Жандарм - Андрей Саликов

Гробовая тишина сопроводила мои слова. Да, на нестандартную ситуацию никто не смог среагировать.

– Между прочим, – голос девицы буквально источал яд, – Александр Сергеевич участвовал в турецкой кампании.

– Ага, волонтером при штабе. Все. В бой его не посылали, солдатами он не командовал, больше за ним ничего не числится полезного. А вот гадостей… Во глубине сибирских руд и так далее. – Неожиданно натолкнулся на одобрительный взгляд полковника Артамонова. – Государь Николай Павлович был добрейшей души человек, хотя за такое при Екатерине Великой мигом в Тайную канцелярию загремел бы.

– Слава богу, не тот год сейчас, – барственно произнес штатский хлыщ. – Хотя раньше таких на конюшне драли, чтобы место свое знали.

– Ох, милай, – сымитировал я псевдокрестьянский говор, – таких соколиков любили мужички на той же конюшне вздергивать, это кому повезет, а то бывало, что подыхали так замысловато, что и вспоминать не хочется.

Есть контакт, похоже, завелся он не на шутку. Ну, это нам знакомо, сейчас мне попробует дать по морде. Он явно собирается дуэлировать, и, похоже, то, что я жандарм, его не смущает. Дебил, у тебя здоровья много?

– В чем дело, князь? – Ледяной тон фон Веддинга мгновенно отбил у штафирки желание драться.

– Ничего.

Князек попытался скопировать полковника, но только получилось это по-детски. Глядя на лица присутствующих, с удивлением увидел на них тщательно скрываемый страх. Вот это интересно, как он смог этого добиться.

– Господа, – обратился он к нам, – пройдемте.

В разведотделе нас уже ждали: один штатский, смахивающий на торговца-армянина, второй – капитан-генштабист, с плохо скрытой брезгливостью озиравший нас.

– Поручик, – холодно произнес полковник, подождав, пока все займут места. – Вам не привыкать разбрасываться трупами, но сейчас не время и не место.

Спорить с ним я поостерегся, не тот момент. Похоже, мы опять куда-то вляпались.

– Итак, в Раките находится отряд поляков, воюющих за турок. Причем они почти все проходили службу в армии, часть имеет офицерские чины. Насколько они опасны в наших тылах, мне напоминать не стоит? Господин капитан…

– Господа, вам следует уничтожить эту группу не позднее чем через пять дней. Да, я отлично понимаю, что времени на разработку операции у нас нет. Акоп, – капитан кивнул на армянина, – будет нашим проводником, он не раз был на той стороне и отлично знает Ракиту.

– Господин капитан, язык нужен? – Свиридов сразу попытался скинуть с нас лишнюю проблему.

– По возможности. – Капитан неожиданно пошел нам навстречу. – Если будет возможность…

Интересно у него выходит, приказа нет, но… Похоже, ожидает, что пленного мы «выпотрошим» и прикопаем. Чистоплюй.

Окрестности Ракиты. Два дня спустя

Уже пять часов, как мы наблюдаем суету турок. Привычный такой бардак, только с местной спецификой: снующие туда-сюда всадники, похожие на бандитов, замотанные аскеры и торговцы. И вся эта толпа хаотично перемещалась по городу, с высот хорошо это видно. Пока все спокойно. Вот только как нам выполнить приказ? Соваться в это осиное гнездо, увольте. Просто ляжем и приказа не выполним. Я посмотрел на капитана и проводника. М-да, купили нас. Зря их никто в расчет не принимал. Сразу вспомнился наш марш. Блин, и меня еще считают отморозком, которому все до фени. Эта парочка провела нас буквально под носом у турок. Причем несколько раз я думал, что все, засыпались. Но все живы, слава богу, ну а седина в висках не в счет.

Одетые в турецкую форму, они, на мой взгляд, запросто сойдут за своих. У, вражина, капитан, вне всякого сомнения, наслаждается ситуацией. Что же, если нас обманули, значит, и турок обманут, станиславские хреновы. Дальше оставалось самое трудное – ждать. Уже начинает смеркаться, а их все нет.

