Именем Корпорации! - Марк Романов

«Согласно правилам ежегодных гонок Тридцати Трёх Миров „Осенний сюрприз“, устроители имеют право изменять правила непосредственно в процессе соревнований, если того требует спортивный дух состязания»

Выдержка из официального свода правил и уложений гонок «Осенний Сюрприз», пункт 132.12.

«Основное правило – никаких правил».

Неофициальные правила гонок «Осенний Сюрприз», пункт первый и единственный.

Орбитальный комплекс «Коготь-12», орбита Орбис Тертиус Бета, причальные доки. За несколько недель до прибытия Спенсера и Гриффина на Глэдис.

– Триста миллионов?! Да ты с ума сошёл, милый, – женщина в строгом костюме из метаткани лилового цвета с красными вставками медленно повернулась к высокому мужчине, стоявшему рядом.

Тот поправил свой серый рабочий комбинезон, оттянутый тяжёлой кобурой многофункционального инструмента, сбившийся в складочки на поясе, и указал на медленно вплывающий в парковочный ангар контейнер, который вели два буксира-робота:

– Приз в три миллиарда бывает крайне редко, дорогая. А с нашей малышкой, которой серьёзно добавили прыти, пока ты ездила к своей родне, у нас появляются все шансы.

За прозрачным метапластом, усиленным силовым полем третьего класса, контейнер неторопливо складывал свою внешнюю оболочку, по частям открывая обтекаемый силуэт космической яхты. Серебристо-чёрный, покрытый пятнами пустотного камуфляжа, корабль блеснул вынесенным вперёд блистером рубки, над которой красовалась свежая красная надпись «Александрийская Рулетка», выполненная староготическим шрифтом. Панели транспортного блока тем временем сползли с кормовой части, и женщина отступила от поручней на шаг, поражённая увиденным.

– Если бы я не считала, что свист, выражающий восхищение, невежлив, то сейчас бы твои уши лопнули!

Мужчина рассмеялся, довольный эффектом, и тряхнул своими длинными волосами:

– Мон ами, помнишь ту историю про брошенный крейсер времён войны за Рудный Пояс? Так вот, на нашей красавице стоят два маршевых двигателя и вспомогательный реактор с ККФ «Непотопляемый»… И ещё кое-что по мелочи, – он мечтательно закатил глаза. – Было интересно, и не стоило нам ни цента.

– Точнее, мы даже остались в плюсе, – голос его супруги слегка поплыл, когда перед ней сгустилось голографическое облако базы данных. – На триста тысяч, помеченных как «сдача со сдачи»? Это что за финансовый термин такой, гений ты доморощенный?

– Сдача, оставшаяся после сдачи в металлолом остатков крейсера, естественно, – мужчина снова улыбнулся, блеснув зубами. – Зато теперь мы сделаем всех не только на манёврах, но и на разгоне…

Женщина погасила голограмму, и облокотилась на поручень, постукивая магнитным каблучком по металлу пола. Она задумалась, и долго молчала, смотря на ярко освещённую лучами прожекторов «Александрийскую Рулетку», к которой протянулись заправочные рукава, кабели и стыковочный переход, наполняемый воздухом.

– Ладно, мон амур, пойдём, посмотрим на то, что ты сотворил с нашим кораблём… – она резко взмахнула рукой, словно отбрасывая что-то невидимое, и быстро зашагала по направлению к шлюзу.

Мужчина пожал плечами, и двинулся следом, по привычке положив правую руку на пояс, поближе к кобуре.

Орбита Глэдис, тринадцатый этап гонок «Осенние Сюрпризы», настоящее время.

После финиша «Александрийская Рулетка», потерявшая за последнюю неделю былой лоск, и изукрашенная несколькими шрамами от плазменных и лазерных излучателей, начала манёвр стыковки с орбитальными верфями. Маскировочные заслонки бывшего грузового трюма слегка заедало после взрыва пробившей силовое поле пиратской ракеты. Схватка была жаркой, но, к счастью, короткой – сдвоенный залп орудий вспомогательного калибра крейсера, подвешенных в спарку под брюхом яхты, убедительно доказал превосходство «Рулетки» не только в скорости. Ракетный корвет тогда порвало в лоскуты, а его истребители сопровождения переложили курс, и скрылись по направлению к астероидному полю на окраине пыльной системы с одиноким газовым гигантом, медленно вращающимся вокруг красновато-оранжевой звёздочки.

Заслонки, однако, надо было чинить, и чем скорее, тем лучше. Судя по увеличившемуся количеству несчастных случаев, нападений пиратов, гравитационных аномалий и бурь в гиперпространстве, организаторы гонок были, мягко говоря, выведены из равновесия удачей, неизменно сопутствовавшей «Рулетке» и её владельцам.

Вокодер пискнул, принимая сообщение, и по обзорному экрану поползли строчки. Пилот, пробежав глазами текст, ударил кулаком по краю контактной доски, и зашипел от боли.

– Что случилось, Эль? – женщина в капитанском кресле, когда-то украшавшем мостик крейсера, сдвинула массивный виртуальный шлем навигационной системы, сопряжённой с прицелами орудий, и заинтересованно взглянула на обзорник.

– Алира, мон амур, эти сволочи в очередной раз изменили правила, чтоб им сгореть в сверхновой! – пилот убавил тягу, и вызвал верфь по связи. Пока линк устанавливался, он повернулся вместе со своим креслом, и посмотрел на свою супругу яркими голубыми глазами. – Требуется посадка на планету. Уроды трижды трахнутые…

Алира изучила текст сообщения, сморщившись, словно ей пришлось надкусить неспелый лайм, и тряхнула чёлкой. Ей перестали нравится правила гонки ещё три этапа назад, а организаторы, корпорация «Магнус», вызывали отвращение с самого старта.

– И где мы в этой дыре найдём доктора, полнофункциональный автохирург второго класса и ещё одного идиота? – женщина провела ярко-алым ногтем по щеке, задумавшись.

– Меня больше беспокоит, где мы найдём ещё по десять кубометров личного пространства на каждого члена экипажа, – в тон ей ответил Эль, прикидывая что-то на карманном компе. – Боюсь, придётся ставить переборки в малом трюме… И куда мы денем припасы, интересно?

– В большой трюм… А, дьявол… – Алира прищёлкнула пальцами, вспомнив, что у «Александрийской Рулетки» находится в трюме, и как далеко оно стреляет.

– Угу. Вот именно. Ладно, придумаю что-нибудь, но нужно будет достать пластальные панели и запасные фильтры к регенераторной системе, эти долго не протянут при двойной нагрузке…