Связующий - Антон Демченко

– Нет. Но если кто-то захочет покинуть «Странника», его доля может быть выкуплена командованием станции или другими совладельцами. Естественно, в действующей валюте или, так сказать, в натуре, то есть имеющимся на складах оборудованием эквивалентной стоимости.

– Десять долей!

– Не наглей, лейт. У командиров секций по пять! – возмутился Старик.

– Девять? – Вздохнул я. – Чем Корпус не секция? А я в ней один тружусь, без помощников!

– Пять и ни долей больше.

– Восемь. Я же еще и в безах числюсь…

– Ле-ейт! Не зли меня. Шесть долей. Последнее слово.

– С половиной, – предложил я.

– Доли не делятся.

– Возьму техникой, как там… «эквивалентной стоимости».

– Чёрт с тобой. Но список доступного оборудования я ограничу, так и знай. – Старик со вздохом махнул рукой и резко посерьёзнел. – Ладно, лейт. Договор я пришлю тебе сегодня вечером, но это всё дело будущего, а сейчас давай поговорим о ближайших перспективах и текущих проблемах. Дар Септим сказал, что ты каким-то образом можешь помочь скрыть всё, что мы здесь натворили, от внимательных глаз своих коллег, которые вот-вот нагрянут к нам в гости с вопросами о Сезаре. Не представляю, как, но… Зейд говорил, что нечто подобное ты уже однажды сделал.

Я невольно покосился на один из значков на груди и вздохнул.

– Было дело.

– Рассказывай, – потребовал гард-полковник. Что ж, почему бы и нет? Гриф секретности? Да ну его к харгу в пасть…

Полевая практика после третьего курса учебки предусматривала боевое применение полученных навыков. Мне, как будущему орму, выдали предписание, согласно которому я был прикомандирован к тяжёлому дальнему рейдеру «Омнис», после очередного ремонта возвращающемуся в строй. Впрочем, на базе флота в одном из внешних секторов Федерации, к которой приписан этот самый рейдер, мы пробыли недолго. И уже через пять дней после прибытия адмирал Гевден отправил нас куда подальше… в смысле в поход. Это был обычный выход по дальним системам с целью демонстрации флага, ну и чтобы пираты не особо наглели. Вот после прыжка в одну из «пустых» систем мы и нарвались. Точнее, нарвался как раз пират, потрошивший какого-то слишком экономного или просто неудачливого «купца». Заметив наш рейдер, затейник попытался бежать, и капитан ему это позволил, хотя «Омнис» мог бы достать это раздолбанное древнее корыто, даже если бы шёл на одном двигателе. Но капитану Джарвису захотелось чего-нибудь посолиднее, чем очередной «крестик» за сбитый на борту рейдера, который всё равно никто не увидит, кроме технарей в ремдоке. И мы с Горином были отправлены проследить за удирающим пиратом. Задача простая: неслышно прокрасться следом, вскрыть местонахождение возможной базы и сообщить о нём на рейдер. Не проблема.

Проследил и вскрыл. Кто же знал, что этой базой окажется не что-нибудь, а не менее древняя, чем корабль преследуемых пиратов, орбитальная крепость? Взять такую силами одного, пусть даже тяжёлого рейдера и думать нечего. Но Джарвис закусил удила, что бы это ни значило, и, вместо того чтобы отозвать нас с Горином, потребовал выкурить пиратов с базы. «Подумай, попробуй… если не выйдет, смоешься». Фактически меня взяли на слабу. Понимать я это понимал, но отказаться не смог. Всё казалось, что если не справлюсь, то до конца практики буду ходить как оплёванный. О том, что будут говорить о неумелом орме офицеры рейдера, и что они наплетут на базе, и помыслить было страшно. В общем, стал думать думу…

Скрытно подойти к крепости было нетрудно. Всё-таки это действительно очень старая база, и как её ни модернизируй, некоторые вещи просто невозможно улучшить настолько, чтобы они смогли на равных противостоять современным системам. А дальше было просто. Два десятка разведботов на корпус – и вперёд, на поиски. Через сутки системы СПИБ крепости передавали только то, что я им прикажу. Так что, когда на интеллект-комплексы базы поступила информация о приближении крейсерской группы, способной разнести старую крепость на атомы, пираты задали стрекача. Ну а едва их корабли оказывались вне зоны поражения со станции, они тут же получали в борт залп от подошедшего «Омниса». Я бы, может, и заморачиваться не стал и уничтожил их сам, но орудийный комплекс оказался единственной частью базы, управляемой автономно и чуть ли не в ручном режиме. Так что, если со СПИБ и системами связи я справился сам, то бить разлетающихся в Пустоте пиратов пришлось «Омнису».

Рассказ не занял много времени, так что спустя десять минут Старик уже начал задавать вопросы, основным из которых стал:

– С кораблём следователей сможешь провернуть то же самое?

– Не скажу, что это будет просто, но… сделаю. Только этого будет мало. Если вы и в самом деле хотите скрыть изменения, произошедшие на «Страннике», нужно будет озаботиться тем, чтобы заглушить эмофон станции и обеспечить пустые маршруты следования для гостей, чтобы они не наткнулись случайно на следы перепланировки и реконструкций. О людях, живущих здесь, я уже не упоминаю.

– Всё, как говорил Септим, – пробормотал Старик. – Ладно, с маршрутами и «поводками» для гостей проблем не будет, это просто. А вот с эмофоном, боюсь, так легко не получится. Я, конечно, понимаю вашу с Зейдом веру в моё могущество, сам, бывает, себя пугаюсь. Но поддерживать чистый фон на таком объекте, как наша станция, сколько-нибудь долго я не смогу. Это выше моих сил.

– И не надо. – Пожал я плечами. – Дайте указание интендантам. Для обеспечения необходимого уровня эмофона мне понадобится пара тысяч пси-модулей третьего порядка и двое суток на расчёт карты их установки. Обещаю, после их активации эмофон будет чист, словно Пустота вокруг нас. Гарантирую.

– Это радует, – кивнул Борье, и на мой морф упало сообщение с приказом для интендантов. – Приступай, лейт. Времени у нас мало.

И началась работа, ради которой мне пришлось забросить все остальные дела. От дежурства у безов, чему Тоуд был несказанно рад, до систематизации данных по прибывающим обитателям станции.

Сначала я обновил базы данных Горина, касающиеся корабельных и системных интеллект-кластеров и комплексов, благо доступа к инфорам Корпуса меня никто не лишал и вопросов по теме: «а зачем тебе на станции такое нужно», задавать никто не собирался. Скорее наоборот. Не удивлюсь, если в моём личном деле, что хранится в секторальном управлении, появилась отметка о «высоком уровне профессиональной мотивации, подтверждаемом изысканиями и наработками по основной учётной специальности». А то, что уточнённые сведения легли в основу прикладного программного комплекса для разведботов типа «Взломщик», это уже мелочи, честное слово.

Затем я занялся обещанной очисткой эмофона. Интенданты смотрели на меня зверями, но предоставили необходимое оборудование. Сориентировавшись по предоставленной Стариком карте маршрутов для будущих гостей, я снарядил на дело две сотни инженерных ботов из «своей» строительной бригады и, распределив между ними объём работ, отправил устанавливать модернизированные пси-модули в неприметных и труднодоступных местах по всем возможным маршрутам следования дознавателей Корпуса.