Как мы умудрились дождаться разведчиков, уму непостижимо. За языком ходить проще, чем ждать, правда, это мое личное мнение. И когда я их увидел, то вздохнул с облегчением.

– Поручик, надо поговорить, – сразу начал капитан, едва успев поздороваться. – Необходимо срочно брать языка.

– Хорошо, чем мы можем помочь?

– У вас есть пара опытных пластунов?

Интересно, а акцент у Акопа почти не слышен.

– Найдем, еще кого надо?

– Нет, этих будет достаточно.

– Вашбродь, – подбежавший разведчик прервал наш разговор, – все чисто.

– Понял, иди.

– Проверялись, не придут ли за нами гости? – уважительно спросил капитан.

– Да, на всякий случай.

Я не стал особо углубляться, но подстраховался я основательно. Турецкую разведку недооценивают слишком многие, причем напрасно. Единственная встреча с нормальной, подготовленной разведгруппой оставила у всех неприятный осадок. Нам просто повезло, иначе сведения, добытые турками, уже работали бы против нас. И две группы, следящие, чтобы нас не прихватили, – не паранойя, а нормальная реакция тех, кто хочет еще пожить.

– Давайте продолжим, – предложил Акоп. – Смотрите, здесь и здесь у них патрули. Но их бояться не стоит, а вот тут можно подойти незаметно, а дальше уже сами.

Смотря на карту и слушая пояснения, я почувствовал себя плохо. Фактически придется действовать под носом у крупной части, и унести ноги будет очень проблематично. Хреновое положение, приказ мной получен однозначный – вырезать ляхов под корень. Плюнув на субординацию, я собрал унтеров на совет стаи по вопросу «как жить будем». Прикинув все за и против, спустя час разработали план действий. Совершенный он или нет, выяснится через пару часов.

Наблюдаю, как капитан и Акоп с двумя разведчиками уносят добычу – замотанное в мешок тело. «Кавказская пленница – 2», блин. Нервишки-то у вас, вашбродь, ни к черту. Все. Время. Изменить что-либо уже поздно. Жадность – смертный грех, по крайней мере оба патруля в этом убедились. Правда, в основном с упором на смертельный… Разведчики Овцына великолепно сыграли возвращавшихся с «дела» башибузуков: нечто невообразимое, отдаленно напоминающее форму, мешки, приятно радующие глаз своим объемом, ну и, соответственно, время суток. Патрули по очереди на это купились. Можно сказать, они были оскорблены, что эти… посмели не остановиться, а попытка скрыться лишь добавила праведной ярости, когда они влетели в темный переулок. А там их просто вырезали ножами.

Третий день мы уходим от облавы. Не знаю, как себя чувствовали турки, которых мы ловили, но, по мне, нет у охотников слаженности. И слава богу. Понятно, что, оставив после себя метку более чем в три десятка трупов, убитых ножами, мы привлечем интерес к своим персонам. Плюс пленный, явно не простой офицер и, как мне кажется, даже не турок. Так настропалить нас искать – нужно иметь очень большую власть. Похоже, бритта уперли, вон как шебуршатся…

Не знаю, может быть, я и ошибся, но проконтролировать результат было необходимо. У меня до сих пор стоит перед глазами тот дом. Ни взрывать, ни штурмовать его мы не стали. Нет, резервным был вариант штурма, но, к счастью, он не понадобился. Всю работу проделала тройка сибиряков из недавнего пополнения. Они бесшумно проникли в дом и тихо вырезали всех ножами. Проводя контроль, я старательно запоминал лица убитых для последующего опознания, в нашей работе все пригождается. А потом мы тихо убрались, никого не потревожив. Не романтично и не героически? Плевать, зато все живы. Первые признаки облавы мы заметили часов через семь: пронесшиеся вдалеке всадники довольно хватко оседлали небольшой мост. Молодцы, нас довольно грамотно отсекали от Вида. Что же, давайте усилим у вас уверенность, что мы ищем место для переправы.