Железные души - Евгений Мисюрин

– Смотри, – позвала девушка.

Косик внимательно поглядел ей в глаза.

Намрадиниэль вытянула вперёд руку и торжественно произнесла:

– Клянусь силой Леса и стихией огня, что никогда не слышала о проклятье эльфийского поцелуя до того момента, пока сама его не выдумала.

Над ладонью закружились зелёный и красный огонёк. Через мгновенье к ним добавился и маленький синий. Вокруг внезапно стало очень хорошо и уютно. Пара ударов сердца и все ощущения пропали. Ладонь эльфийки была тоже пуста.

– Теперь ты мне веришь?

– Да я тебе и тогда верил. И вообще… конечно, – затараторил Косик.

Намрадиниэль заткнула ему рот поцелуем, переводя диалог в более конструктивное русло. Она действительно полюбила доброго мальчика и приходила на такие свидания со вполне определённой целью.

– Как зовут? – голос архимага был грозен.

Лагудон непроизвольно втянул голову в плечи и постарался из-под ресниц рассмотреть самого страшного человека королевства. Как ни странно, Надир Листопад оказался не великаном в два человеческих роста, одной рукой способным разогнать всю нежить в стране. Перед ним стоял узкоплечий мужчина средних лет в одежде простого горожанина. Если бы не властный и пронзительный взгляд, то архимага можно было бы принять за обычного мастера цеха.

– Лагудон Неотразимчик, ваше высочество, – почти шёпотом представился молодой человек.

– Да уж, – хмыкнул герцог, осматривая болезненно выглядящее тело.

Листопад внимательно проверил доставленного магическим зрением. Никаких проклятий, никаких болезней. Более того, запас тёмной энергии настолько велик, что мальчишка никогда не должен болеть – все хвори вымываются циркулирующей по ауре силой. Тогда почему он так выглядит?

– Стой здесь, – коротко приказал он.

Историю проклятья Надир прочёл ещё утром и сейчас пытался разобраться, как оно работает. Листопад внимательно всматривался в органы мальчишки. Всё шло хорошо, циркуляция внутренней энергии с трудом, но соответствовала положенной. Внезапно сердце накрыла чёрная волна. Пульс замер, застучал с перебоями. Вот оно! Вот! Нашёл.

Да уж. Случай действительно неординарный. Молодой глупец так поверил в магию эльфийского поцелуя, что теперь медленно убивал себя сам. Это действительно можно было назвать проклятьем. Не будь у Лагудона такого большого объёма магической силы, через пару десятин внушение бы сошло на нет. Но не в этом случае.

– Что же. Вылечить тебя можно, – резюмировал архимаг. – Но тебе придётся остаться здесь.

Молодой человек с готовностью закивал головой.

Две недели пребывания во дворце вернули Неотразимчика к жизни Он снова превратился в молодого здорового человека, боли прошли, лицо расправилось, плечи стали даже шире, чем были. А самое главное, в его жизни появился друг. Очень могущественный и верный. Лагудон настолько привязался к герцогу, что поверял ему все свои тайные мысли и желания, а страшный Листопад показал себя с очень привлекательной стороны. Архимаг и молодой человек подолгу гуляли по дворцовому парку, разговаривая обо всём на свете. После этих прогулок Лагудон всегда чувствовал себя здоровым и сильным.

Как-то, сидя на удалённой скамейке, герцог тихо спросил парня:

– Ты, помнится, рассказывал мне о старой диппи, что нагадала тебе корону.

– Ой, ваше высочество, – отмахнулся молодой человек. – Это было давно. Я тогда был настолько глуп, что и вправду решил стать если не королём, то хотя бы графом.

– То есть сейчас тебе корона не нужна…

– Ваше высочество! У нас же есть король.

– Скажу тебе по секрету, Игудону третьему жить осталось не больше десятины.

– Но… но… Да что вы такое говорите!

– Правду, мой мальчик. В моём положении это позволительно.

– Допустим, – перешёл на деловой тон Лагудон. – А причём здесь я? У короля, наверняка есть наследники. Пусть правят они. Из меня какой король? Я же ничего не знаю. Видел я, как вы управляете. Распоряжаетесь коротко и правильно. А если я вдруг сяду на трон, то что будет?

– Будет то же самое. Я буду править, как и сейчас, а ты будешь изображать короля для публики. Пировать, танцевать на балах, выбирать себе фавориток, встречать послов и грозно хмурить брови. А вот если корону наденет кто-то из реальных родственников, то страна окажется ввергнутой в хаос.

– В хаос?

– Именно. Так что, как патриот и гражданин, ты должен помочь своему народу.

Неужели диппи сказала правду, стучала в висках у Лагудона мысль. А если это только проверка? Сейчас соглашусь, а меня сочтут готовым к мятежу и ненадёжным. И тут же под топор. Но ведь это же Надир. Мы же с ним друзья. Да и говорит он очень убедительно и правдоподобно. Что же выбрать?

Вот ведь дурак, думал Листопад. Всё ему разжевал и в рот готовенькое положил, а он всё-таки в чём-то сомневается. И на патриотизм надавил, и на самолюбие, а всё без толку. Придётся дать глупышу время самому уговорить себя.

– Ладно, – неожиданно для себя согласился Лагудон. – Я вам верю. Что нужно делать?

– Прежде всего, познакомишься с королём. Заодно поймёшь, что я тебя не обманул. Игудон третий сам всё понимает, потому возложил на меня ответственность за поиск претендента. Так что не думай, будто я затеял этот разговор просто так. Ну, а потом нас ждёт ритуал. Его величество передаст следующему величеству, – кивок в сторону зардевшегося Лагудона, – тайные знания. Такое, как ты понимаешь, без Богини не обходится.

В малом дворцовом храме было темно и прохладно. Лагудон лежал на спине, вытянувшись на узком, жёстком ложе. Руки его тряслись от волнения. Что, если что-то пойдёт не так? Вот не захочет Богиня видеть Неотразимчика королём, и испортит передачу тайных знаний. Да и вообще, что это за знания такие? Какие-нибудь секретные подземные ходы, ключи и шифры? Зачем, если в стране будет править Надир?

Дверь открылась, и на низкой каталке в зал ввезли короля. Игудон сипло и часто дышал, его выпуклый живот ходил вверх-вниз под длинной шёлковой рубашкой. Король коротко глянул на молодого человека и безразлично уставился в потолок.

Надо же, и ведь не волнуется совсем, подумал Лагудон. На месте его Величества он бы сходил с ума. Одно знание того, что жить осталось считанные дни может лишить сил и воли. А по лицу видно, как Игудон мучится.

– Готовы? – голос звучал, казалось, со всех сторон сразу.

Лагудон мола кивнул. Раздалось тихое пение, чуть слышно хлопнули двери, выпуская лишних. Они с королём остались вдвоём.

Неотразимчика трясло. А вдруг король решил, например, выгнать его из молодого тела, а сам занять место? И нет никаких знаний. Он, кажется, что-то когда-то слышал о подобных обменах душами. Вроде, человек вселялся в волка, что ли. А раз можно в волка, почему нельзя в Лагудона? И тогда он снова, как пару десятин назад, будет лежать в кровати и сипеть от нехватки воздуха. А какая разница, где умереть, в королевских покоях или в дешёвой комнате?