Пепел и пыль - Игер Кау

– Так что – никак?

– Я не сказал никак, я сказал – как посмотреть. То есть не знаю, понравится ли тебе.

– Выкладывай, а я уж решу, – прерываю я его колебания.

– Ладно. Короче говоря, в третьем вагоне есть одно купе. Там два купца едут, но они в Далерусе сойдут.

– И что, в Далерусе никто эти билеты не выкупит?

– Тут дело в том, что купцы брали их до Тероны – ехали на встречу с кем-то из своей братии. А у того планы изменились, пока они собирались, и он сейчас в Далерусе, и телеграмму им об этом прислал вдогонку. Мол, если не хотите ждать меня в столице целую неделю, давайте встретимся тут. Только получили они ее лишь в Хинаморе, и пока они думали, что им делать – в столицу-то им тоже надо – поезд дальше пошел, и что места освобождаются, мы в Далерус сообщить не успели. Поэтому на эти места билеты раньше, чем поезд придет на станцию, не продадут – если, конечно, желающие найдутся. А если мы предъявим их как уже проданные, вопросов вообще не будет. Так что решай, но быстро. Мне ответ сейчас нужен, мне еще к начальнику поезда с Тагрисом идти.

– Тагрис – это…

– Проводник третьего вагона. Так что скажешь?

– Я согласен. Я смогу занять все купе? Ты ведь говорил, что это возможно.

– Ну, там место вдвое дороже, чем тут. То есть надо доплатить… И за помощь тоже, сам понимаешь.

А то я не понимаю, что тут одними словами благодарности не обойдешься. Сигрел называет сумму. М-да-а… Мало того, что я билет до Тероны уже купил, а деньги тут возвращают, только если ты успел его сдать обратно до прибытия поезда (во всех прочих случаях они остаются в кассе). Так еще и не просто надо оплатить два билета от Далеруса до Тероны полностью, чтобы ни с кем купе не делить (в головных вагонах все они двухместные), а и добавить сверху почти столько же – добавка будет поделена между моими благодетелями и их начальником… Ладно, не пешком же по лесу идти. В конце концов, я все еще расходую деньги, которыми со мной поделился Пирен. Легко пришли – легко ушли. Зато никто мешать не будет. Куда более существенным минусом, чем финансовые потери, выглядит то, что, перейдя в другой вагон, я не смогу жестко контролировать шестерку. С другой стороны, там я окажусь у них на пути, а не за спиной. Все равно рассчитывать на помощь соседей по купе – в случае чего – не приходилось.

Отсчитываю названную сумму, мы оба выходим в коридор. Я возвращаюсь к своим попутчикам, Сигрел исчезает за дверью тамбура.

Когда гудок обозначает приближение Далеруса, в моем кармане уже лежит новый билет. Попутчикам, которые с удивлением взирают на мои сборы – я ж вроде до столицы ехал – скармливаю вполне правдоподобную историю о случайно встреченном знакомом, у которого в купе есть свободное место. Впрочем, мне приходится дождаться, когда экспресс двинется дальше, и только тогда расстаться с этой троицей.

Пока поезд стоит, я успеваю заметить, как к телеграфу успевают двинуться и уже знакомая парочка «приказчиков», и граф с бароном в сопровождении охраны. Телохранителей маркизы не видно, как и ее самой. Но здесь многолюдно, даже больше, чем в Мелате. Вот что значит торговая столица региона…

Кстати, а вот и решение – как сообщить о шестерке и при этом не засветиться. Телеграф. Но сам я туда пойти не могу, посылать Сигрела тоже накладно. Впрочем… Выхожу в тамбур, подзываю млеющего от безделья паренька в черной униформе. От возможности получить за пару телодвижений свое дневное жалованье он не отказывается, и я вручаю ему бумажку с уже написанным текстом. Ну, и монету, конечно. Так, «приказчики» уже вернулись в вагон – быстро управились. Наверное, новых инструкций не получили, а докладывать пока не о чем. Да и граф уже вышел с телеграфа – значит, удивиться, что кто-то отправляет ему отсюда телеграмму, сможет только в Дигероне. И то хлеб. Поезд трогается, но я успеваю увидеть своего посланца, старательно машущего и кивающего мне – отправил, мол. Замечательно. Теперь можно перебираться.

