Опасные союзники - Алекс Орлов

Две мачты, высокая осадка и команда из двадцати восьми человек, не считая Мартина и его бойцов.

Овцер решил все проблемы за полдня, понимая, что сейчас важен каждый час. И вот – судно отошло, едва пассажиры оказались на его борту, а Мартин, показав пригоршни, сказал им:

– Ну что, братцы, разбирайте камни!..

– Ух ты, никогда не плавал на корабле! – воскликнул Рони, бросаясь к борту и швыряя крикливым чайкам кусочки сдобной булки.

Бурраш заглянул в пригоршни Мартина и поднял руку, желая выбрать самый правильный камень. Ламтак взял камень, не глядя, и, отойдя к борту, сказал, обращаясь к Рони:

– Во-первых, Рони, это судно, а корабль – военное судно. Во-вторых, на флоте не плавают, а ходят, и в-третьих, пойди возьми себе камень и грей его в кармане, а потом будешь тратить хлеб на этих тварей.

Сказав все это, Ламтак отошел, а озадаченный Рони посмотрел на Мартина, потом на Бурраша, который, наконец, сделал выбор.

– Давай и мне один, – сказал Рони, забирая у Мартина свой камень.

– Не балуйся с ним, положи в карман, и все дела.

– А я что? Я ничего, – пожал плечами Рони, пряча камень.

Мартин выбрал камень для себя, а остальные ссыпал в мешочек и отнес в трюм. За ним тотчас спустился матрос, ведавший на судне всем хозяйством, и принес стопку подштанников и чистых рубах, от которых пахло вербой.

– Вот, господин Мартин, мытья у нас не предусмотрено, но подштанники менять можно хоть каждый день.

– Спасибо, братец.

– Нам сказали, что вы с самого утра на ногах и ничего не ели.

– Да, это… Как тебя величать?

– Леклерк, ваша милость, – поклонился матрос.

– Леклерк, мы будем есть с командой, когда у вас ужин будет.

– Ужин у команды уже был, ваша милость, так что остались только вы и ваши люди. Где прикажете накрыть?

– А где тут возможно? – оглядел Мартин тесноватый трюм.

– Не здесь, ваша милость, мы под столовый зал отдали жиродерню, там раньше ворвань топили, когда шхуна на промысел за льды ходила. Но то дело давно прошлое, и его даже я не застал, так что печки жиродерские мы убрали, а в зале даже травами пахнет. Я специально в порту заказывал двадцать фунтов душистых трав.

– Ну, я не возражаю, Леклерк, покажите, где этот ваш зал.

Спустя четверть часа вся компания уже собралась в зале, где было светло от ярко горящих светильников, однако заметно покачивало – на юго-востоке начинался шторм, а здесь пока лишь усилилось волнение.

Каша рисовая с изюмом и коровьим маслом, котлеты бараньи с солеными огурчиками и пирожки с говяжьей печенью – таков оказался скорый ужин для гостей, и они ели с аппетитом, делая хвалебные заявления в адрес кока, который находился неподалеку и как должное принимал их похвалы.

– Неужели у вас такие ужины каждый день подают? – спросил Рони, в то время как Ламтак с Буррашом подметали блюдо за блюдом, словно на состязании.

– Нет, – улыбнулся кок, – это мы для вас расстарались, но и в команде кормежка добротная, здесь иначе нельзя – враз за борт выкинут.

– Правда, что ли? – удивился Рони, и все засмеялись, хотя, похоже, кок совсем не шутил.

После ужина все вышли на палубу. Солнце уже касалось горизонта, свежий ветер надувал паруса, а юго-запад грохотал молниями на фоне иссиня черных туч.

– Капитан на мостике, – сообщил кок, который вышел следом за гостями. – Он просил передать извинения за то, что не присоединился к вам во время ужина, но нам сейчас важно проскочить мимо шторма.

Из трюма поднялся матрос-хозяйственник.

– Все готово ко сну, господа, – сообщил он.

– Мы уже идем, ноги едва держат, – ответил Мартин.

– А камни? – спросил Бурраш.

– Ах да, Леклерк, нам нужно спрятать камни – подальше от того места, где мы спим.

– Так, может, выбросите их за борт?

– Нет, не думаю. Надо чтобы подальше от нас и чтобы кораблю не было никакого урона. Может, на мачту?

Все посмотрели вверх, где среди красноватого предзакатного неба трепетал карнейский флаг.

– Едва ли это правильно, – покачал головой Леклерк. – Если с мачтой что-то случится – мы посреди моря. Разве что на двадцатифутовой доске.

– На доске?

– Да, у нас имеется ремонтный материал, положим в мешок, привяжем к доске и выставим за борт – и далеко, и безопасно, и видно, что и как.

– Это верно, – согласился Мартин.

– Это правильное дело! – поддержал его Ламтак и, широко зевнув, прошел мимо, отдав Мартину свой камень.

– Да, и мой возьми, – сказал Бурраш, отдавая свой. За ним последовал Рони, и Мартин добавил свой.

– Я так понимаю, ваша милость, тут какое-то колдовство? – уточнил Леклерк и оглянулся на капитанский мостик.

– Не обращай внимания, приятель, вешай на доску и все такое. Может, еще и не будет ничего, а мы тут с тобой фантазии разыгрывать будем. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, – ответил Леклерк, взвешивая мешок с камнями. Потом вздохнул и пошел за длинной доской.