Последний эшелон - Алексей Беркут

Небольшая колонна выдвинулась в тыл.

- Тебе не надоели эти окопы? Бункер,- спросил Егор, обращаясь к Марату, едва они выехали за периметр укрепрайона?- Как кроты, ей богу! Сидим там безвылазно.

- Всяко же лучше, чем замерзнуть или от голода пухнуть,- спокойно ответил механик,- Лучше, чем врукопашную с националистами. Ты же знаешь, каково на западном фронте?!

- Может ты и прав,- как-то сразу сник Егор, подпер подбородок ладонью и уставился в боковое окно.

Желание продолжать разговор пропало.

Так они и доехали до фермы. Остановились на развилке, где машина РМО и бронемашина прикрытия поехали дальше, а Егор с Маратом неторопливо покинули кабину. Следом из кузова показались два страшилы робота-стрелка Сибиряк. Они моментально заняли штатные оборонительные сектора.

Ветер гнал из страдающего от кислотных дождей и аномальных перепадов погоды леса, запахи трав, чахлых деревьев, прелой листвы. Полунин глубоко вдохнул воздух.

Мелкий теплый слабо фонящий дождь бил по лицу, сквозь открытый щиток шлема и в эти мгновения приходило осознание, что еще жив. Что реален и жизнь, это не только взорванные тушки дронов, вражеских танков. Не груды железа, оторванные конечности сослуживцев, развороченные экспансивными пулями тела мотострелков, свист трассеров и вспышки попаданий. Не грязь и смрад окопов.

На лице оператора появилась легкая улыбка, но не успел он насладиться тишиной, как раздались несколько взрывов.

Егор резко повернул голову и увидел на взгорке горящую бронемашину прикрытия. Через секунду вспыхнул транспорт РМО.

Едва Марат с Егором добежали до небольшой канавы, как сзади раздался новый взрыв. Упав в канаву и перехватив автомат, Егор посмотрел на дорогу. Их бронемашина уже тоже полыхала и напоминала решето.

На пути была засада. Враг нанес удар умными ракетами, ударными дронами. Послышался треск автоматных очередей. Разрывы снарядов.

За небольшим холмом шел бой, а значит, были выжившие из группы прикрытия.

Егор с Маратом оказались прямо посередине, между постройками фермы и местом боя.

Механик, наконец, заметил врага и начал отстреливаться. Егор же пополз в направлении боя, пытаясь обогнуть небольшой холм. Предварительно он достал листок пластика и отдал роботам-стрелкам указания. Один из них поддерживал огнем Хамидуллина. Второй занял оборонительную позицию и следил за фермой.

Едва Полунин заметил горящие машины, как из травы показалась голова. Это был свой, один из солдат группы прикрытия.

Вокруг все словно кипело. Взрывы и стрельба перемешались в сплошную какафонию звуков.

Егор начал оттаскивать тяжелораненого солдата, когда сзади раздались еще несколько взрывов и стрельба. Оператор прижался к земле, затем посмотрел туда.

Стрельба была со стороны зданий фермы. Робота-стрелка попаданием из неизвестного оружия разнесло на несколько кусков.

В шлеме Егору тут же раздался голос сослуживца. Марат был ранен.

Егор потащил солдата в сторону позиции своего механика. Положил его рядом с Хамидуллиным.

Второй робот-стрелок в это время яростно, не характерно для машины, отстреливался. Это позволило Егору активировать фармдиск-анализатор в Роднике, вколоть обоим солдатам обезболивающее. Марат продолжил поливать огнем выявленные вражеские позиции. Солдат из прикрытия потерял сознание.

Сердце оператора страшно билось. Егор испытывал неописуемый приступ паники. Но что-то ударило его в мозг, он смог взять себя в руки и оценить обстановку. Составить план дальнейших действий. Перехватив свой автомат АК-224 за край ремня, он пополз в сторону корпуса уничтоженного робота. Дополз, схватил и осмотрел пистолет-пулемет робота. Он оказался частично расплавлен. Егор прополз еще пару метров и осмотрел ручной трехзарядный гранатомет уничтоженного Сибиряка, он был цел.

Егор покрепче схватил его, затем активировал в Роднике ИКПВО и фантом-режим. В радиусе семи метров мгновенно появились его собственные четыре силуэта, фантома.

Егор включил боевой режим в шлеме и пополз в направлении построек фермы.

Он не дополз до ближайшей избушки примерно двадцать метров, когда система КРУС Плеяды выдала предупреждение и несколько маркеров свой-чужой. Полунин замер, услышал стрельбу позади, понял, что свои еще живы и пополз дальше.

На боевом экране отобразилась развертка местности. Егор нажал сканирование. Видно было лишь кустарник, дома. Картинка все время мельтешила, затем начала смещаться.

В какой-то момент Егор не выдержал и откинул забрало с визором-дисплеем, затем маску-фильтр и глубоко выдохнул.

Почти одномоментно с этим Егор услышал странный шипящий звук выстрела и автоматные очереди. Сработало. Враг обнаружил себя, ударил по одному из фантомов.

Вот ведь хрень, оператор почувствовал, как кусты начали быстро сдвигаться.

Это он. Егор вскинул ручной гранатомет, произвел выстрел и сразу откатился влево, почти на три метра.

Раздался взрыв. Внезапно там, куда выстрелил Полунин, весьма резко появился силуэт вражеской лазерная самоходки. Маскировки больше не было.

Полунин произвел еще два выстрела и отбросил пустой гранатомет.

Боевая платформа задергалась в конвульсиях. Причудливо изломленная башня машины была раскурочена. Один из мощных гранатометных выстрелов угодил в узкий просвет, ахиллесову пяту вражеской машины.

Егор успел заметить, как неподалеку упал замертво еще один солдат из группы прикрытия. Сразу несколько экспансивных пуль превратили его спину в полоски кровоточащего мяса, мыщц, костей и ошметки внутренних органов. Оператора чуть не вырвало, но он сдержал приступ рвоты и быстро побежал обратно к позиции механика.

Это была ошибка. В термополимерные пластины Родника ударили несколько пуль. Солдат тут же упал. Боль ударила в мозг. Он заорал.

Новая броня выдержала. Через несколько секунд, боль стала утихать, и Егор смог ползти дальше, на ходу пытаясь определить места своих ранений. Визуально он сразу выявил в одном лишь стыке пластин прорыв. И оттуда сочилась кровь, широкой полоской тянулась вслед за ползущим солдатом. И сил ползти с каждой секундой становилось все меньше. Как назло, фармдиск и встроенный в Роднике анализатор закончился и обезболивающее тоже.

Он смог доползти до Марата. Тот продолжал отстреливаться, солдат из группы прикрытия не пришел в сознание и вообще не подавал признаков жизни.

Егор стиснул зубы, вскинул автомат и дал пару коротких очередей в сторону фермы. Грязь. Одна лишь грязь была вокруг. И полоска крови, что сочилась из простреленного бедра.

Впервые, чуть ли не со времен отступления от горящих руин Владивостока, Благовещенска, Егору стало страшно. Он почувствовал, что смерть близко.

И в этот момент солдат услышал легкий шелест в шлеме. Затем раздался голос Федора. Пространство вокруг вновь закипело.