Антибункер. Погружение - Вадим Денисов

– Всеобщий беспредел, кхе-кхе, – кашлянул дед, усмехаясь.

– Не-а. Скорее Великий Передел, – не согласился я. – Так точнее.

– И всё же… Не было бы разборок.

– Не надейся, Игорь, разборки будут обязательно, в новом мире всё только начинается, – «утешил» я напарника. – Между прочим, кто-то тут, помнится, собирался лихим наскоком брать арсеналы?

Перед рубкой на палубе была установлена большая постройка из профнастила с оконцами и дверями, одна посередине, вторая ближе к ходовой рубке, рядом с ней круглый иллюминатор. Обе двери закрыты, и все окна тоже. Это и есть собственно плавмагазин. Железный балок тринадцати метров длиной. Наверху и над дверями фонари, на крыше – грибки вентиляции и железная печная труба. Кроме того, там ещё и лодка лежит, маленький пластиковый ялик, вёсельный, без мотора.

– Швартовочных концов не видно, левый якорь на месте. Так что ниоткуда она не сорвалась, шторм тут ни при чём, – сказал дед, вглядываясь.

– Мужики, если мы не можем его тянуть, тогда, может, потолкаемся? – У Игоря, вполне ожидаемо, возникла новая идея.

Знаете, а всё-таки он мне нравится.

Инициативный, бодрый, не трус, всегда готов ввязаться в любую авантюру. Пожалуй, именно такие люди и нужны новому миру. Они смогут выжить. Конечно, Потупчику не хватает жизненной опытности, школы. Это поправимо, ситуационное обучение закончится быстро, скоро он многое начнёт понимать правильно.

– В форштевень предлагаешь толкать?

– Так точно, Геннадий Фёдорович.

Новоявленный шкипер сдвинул под капюшоном фуражку на затылок и почесал лоб.

– Туфта, братцы, ничего не получится, – наконец решил он. – Будь «Синильга» развёрнута носом к нашему берегу… Нет, всё равно туфта! А в такой позиции вообще невыполнимая задача – толкать тяжелое судно с огромной инерцией тупой кормой в вязкой среде… Что получаем? Впереди сухогруз тяжеленный, позади мощный мотор, посередине – лёгкая дюралька. Где тут слабое звено, Игорь? Правильно, лодка с дурачками в ней. Уменьшится в длину, увеличится в ширину, Потом – бац! Заклёпки не выдержат сжатия корпуса.

Когда ты долго не видишь на реке никаких судов, то даже небольшой плавмагазин представляется стальной громадиной. И этот монстр надвигался на нас.

– Внимание! Подходим, – сообщил я, напрягаясь. – Дальше все мои команды выполнять быстро и без обсуждения. Встаю к борту, Игорь первым идёт наверх и стоит на месте, наблюдает только за палубой и рубкой. Со стволом. Я прикрываю снизу. Вторым ты, Геннадий Фёдорович, забираешь у меня карабин, тоже фиксируешься и смотришь. После чего принимаешь конец, швартуемся, и только тогда поднимаюсь я. Дальше действуем по обстоятельствам. Всё ясно, бойцы?

Они кивнули.

– Работаем.

Мои самые худшие опасения, слава богу, не подтвердились – посреди корпуса, прямо напротив центральной двери плавмагазина надводный борт поднимался над уровнем реки всего на восемьдесят сантиметров.

– Давай! – Я отдал главную команду дня, как мне представлялось в тот момент.

У него действительно отличная физическая форма, Игорь прыгнул обезьянкой и моментально оказался на борту со стволом наперевес. Пока всё тихо. Вот бы и дальше так…

За бортом плескалась тёмная вода, «Эндуро» рокотал на нейтрали.

Подъём на палубу не представил сложностей и для Петлякова. Он вообще двигается, как молодой индеец, хотел бы я в старости иметь такой организм. Дед ловко принял брошенный конец и сноровисто закрепил его за небольшой палубный кнехт с потёками старой синей краски.

Можно глушить подвесник. Вот и я на палубе.

С торца балка-магазина к стене была прикрученная лёгкая лестница.

– Фёдорыч, давай по лестнице на крышу, там наблюдаешь, не сходишь. Мы с Игорем – на зачистку помещений. Скоро узнаем, что тут: коробка с трупами, удачливый беглец от надоевших людей или чистая «Мария Селеста»…

– Алексей, я лучше знаю помещения!

– Сказал же, без обсуждений! На крышу! – рявкнул я.

– Жестокий ты человек, старший сержант. – Похоже, эта оценка становится привычной. Показушно кряхтя, Петляков ловко полез наверх.

– Сколько помещений?

– Три кубрика. Капитанский, сдвоенный и одиночный. Экипаж три человека: шкипер, матрос и моторист. Иногда четыре. Кают-компания, гальюн, камбуз, душ, моторное отделение, кладовки. Рубка и трюма, они на баке.

– Так, Игорь, ты опять идёшь первым, – приказал я, повернувшись к Потупчику. – Меньше шансов, что отстрелишь мне голову. Спокойно работай, без паники и криков, я прикрываю. Если объявится синяк, можешь в голову не целиться, картечью и так положишь. Лучше бы вообще не стрелять. Палец выпрями, прижми к спуску, нажать успеешь. Очень резко не крутись. Фонарик включи и возьми под цевьё. Может, там светло от иллюминаторов, но лучше так. Заходим, какое-то время ждём, слушаем. Начали! Открываю.

Больше болтовни и страхов, чем дела.

Зачистка судна заняла всего полчаса. Метров-то в нём, конечно, целых тридцать, но, в сущности, это всего лишь небольшой теплоход. А вот с отправкой Игоря в авангард я не ошибся. Парень нервничал, дёргал стволом, пару раз чуть не пальнул по тараканам. Слава богу, что у него не нарезной ствол, мог бы и борт продырявить. Хотя корпус судна сделан из стали спокойной плавки, специально – при ударе в препятствие корпус получает вмятину, но не лопается.

На камбузе не было никаких следов готовки, всё чистенько, посуда на штатных местах. Большущий морозильник отключен, на полках только одни банки с вареньем. Постели в кубриках заправлены, свежее постельное бельё стопками сложено в шкафчиках, одежды нет, только в капитанской каюте висит куртка, а на кровати стоит кожаный портфель. Конечно, я его сразу открыл. Сменное бельё, несколько пачек сигарет, армейская ракетница с десятью патронами красного цвета, пять фальшфейеров…

Кран-балка на корме зафиксирована в транспортном положении. В ходовой рубке тоже никого не было. Лоция, бортовой журнал, навигационные инструменты. Пульты и приборы целые, никаких следов разорения.

Приятный сюрприз ждал нас в тёмном трюме – несколько деревянных поддонов с мукой в пластиковых мешках. Мука алтайского производства, будто бы своей в Красноярском крае не хватает… Наверное, она дешевле, потому и закупили в Барнауле. Ближе к носу в трюме имелось свободное место. Итак, трюм забит не полностью, есть пространство ещё для пары поддонов, а судно в осадке. Следовательно, коробочка действительно полна, глядишь, и топливные танки не пусты. Под пайолами воды не обнаружилось, корпус целый.

Двери в плавмагазин сразу открыть не удалось – на замках, зараза… Ключи нашлись в рубке, на крючке справа от пульта управления. Предполагая, что там очень тесно, внутрь я решил идти один.

– Зачем одному, давай вместе, прикрою! – Игорь даже расстроился.

– Зачем толкаться, сам управлюсь.