Я прощаюсь с артиллеристами и Альмеленом, подхватываю свой мешок и топаю за Сигрелом – во-первых, он лучше знает, куда идти, во-вторых, его спина – не самое худшее прикрытие от лишних взглядов. На мое счастье, в ресторации безлюдно – видимо, никто не любит, когда поезд разгоняется и все немного подрагивает. Вот и нужное купе. Пока я устраиваюсь, Сигрел приводит Тагриса, знакомимся. Правильно, это не повредит. Сигрел, получив втихаря еще одну серебряную монету, исчезает. Тагрис, после того как я с ним договорился насчет ужина в купе, тоже.

Сигрела я все-таки попросил присмотреть за шестеркой – не то чтобы пасти их круглосуточно, но хотя бы сообщить о «гостях», если таковые будут замечены. Зря, что ли, я ему столько денег отдал?

Пока экспресс приближается к Дигерону, я пытаюсь себе представить, что мог предпринять граф – если, конечно, получил письмо. Интересно, а если не получил – как он поймет мою телеграмму? Во всяком случае, внешних признаков какой-либо активности я не заметил, хотя письмо должно было достичь адресата еще вчера. Неужели оно до сих пор у проводника?

Мое копание в мыслях прекращает Тагрис. Ужин. Проводник только разворачивается, чтобы уйти, как из-за двери доносится невнятный гул. Тагрис, пожав плечами в ответ на мой недоуменный взгляд, сообщает:

– Наверное, граф из первого вагона в ресторацию двинулся. Он без охраны не ходит, оттого и шумно так.

– Один ходит?

– Нет, – правильно поняв мой вопрос, отвечает проводник, – обычно с дамой. Очень красивая, сам видел. Грустная только очень. С ними обычно еще одного дворянина вижу, но не всегда.

Он уходит, прихватив поднос с пустой посудой. Жаль, нельзя спросить, кто охраняет графа в его походах в ресторацию.

Через полчаса приходит Сигрел – видел кого-то, по описанию похожего на Ксивена, выходившего из купе, где едет старший шестерки. Причем в то время, когда граф был в ресторации. И ушел гость в ту же сторону. Но никакой подозрительной активности ни до, ни после Сигрел не заметил. Неужели все-таки это всего лишь «группа эвакуации»? Неужели Ксивен для них настолько важен?

Незаметно день подходит к концу. И вот уже солнце посылает прощальный привет, прежде чем скрыться за вершинами деревьев. Я выхожу в коридор, чтобы попросить Тагриса принести чаю. Проводник уходит в сторону ресторации, я разворачиваюсь к своему купе. Еще несколько шагов и я окажусь за спасительной дверью…

Впереди лязгает запорный механизм, и открывается дверь тамбура. В неярком свечении дежурных ламп возникает женская фигура. Нет, не успею проскочить. Ладно, значит, пропустим даму. А она одна. Зачем ей понадобилось бродить тут без сопровождающих? Ресторация еще открыта, да, но все же довольно поздно…

Останавливаюсь, стараясь не встретиться взглядом, отворачиваюсь – так, чтобы оказаться между окнами и лишний раз не подсветить лицо, – вжимаюсь в стену, чтобы не задеть.

Она проходит мимо, тоже сдвигаясь к противоположной стороне коридора, чтобы, в свою очередь, не зацепить меня. Я же совершаю молниеносный рывок к своему купе, проворачиваю ключ в замке, сдвигаю дверь и вдруг понимаю, что не слышу ее удаляющихся шагов. Только стук колес по рельсовым стыкам.