Куда не ведёт дорога - Дарья Кандалинцева

– И как вы собираетесь ее открыть? – поинтересовался Александр и, искоса взглянув на Тейна, глумливо добавил: – Есть комплименты, эффективно действующие на монахинь?

– У меня припасены не только комплименты, – парировал Тейн и полез в сумку. Он извлек оттуда отмычку и начал ковыряться в замке.

Тейн посерьезнел, вслушиваясь в скрежет металла и мягкое шуршание механизма. Ох, как знакомо было Лиру это выражение лица! Приятель не раз помогал Лиру попасть в места, куда попадать запрещалось.

Через пару минут раздался щелчок, и дверь с тихим шумом отворилась.

– Не знаю, как на Да’Арии, но на Земле из вас получились отличные преступники, – сказав это, Александр вошел внутрь первым.

– Кто бы говорил, – пробурчал Тейн, пряча отмычку в сумку. – Ты-то сейчас один из нас.

Внутри стояла тишина, и шаги вошедших отдавались под сводами собора раскатистым эхом. В темноте почти ничего не было видно. Мрак разгоняли свечи, догоравшие в одном из приделов. Они отбрасывали на потолок длинные тени, и в колеблющемся свете величественные резные иконы и статуи, украшенные золотом, выглядели как потусторонние изваяния.

– Нам сюда, – Александр свернул за кафедру, где обнаружился едва приметный узкий проход, заканчивающийся глухой каменной плитой. Сквозь облупившуюся краску проглядывала выгравированная на камне голова ягуара. Археолог толкнул ее, но плита не поддалась.

– Откуда ты столько знаешь? – спросил Нагал и с силой навалился плечом на плиту. Та медленно повернулась, образовав проем, в который можно было протиснуться. Под ногами показались едва различимые ступени, ведущие вниз.

– Может, я мало чего знаю о фоморах и даитьянах, – ответил Александр, двинувшись вперед, – но пока много лет занимался расшифровкой карты, узнал немало любопытного о родной планете.

Спустившись, они очутились в коридоре, конец которого растворялся во тьме. От каменных стен веяло многовековым холодом, а воздух в первые секунды показался удушающе спертым.

Александр начал рыться в сумке в поисках фонаря. Лир взглянул на него, не говоря ни слова, достал из кармана кристалл и поднял над головой. По коридору разлился ровный тусклый свет, словно дорогу озарило сияние Луны.

– Я думал, только даитьяне владеют технологиями на грани с магией, – искренне удивился археолог.

– Ты сам сказал, что мало знаешь о фоморах и даитьянах, – с этими словами Лир направился в глубь прохода.

– Ты украл этот световой кристалл, так ведь? – послышался вопрос Александра за спиной. – И мне лучше не знать, у кого, верно?

– Верно.

Первый коридор оказался не очень длинным, и вскоре открылось помещение, напоминающее средневековую келью. Стены были сплошь покрыты загадочными символами и рисунками, в центре стоял большой каменный алтарь. Повсюду валялись статуэтки, непонятные предметы явно культового назначения, посуда, обрывки материи и прочая рухлядь.

– Во всех земных соборах есть такие тайники? – спросила Чарна, поднимая с пола серебряный кубок, инкрустированный помутневшими от времени сапфирами.

– Далеко не во всех, – покачал головой Александр, – мы находимся в крипте. Изначально она служила местом для проведения важных религиозных ритуалов и поклонения богам.

– Я не верю в богов. Они – лишь оправдание для тех, кто боится отвечать за свои поступки.

– А я хочу верить, – Тейн пнул металлическое блюдо, и оно со звоном покатилось по полу. – Без высших сил мир станет всего лишь скучной игровой площадкой.

Чарна вопросительно приподняла брови, покосившись на Тейна.

– Не боишься, что боги тебя накажут за все твои выходки?

– Боюсь. Но это никогда не заставит меня выйти из игры.

Лира не особенно волновал разговор о богах, он пошел дальше и вскоре обнаружил, что коридор разветвляется на три ведущих в разных направлениях прохода. Каждый из них открывался полуразрушенной аркой.

– Собор построили на месте другого, более древнего, что ли? – уточнил он у Александра, шедшего следом.

– После падения империи инков храм разрушили, уцелела лишь его подземная часть. Возможно, сами служители собора уже не помнят об этих залах, – кивнул археолог. – Для преступника ты на удивление умен.

– Глупые не выживают.

– Не перестаю говорить себе то же самое, – вздохнул в ответ отец Ани.

Позади что-то с шумом упало на пол, затем послышался возмущенный возглас Чарны и ворчание Нагала, отчитывающего за что-то Тейна. Александр оглянулся на них и, не останавливаясь, двинулся за Лиром.

Они прошли дальше. Следующий зал оказался менее просторным, без украшений и драгоценностей. В стенах когда-то выдолбили ниши, в которых хранилось бесчисленное количество пожелтевших от времени рукописей и книг. Александр начал перебирать бумаги, не обращая внимания на клубы поднимающейся пыли.

– И что мы ищем? – поинтересовался Нагал, показавшись из сумрачного тоннеля позади. Тейн с Чарной следовали за ним.

– Дорога к древнему комплексу, изображенному на карте, звалась «Тропой Виракочи», – Александр глянул на бритоголового фомора. – Это божество, которое согласно сказаниям инков создало мир. По легенде именно он хранил священную книгу.

Без лишних вопросов остальные принялись искать рукопись. Несколько часов сортировки залежей рассыпающихся от старости свитков не принесли никакого результата. Под слоем многолетней пыли некоторые книги превратились в переплетенные горстки трухи. Буквы многих инкунабул совсем выцвели, что делало их бесполезными листами обветшалой бумаги. Но никто не сдавался.

Все молча продолжали монотонную работу в бледном свете кристалла, пока из глубины двух остальных проходов не начали раздаваться странные шорохи. Фоморы настороженно обернулись.

– Нас кто-то засек? – спросил Тейн, стоявший ближе всех к выходу. Он положил руку на пояс, где у него висел нож, и вышел из зала в сторону шума.

– Насколько далеко тянется этот подземный ход? – Чарна озабоченно глянула ему вслед.

– Понятия не имею, – отозвался Александр. – Эта часть, видимо, сравнительно новая. Дальше идут тоннели, построенные еще в раннее Средневековье. Они соединяли целые города, так что не удивлюсь, если отсюда можно попасть в Мачу-Пикчу или еще куда подальше.

– Никого, – заключил Тейн, вернувшись через пару минут. – Должно быть, крысы.

Все опять вернулись к полкам, а Тейн уселся на пол, прислонившись спиной к шершавой стене. Он скинул с плеча куртку и, стиснув зубы, начал придирчиво осматривать забинтованное предплечье. Лир видел, как Тейн морщился, двигая рукой. Рана не была такой уж глубокой, но все равно еще не зажила.

Александр тоже заметил перекошенное болью лицо Тейна.

– Так это правда? – спросил он, посмотрев на него, а потом перевел взгляд на Нагала. Тот ничуть не хромал, хотя получил выстрел в ногу всего несколько дней назад. – Правда, что раны, нанесенные тем синим кинжалом, нельзя заживить с помощью кристаллов?