луис и подмигнул Говорящему-с-Животными.

Тот растянулся на земле неподалеку и, встретившись с ним глазами, улыбнулся, словно Чеширский кот из «Алисы в Стране чудес». Затянувшийся миг они смотрели друг на друга, затем кзин с притворным безразличием поднялся и одним прыжком исчез в инопланетных кустах.

Луис отвел взгляд, интуитивно понимая, что случилось нечто важное. Но что? И почему? Он недоуменно пожал плечами.

Сидя верхом в седле скутера, Тила держалась за ручку управления, будто продолжая лететь. Луис вспомнил, как его несколько раз гипнотизировал врач, и во многом это напоминало представление. Погруженный, словно в мягкие подушки, в розовое ощущение полного отсутствия какой-либо ответственности за свои действия, он осознавал, что все это лишь игра на двоих с гипнотизером. Он мог в любой момент освободиться – но отчего-то никогда так не поступал.

Взгляд Тилы внезапно прояснился. Она тряхнула головой и осмотрелась вокруг.

– Луис! Как мы сели?

– Как обычно.

– Помоги мне.

Она протянула к нему руки, словно ребенок. Подхватив Тилу за талию, Луис снял ее со скутера, ощутив от прикосновения ее тела дрожь в спине и тепло в паху и солнечном сплетении. Ладони он, однако, убирать не стал.

– Последнее, что я помню: мы летели на высоте в милю, – сказала Тила.

– С этого момента старайся не смотреть на горизонт.

– Я что, заснула за рулем? – Она рассмеялась и встряхнула волосами, которые разлетелись во все стороны мягким черным облаком. – И вы все перепугались до смерти? Извини, Луис. Где Говорящий?