Разъяренная Харон - Юрий Иванович

Это они так беседовали в сторонке, когда Трофимыч находился в общем кругу советующихся дельтангов. А отошедший по надобности Роман их и услышал. Тогда и не удержался от совета:

– Ребята, следите за словами. А лучше всего забудьте о Яровой как о женщине. Не то сразу себе двух врагов наживете. Особенно в том случае, если у этой пары в дальнейшем что-нибудь не срастется. Они тогда не себя винить станут, а все ваши подначки припомнят.

Друзья повинно кивнули, но все равно продолжали водить за Эллочкой масляными взглядами. Вот тогда Роман и шепнул своей Стрелочке:

– Зин, что-то ребят слишком мы оздоровили и омолодили. Кажется, у них спермотоксикоз начал прогрессировать. Поэтому подумай, как в наш спаянный и дружный коллектив ввести нескольких приятных и умных девушек. Пусть ребята на них свои фантазии попробуют претворить в жизнь.

Художница над этим задумалась всерьез:

– Вроде вопрос не сложный, решим! – после чего строго предупредила: – Но если вдруг тебя потянет на сторону, готовься превратиться в дельтанга.

Ничего не оставалось, как посмотреть с укоризной на любимую, тяжело вздохнуть и чмокнуть ее в губки со словами:

– Лучше тебя нет никого во всем мире!

Правда, когда он уже убегал, Стрельникова недовольно крикнула вслед:

– А почему не во всех мирах?!

Пока новых девушек в команде не было, но Зинаида над этим работала, сказав, что кандидатуры она уже подобрала и вскоре всех перезнакомит. Так что засыпал Роман, будучи вполне спокоен за Трофимыча и за его будущее.

Выспался он отлично. Когда встал, ощущая аромат свежезаваренного кофе, то его сразу по ходу стали знакомить с проделанной работой. И ведь все получалось великолепно. Оставалось только восхищенно хмыкать да поощрительно поддакивать.

Хотя по поводу нового договора с представителем мира Харсмеллон Ландер засомневался:

– Не слишком ли круто мы заламываем цены? Да и прочие условия – ну совсем неадекватны к нашей действительности. Так и Харон не согласится на сотрудничество.

– Она ведь уже согласилась! – утверждала Яровая, ставшая вполне ожидаемо главным консультантом при составлении формуляра, а потом и экспертом в его объяснении. – А прочие, мелкие условия, выгодные именно землянам, для нее вообще глубоко второстепенны. Скорей они ударят по авторитету общественных организаций Харсмеллона, а не по карману или имиджу перевозчицы.

– И наша планета…?

– Именно! Наша Земля со временем войдет в содружество чуть ли не на равноправных условиях для обоих партнеров. Ну… почти равноправных. Все-таки кто мы, а кто они!

Роман озадаченно почесал виски, потом ткнул пальцем в лежащие перед ним отпечатанные листы:

– Наверное, я что-то упустил в чтении той папки, хотелось жутко спать… Поэтому и не пойму, при чем здесь вот эти пункты. Например, про «…официальный язык непосредственного контакта». Мы ведь прекрасно понимаем: что Харон, что Са-а, что их официальные и неофициальные документы. Так зачем городить ненужное на пустом месте?

– Видишь ли, – с терпением школьного учителя поясняла Элла. – Все наше понимание происходит по причине прямого ментального перевода в самом информатории и таких же чудесных преобразований через твой артефакт. А переданные нам образцы договоров были отпечатаны на русском языке с маленькой припиской в конце: «…только для исключительного случая начала переговоров». Там, внутри, среди иных пунктов тоже есть один важный: «…вся переписка ведется на языке мира Харсмеллон и на языке самого многочисленного контингента Земли».

– И они вроде правы…

– Они-то да! Но нам-то зачем такой менингит? Вписываем свой новый пункт «…только на русском языке!» и радуемся. Потому что ни я, ни все остальные члены нашей команды не хотим учить китайский язык.

– Почему сразу китайский? – все не мог въехать в тему мистер Рубка. – Вроде как и английский может претендовать на подобное, не так ли?

– О-о! – видно было, что владелица «Логотранса» обозлилась. – Да ты космополит?! И сразу хочешь лечь под америкосов? А не лучше ли воспользоваться прекрасной возможностью и заставить всех землян изучать единый язык общения? Наш, русский?

– Конечно, лучше, – задумался Роман. – Но вот удастся ли?

– А куда земляне денутся? Каждый новый карзарин должен подписывать договор, читая его на русском. Это только на нашей планете их будет сто. А потом на Марсе? На Луне? На Венере или Сатурне? На искусственных спутниках? Да и вообще, это великолепно, когда и прочие официальные отношения между нашими цивилизациями будут вестись только на русском. Да после такого известия каждый землянин бросится изучать русский букварь. Тем более что подобный прецедент в истории начинающих карзаринов мы отыскали. От него и отталкивались.

Пришлось соглашаться:

– Если так… То да! Это будет великолепный удар под дых всем русофобам!.. Хе-хе!.. Вот уж кто-то на пену изойдет, проклиная нас, таких ушлых и сообразительных.

В самом деле, если бы удалось протолкнуть такой пункт, человечество волей-неволей, но приняло бы со временем русский язык как всеобщий. И только на этом благосостояние каждого русскоговорящего человека, способного и желающего учить других, поднялось бы на ступеньку выше.

Главное, чтобы Ведущая эти детали приняла и подписала. А ей наверняка все равно: что русский, что китайский. Лишь бы самой порядочно заработать, если земляне правильно восприняли ее (имелась в виду Харон) меркантильные замашки.

И таких вот коварных пунктов, с далеко идущими последствиями, оказалось в договоре предостаточно. Команда профессионалов поработала над этим великолепно.

Иной аспект тоже не забыли упомянуть. Раз мистер Рубка видит вполне отчетливо извивающийся столб пойслига, значит, у него есть шанс отыскать, а потом и восстановить остальные пять подобных конвейеров, переставших собирать умершие души с остальных территорий Земли. Пока Харон посмеялась над такими планами, но мало ли как оно случится в будущем? Так что устную договоренность с перевозчицей постарались оформить по всем правилам и документально. Упускать собственные, честно заработанные прибыли земляне не собирались.

Мало того, кто-то подал очередную идею:

«Раз у нас все готово к подписанию, нельзя ли ускорить это событие? Зачем терять в ожидании целые сутки?»

Подумали. Поспорили. Пришли к выводу, что предложение стоит отклонить. Слишком все шатко и зыбко в преддверии первого выхлопа. А вот когда он случится и когда все дельтанги, уже будучи «цельными», вернутся на свои места, вот тогда можно и развернуться во всю ширь и удаль славянской души.

Ну а пока суть да дело, вся компания, принимая все меры скрытности, решила перебраться на новое место. При этом как-то никто и не подумал, что смертельная опасность грозит не только членам команды.